Читаем без скачивания Ночная смена. Лагерь живых. - Николай Берг

      Спросил ее насчет этой ситуации.

      А она очень удивилась.

      - Это ж говорит - азбука. Бред ревности - в типовом виде - именно таков. И сначала попытка самоубийства характерна, а в случае если жив остается - ну или жива, если пациентка - то обязательно постарается объект убить.

      - То есть как Отелло?

      - Именно. Отелло - четкая картина сумасшествия с бредом ревности. Хоть историю болезни пиши. Только вроде у него не было компоненты с самоубийством. Давно читала. Да вроде и там что-то такое он думал...

      - Но она же себя вела очень сдержанно!

      - А сумасшедшим это без разницы. Он был уверен, что жена неверна - и точка. Дездемону придушили тоже без разбирательств.

      - Ну а как тогда с тем, что без ревности не бывает любви?

      - Чушь! Хороша любовь, когда при детях ножом кромсают насмерть...

      Вот и судите, Семен Семеныч - как бы дело повернулось, если б я эту информацию имел, когда она перед Первомаем к нам подошла посоветоваться?

      - Может вы и правы... - задумчиво говорит шофер.

      - Снимать панорамно - скорость снизить - мы на прицеле - заявляет Саша, ведомый духом из 'Длинного уха'.

      - Чей прицел?

      - Тут вояки стояли - похоже, что они - вон на пешеходном переходе явно пулеметное гнездо. Да и место вкусное - складская зона Парнас... тут все что угодно есть.

      Снимаю, что вижу, и на что показывают спутники.

      Впрочем, нас не останавливают, едем беспрепятственно.

      И оживленно здесь - совершенно неожиданно. За весь день мы и сотни машин с живыми не видели - а тут и грузовики, и БТРы и люди. Видим, что со складов вывозят, кто во что горазд. Мертвяки угомонено лежат на обочинах дорог, таких, чтоб активно передвигались - не вижу. Да и упокоенных - то мало. Стрельба идет - но не суетливая, без перестрелки. И что непривычно - редковатая какая-то.

      Несколько стрелковых гнезд на складских крышах.

      Парные патрули.

      Но опять же не чистые военные - а всякие разные люди. Ну да последнее время и у военных самый разношерстный камуфляж был - что на складах залежалось, по принятия на вооружение юдашкинского милитари-гламура. Вот интересно - камуфло какое он придумал? Не иначе голубовато-розоватых тонов с бантиками и рюшечками...

      - Саша, спроси Старшого - с этими военными контакт заводить будем?

      Оказывается - не будем. Кронштадтские и сами тут отовариваются и это зона в принципе им известна более - менее. Союз не сложился, но некое взаимодействие место имеет быть.

      И отлично - меньше раненых притащу на хвосте.

      Спина затекла, задница - словно кто напинал кирзачом, голова тяжелая...

      Скорее бы Кронштадт.

      Да и тут вроде всякие военные уже есть, хоть немного - но есть. А вот крупных жилых кварталов - нет. Поселки - старые деревенского типа и коттеджные - таких толп зомбаков не дают. Уже легче.

      Дорога отличная, прямая, брошенные машины выкинуты прочь с полотна - в общем - все замечательно. Еще раз видим кучу гипермаркетов - рядом у дороги. И тоже тут уже более-менее порядок.

      Что удивляет - опять пара висельников на ветру сохнет. Мда, вот бы развернулись правозащитники. Те же 'Гумын Рэтс Вотч'. Последнее их резюме тронуло до слез - оказывается арест Ходора - самое страшное нарушение человеческих прав...

      Даже странно, что когда в Ичкерии в начале 90х - как всегда, когда государство у нас слабеет - бравые ичкерийцы устроили русскоязычным резню со своими национальными прибаутками - ни одна вша из этих правозащечников не пукнула даже на тему резни, этнической чистки и геноцида этих самых русскоязычных (так и вертится на языке 'русскоязычные членистоногие') - зато когда туда сунули недомордованную еще к счастью армию - несмотря на все уверения либералов таки оказавшуюся нужной - вот тогда вой с лаем был до небес...

      После этого у меня лично к правозашитныкам - сугубое отношение...

      Немного интересно - что ж эти линчеванные такое устроили, что их подвесили сушиться? Хотя, какая разница...

      Уже на автомате снимаю и этот узел снабжения.

      Наверное, мы уже вышли на финишную прямую. Движение тут достаточно оживленное. Правда, несутся все как оглашенные, что туда - что оттуда. Мы же сохраняем величавый неспешный темп. Ну да наши в простреленных УАЗах небось вмерзли уже до синих носов.

     - Стоп колонна - неожиданно командует Саша, репетуя ожившую рацию.

      - Чт сл..? - надо же - а ведь задремал и аж слюни пустил, вот ведь стыдоба.

      - Пока просто стоп. Сейчас уточнят.

      Вывернув голову, вижу, что Николаич и Сергей подходят к краю дороги. Смотрят в бинокли. А подходили-то враскоряку - тоже устали уже.

      Старшой подносит рацию ко рту и Саша тут же оживает:

      - В поле метрах в трехстах от дороги стоит БТР, видимо брошенный. Грех не прибрать, если исправен.

      - Каким составом идем?

      - Всей группой - плюс Семен Семеныч. Охранять остаются приданные и примазавшиеся. Камеру не забыть - мало что там... Чтоб потом не заявили, что де пристрелили экипаж и злостно исхитили ценную вещь.

      Не было бабе печали - нашла баба в поле БТР...

      И чего ему в поле стоять - ежели вещь хорошая - то с чего это ему стоять в поле...

      Не трактор же...

      Ветерок со снежком после теплой кабины вызывает какое-то судорожное зевание, от которого все тело дергается и глаза слезятся. Подходим к Николаичу. Вижу, что также идут Дима-опер с Вовкой - водилой. Из машин вылезло несколько человек - организуют охрану колонны.

      Когда подхожу, Николаич в рацию уговаривает Надю не лезть с нами.

      Строптивая медсестра в конце концов внимает доводам разума - и остается.

      Когда начинаем выбираться с дороги на поле подбегает веснущатый парнишка из БТР конвоя.

      - Командир сказал, что если что не так пойдет - ложитесь - мы из КПВТ врежем!

      - Спасибо. А по нам, лежачим - не влепите сгоряча?

      - Не, командир сам за пулемет встал.

      - Ладно, учтем...

      Здесь выбраться с кольцевой не проблема - город закончился и потому кольцевая, как и положено нормальной дороге лежит на земле, а не зависает на высоте трехэтажного дома на столбах - колоннах...

      - А вы обратили внимание, что поснимали много шумозащитных экранов? Раньше как в тоннеле едешь, а сейчас обзор открыт?

      - Сектор обстрела чистили. Не иначе. Да и экраны эти - материал хороший.

      - Для чего, интересно?

      - Да для чего угодно - я бы на даче у себя легко нашел применение.

      - Разговорчики отставить! И держитесь левее - не забывайте про тяжелый пулемет за спиной!

      Вроде как наш строй называется 'косой уступ', если не путаю. Во всяком случае, идем цепочкой, но не гуськом и не шеренгой - так получается, что у каждого сектор обстрела чистый. И я могу снимать не спины товарищей, а все тот же БТР.

      - Ты комментируй - подсказывает идущий рядом опер.

      - А что комментировать - и так ясно.

      - Это тебе сейчас ясно, а когда будут смотреть посторонние, да через месяц - ничерта ясно не будет.

      - И что мне комментировать?

      - Да все подряд! Время действия, место, состав группы, цель визита к БТР, сам БТР - вид камуфляжа, бортовой номер, повреждения и так далее - включая, куда он смотрит рылом и куда повернулся задом.

      - Ну, кому это все нужно?

      - Если уж делаешь что - так делай хорошо. Все равно ж ты не стрелок сейчас!

      Приходится бормотать все то, что опер предложил. Потихоньку втягиваюсь. Вообще-то я понимаю, что он прав - так делают при всякой видеозаписи с места событий грамотные люди. Положено так. А то потом смотришь такое видео с места событий - камера дрыгается, а снимающий верещит что-то среднее между 'твоюжежмать!' и 'божежмой!'

      Чем ближе подходим, тем больше становится бронемашина. Наконец ее гробообразный бок занимает все поле видоискателя. Соответственно сообщаю видеокамере, что с левого бока БТР не имеет видимых повреждений, левый бок БТР покрашен равномерно зеленой краской, номеров и условных обозначений не имеет.

      Скашиваю взгляд на опера - как он отреагирует на подначку. Но у него физиономия совершенно невозмутима. Вспоминаю, как он себя вел при осмотре места происшествия несколько часов назад и понимаю, что зря тратил порох - потому как он сам ровно точно так же описывал бы машину. Также отмечаю, что бортовой люк закрыт, открыт только люк сверху - то ли мехвода, то ли командира.

      Окликает Николаич. Просит аккуратно обойти кругом агрегат. Остальные собрались в шеренгу с кормы машины. Оружие уже давно приготовлено к бою и стрелки - как взведенные пружины.