Клара, рассказав о своем зеленоволосом попутчике, вспомнила о его Модели истории человечества. Постепенно Вера почувствовала, что разговаривает с той самой Кларой, которую знала раньше. Почти с той же. Потому что какая-то кошка между ними все-таки уже пробежала. Вера подумала с завистью: и Ник ею очарован, и, наверно, этот Уранос...
После того как погас экран, подошла к зеркалу. Из-под густых ресниц сверкнули на нее синие, с темным оттенком глаза, дрогнули розовые губы. Игриво выставила ногу. Нахмурила брови:
- Глупцы! Ослепли, что ли? Ну ничего, время у меня есть... А тебя, Ник, я просто вынуждена найти, ты ведь не знаешь последних новостей, касающихся поведения магнитного поля!
Никифору захотелось есть. Он смотрел во все стороны, но не видел ничего съестного - густой лес если что и имел, то не выставлял напоказ. Деревья стояли совершенно равнодушные к переживаниям Никифора. Дубы дремали на солнцепеке, осина прислушивалась к чему-то, время от времени пошевеливая зеленовато-белой листвой, березы купались в голубизне неба и прямо-таки сияли от удовольствия. Стояла тишина, первозданная тишина, едва задеваемая пунктиром птичьих голосов. Слушал бы ее, бродил бы по ней, как по воде, но хотелось есть. Спасаясь от цивилизации, Никифор как-то не подумал о еде, потому что с проблемой питания никогда до сих пор не сталкивался. А теперь... Что же теперь? Неужели капитулировать перед этими брикетами и пакетами, которые дышат на тебя жареным или дразнят твое обоняние запахом дыни или огурца? Нажми кнопку - и все в порядке. Культурно, вкусно, питательно, и главное - легко, нажми только кнопку. А здесь, в лесу, кнопки нет. Юноша оглянулся и вздохнул: нет и нет! Ну и что? Все равно он не пойдет на поклон к этим кнопкам! Разве человечество?! не вышло из лесов? Смогли ведь наши пращуры выжить. И не просто выжить, а развиваться и усовершенствоваться. Ведь тот далекий путь, который привел современного человека к кнопкам, начинался именно в девственных лесах, на берегах рек и озер...
Эта спасительная мысль придала Нику бодрости. Он встал, потянулся до хруста в суставах, сгоняя с себя сонливость. Не все потеряно! Он будет Первым Охотником, Первым Рыбаком, Первым Собирателем Плодов! Наконец, это же просто интересно, оригинально - вернуться в лоно природы и слиться с нею в гармоническом единстве!..
Отправился на поиски пищи. Из-за кустов соблазняюще блеснул иллюминатором "Электрон" - мостик к цивилизации. Никифор не остановился: стоит только нажать на кнопку... Но уже само по себе воспоминание о кнопке погнало его от аппарата прочь. И чем сильнее тянуло его возвратиться к цивилизованному образу жизни, тем быстрее шагал он в лесные пущи. Пройдя с полкилометра, наткнулся на стену густой лозы. Пробраться сквозь нее не было никакой возможности. Пошел в обход. Наконец лоза осталась в стороне, зазеленела молодая трава-мурава, а за нею ударила лазурью вода. Озерца оказались на редкость красивые: ну ни дать ни взять - осколки огромного зеркала, разбросанные в траве, но Никифору было не до того. Прозрачную воду буквально пронизывали темные спинки рыб вот что он заметил! Какая это рыба - карась, или окунь, или, может быть, щука, он не знал, да и зачем ему было это знать? Главное - пища! Калорийная!
Разделся и вошел в воду. Рыба переполошилась, спинки замигали перед глазами, он ощутил мягкие толчки в ноги и рассмеялся. Озерцо малюсенькое, скрыться рыбе некуда, а развелось ее здесь видимо-невидимо. Засунул руки в воду по локоть, растопырил пальцы, ухватил одну, но не удержал - выскользнула. Снова и снова разводил руки в стороны, рыба попадалась, но каждый раз легко ускользала, удивляя его своей изворотливостью.
Выпрямился, стер пот со лба и беспомощно оглянулся вокруг. Взгляд его упал на одежду.
- Эврика! - воскликнул, выходя из воды.
Завязал штанины узлами - чем не рыбацкая снасть! Но даже и с помощью такого приспособления поймал не сразу: караси ухитрялись улизнуть вместе с водой. Однако теперь перевес был явно на его стороне. За полчаса отловил около десятка тяжеленьких карасей.
"Ну хватит, - подумал Никифор, - рыба есть, но не есть же ее сырой! Надо поджарить. Только как добывал огонь первобытный человек? Трением сухих гнилушек? Ну, в лесу это не проблема..."
Собрал охапку сухого хвороста и расположился на траве. Вытащил две гладкие ветки и принялся добывать огонь. Ту, что подлиннее, воткнул в землю, а короткой стал быстро и с нажимом тереть. Долго тер, пальцы хорошо разогрелись, но искомый огонь все не появлялся. Вскоре занемели колени, руки дрожали, а огонь упрямо не хотел показываться. Утомившись, Никифор лег навзничь и уставился в небо. Потом снова взялся добывать огонь, но уже другим способом. Одну ветку расщепил, а другую, острогав, поставил торчком и начал вертеть ладонями. В желобке, где крутился конец ветки, вскоре появился дымок, но все время приходилось менять ладони, и за эту короткую паузу тепло успевало развеяться, не дойдя до критической точки. "Вот оно что, - думал Никифор, снова и снова отирая пот, - это тебе не электроника, здесь надо сработать с максимальной точностью".
Крутил-вертел час, не меньше, пока в желобке не потемнело и не свершилось чудо - блеснул огонь!
- О Живой Огонь предков! - молитвенно сложив руки, воскликнул на радостях Никифор. - Слава тебе, могущественный и добрый!
Увидев, что вот-вот запылают все дрова, спохватился и побежал за новой охапкой - нужно было подбросить сырых веток. На бегу заметил в траве какого-то рыженького зверька, метнувшегося в сторону. Свернул туда - о, какой удар судьбы! в ямке, куда он положил свою добычу, не было ни одного карася, а осталась от них одна только чешуя да один недоеденный хвостик. Беспомощно оглянулся, взял свои мокрые штаны с завязанными узлами, подержал их в раздумье в руках и побрел к костру.
"Да вернись ты к кнопкам!" - словно шепнул ему кто-то прямо в ухо.
- Нет, я должен... должен довести игру до конца! Не стал рыбаком - стану грибником.
Где-то в глубине его сознания уже возникало пока еще не оформившееся: "А ведь все-таки придется..." Но то был всего-навсего робкий намек, расплывчатая тень. Никифор направился в гущу леса, приглядываясь к кустам и деревьям. Вскоре натолкнулся на яблоньку - вышла на поляну и встала в траве. Яблоки мелкие, терпкие, кислые-прекислые, но он поедал их одно за другим, пока не набил оскомину. Тут же неподалеку обнаружил невысокие кусты, обсыпанные синевато-черными ягодами. Они легко отделялись от плодоножки, и стоило едва притронуться, ягода уже оказывалась в пальцах. Положил одну в рот: вкусно, очень вкусно. После кислых яблок такая ягода казалась настоящим деликатесом.
Объев несколько кустов, вышел на солнцепек, лег в траву и блаженно потянулся. Настроенный на философский лад, думал о взаимоотношениях человека с природой, задавшись целью определить свой место в великом круговороте материи.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
