Читаем без скачивания Монтер путей господних - Ирина Сыромятникова

Вчера сказать мне об этом он не мог. Вот сволота! Мало того, что я один здесь в кожаных штанах хожу, притворяясь, что так и надо, теперь меня еще превратят в аттракцион. Одно дело — мелкий эпатаж, и другое — выставить себя диким краухардцем на глазах цивилизованной публики. Тут даже армейские спецы на своей секции такие доклады выкатывают — закачаешься! Оптимизация инструментального контроля на местности, с графиками мощности и данными топографической съемки. От возмущения дармовые пирожки не лезли мне в горло. Это надо же так человека довести!

За дальним столиком сидел Аксель, с независимым видом прихлебывал чай и вилочкой отламывал от пирожка крохотные кусочки. И почему мне кажется, что я знаю, от кого исходит эта гадская инициатива? Либо я подставлюсь сам, либо подставлю Сатала, так и так старый перечник получит удовольствие.

К концу заседания у меня созрел план мести. Они хотят шоу некроманта? Они его получат, хоть задницей жуй.

Плотно пообедав за казенный счет, я поехал по магазинам, закупив оптом белый шелк, тушь и перья для каллиграфии, а потом всю ночь, без сна и отдыха, ваял иллюстрации к моему эпохальному сообщению. Наверное, мое возмущение давило окружающим на мозги, потому что в третьем часу ночи в номер постучал портье и заявил, что через полчаса у меня поезд. Ему сильно повезло, что я не спал! Мужик был послан за кофе.

К утру я представлял собой идеал сурового чародея из синематографических лент о древних временах (да, в детстве я тоже испытывал слабость к этим дерганым картинкам, отсутствием ауры навевающим мысли о мертвецах). Никаких городских глупостей вроде галстука или воротничка: кожаный плащ, вязаный жилет на голое тело, широкие ремни через грудь, на щеке — знак-концентратор (я прочитал о таком в дневниках Салариса), на поясе — дядькины четки (кто знает, тот поймет). Без посоха. Макс украсился аккуратной алой попонкой с небрежно выведенной бальзамирующей руной. Блеск! Когда швейцар шарахнулся от нас, творя отвращающие знаки, я понял, что нужный эффект достигнут.

К трибуне шел в звенящей тишине. Шелковые плакаты на тонких бамбуковых жердочках производили впечатление боевых штандартов, черная и алая тушь смотрелись как брызги крови и пятна мрака. Макс, проникшийся моментом, сел на край сцены и тяжело вздохнул.

В первом ряду устроился неописуемо довольный Сатал, а рядом — неподражаемо скукожившийся Аксель. Это они меня еще не слышали!

Нудным тоном вчерашнего лектора я начал перечислять преимущества гибридного зомби на гулевой основе, краем глаза наблюдая, как постепенно наполняется зал. Начертить схемы потоков мне было раз плюнуть, а вот обзорную часть приходилось безжалостно плагиатить у автора первого доклада. А что делать? Темы-то я не знал. Критики с мест можно было не опасаться: если мужик не наврал, к созданию боевых зомби начали подходить как раз перед правлением Гирейна, а потом все труды на эту тему погибли при массовом сожжении библиотек (не забыть туманно намекнуть на долгие поиски таинственных гримуаров, спрятанных под действием Бриллиантовой Руны). Я полчаса тупо парил народу мозги, и хоть бы кто вспомнил о регламенте! Когда в дверях замелькала вторая армейская секция полным составом, стало ясно, что балаган пора сворачивать.

Дискуссии не получилось вообще. Армейские спецы целеустремленно протискивались к сцене с явным намерением пальпировать объект доклада. Теоретики магии с задних рядов ожесточенно спорили о том, что может или не может мой пес, практики с первых — сосредоточенно передирали схемы с плакатов. Я снисходительно выслушивал бред председателя секции о необходимости продолжить мои интереснейшие исследования. Работа семинара была успешна сорвана.

Любимый учитель был вне себя от счастья.

— Ну вот, а ты боялся! — Алкоголя в буфете не подавали, но у Сатала была с собой флажка коньяку. — Теперь старик заречется со мной спорить.

Что и требовалось доказать.

— Сэр, я понимаю — Аксель, но вы-то!

— А что я? — пожал плечами Сатал. — Координатор теперь Ларкес, а я — скромный шеф департамента практической магии. Провожу освидетельствования, выдаю лицензии, никаких карательных функций. Хотя, — тут он смерил Макса оценивающим взглядом, — возможно, скоро мой департамент приподнимется!

Как говорится, предки в помощь. Я, кажется, внятно объяснил, каким объемом оперативных проклятий надо владеть, чтобы провернуть подобное. Правда, оставались еще зомби-жуки — освоить их создание гораздо проще. Да Шорох с ними! Пусть делают, что хотят. Главное, чтобы Аксель от меня отцепился.

— Вы слышали? Омерзительно! Привести в Драйден-холл исчадье Тьмы. Я теперь никогда не смогу там появиться.

— Напротив, друг мой, все очень удачно и своевременно. Слухи неизбежно просочатся в прессу, и, когда все случится, власти не смогут отрицать своей вины. У них надолго пропадет желание играться с костями!

— С этой точки зрения… Да, вы правы, Учитель.

ГЛАВА 5

Больше на симпозиуме я не появлялся с молчаливого одобрения его организаторов. Говорили, что репортеры у парадного только что хороводы не водили, а двое посыльных на мотоциклах были натурально взяты в плен. Предки в помощь! Персонал гостиницы, проинформированный о возможных последствиях, свято хранил мои тайны (мысли о том, что можно противоречить некроманту, у них просто не возникало). Освободившееся время я использовал для освоения новых территорий.

Первым делом посетил старый город. Чтобы попасть туда, сделал крюк через предместья: на мосту в районе делового центра днем можно было застрять даже на мотоцикле (чем занят в городе весь этот народ?). Бывшая столица Ингерланда занимала средних размеров городской квартал с узкими щелями улиц, по которым даже тележку протащить — целая история. На периферии возвышались прежние загородные особняки знати, все прочее было застроено более-менее современными зданиями под старину. Наверное, все финкаунские белые собрались именно здесь — такой концентрации целителей, учителей и деятелей искусства на квадратный метр не было даже в Хо-Карге. Каждое второе здание оказывалось либо школой, либо клиникой, либо музеем.

Говорили, что некоторые чудаки приезжают в Финкаун с разных концов Ингерники, чтобы приобщиться к благородной старине. Лично меня город предков не впечатлил — не было в нем новизны. Ну — машины, ну — народ, так это не чудо. Старые дома с какого-то момента стали казаться однообразными (а откуда вы думали архитекторы Хо-Карга черпали вдохновение?), а бывшая инквизиторская резиденция не шла ни в какое сравнение с руинами, увиденными мной на Острове Короля. Скучно, господа! Я посетил тот дом, в котором прошло мое младенчество, но ничего в душе не шевельнулось. Навестил фамильное кладбище, но родства к черномраморным надгробиям не почувствовал. Иногда мне казалось, что на меня смотрят из толпы, удивленно или испуганно, но и это не трогало. Нельзя два раза войти в одну и ту же реку. Что-то необратимо разорвалось в чреде поколений, и теперь неродной краухардский дядя был мне ближе потенциально живых родичей. Конечно, здорово было бы найти папины деньги, но, учитывая инфляцию, я сейчас зарабатывал почти столько же.