5
Но позже власть взяла их младшая родня:сначала братья их, за ними сыновья.И младший норовил не так,как старший, жить —и поступать не так, и управлять не так.И сыновья взялись не по-отцовски жить —и управлять не так, и поступать не так.
Негоднейший каган негодного сменял,безумный принимал у глупого свой трон.И те, кто доводил законы до людей,все были как один – слабы и неумны.
6
Все беки, весь народ, не уважая власть,табгачам предались – посул, обман и лестьтабгачских ловкачей поссорили их всех.Со старшим младший жил в разоре и вражде,со всеми все дрались, друг друга не щадя.
Табгачам удалось так тюрков расслоить,что стал каган никем и стал народ ничем:мужским потомством он табгачам стал рабоми женским – о, печаль! – врагам рабыней стал.Знать тюркская, предав народ свой и себя,забыла имена и титулы свои,но, у табгачей взяв их имена взаймы,полвека им была как верная слуга…
Аристократы людей своего сословия называли «ар», «эр», «ир» (в зависимости от диалекта), ниже по социальной лестнице стоял «будун» (свободный народ), в том числе «кара будун» (чёрный народ). Свободный народ ещё именовался «кадаш», «кэдэш». И наконец, на самой нижней ступени социальной лестницы были «кеше», «киши» (человек). Такое разделение закрепилось на многие века и перешло в терминологию русских дворян, называвших, к примеру, официанта «человек».
Тем временем в китайских царствах происходят события, изменившие многое. В 580 г. умирает могущественный император Северной Чжоу, незадолго до этого подчинивший Северную Ци. Ему наследует душевнобольной сын, который понуждает свою супругу к самоубийству. За императрицу вступается отец – знаменитый генерал Ян Цзянь, правитель удела Суй; вводит войска в столицу Северной Чжоу и заставляет царедворцев назначить его регентом слабоумного императора. А затем и вовсе свергает того, основав новую императорскую династию Суй (589–618).
Ян Цзянь родился в семье аристократов смешанных тюрко-китайских кровей. Взойдя на престол под именем императора Вэньди, он начал решительные преобразования с целью возрождения Китайской империи, основательно растерявшей в «Период раздробленности» 220–589 гг. Начал с реформ в армии, раздав землю солдатским семьям по примеру надельной системы, бытовавшей ранее в Северной Вэй. Укрепил Великую китайскую стену для защиты от нападений с севера. Чиновников стал подбирать в соответствии с их способностями, а не на основании семейных связей. Будучи сам воспитанником буддийской монахини император Вэньди, поддержал распространение буддизма.
Таким образом, когда у тюрков начались междоусобицы, за Китайской стеной происходило укрепление и централизация власти с реформами в армии и бюрократическом аппарате, а основателем новой китайской династии вновь становится император с тюркскими корнями.
Особый интерес вызывают слова в Надписи о расслоении тюрков в результате усилий китайской дипломатии: «…Табгачам удалось так тюрков расслоить, что стал каган никем и стал народ ничем…». Во все времена правительства враждующих государств в тех случаях, когда кто-то не мог диктовать условия с позиций силы из-за слабости в военном отношении, предпринимали дипломатические ходы, в том числе вызывая в народах недовольства своими правителями. Так было полторы тысяч лет назад в отношении Тюркского каганата, такое мы видим в современной мировой дипломатии. Ничего не меняется!
Правителей Тюркского каганата подкупали золотом, шелками и другими предметами роскоши. Расслоение общества вызывало отчуждение правящей аристократии от народа с нежеланием простых тюрков сражаться за интересы ставших ненавистными родовых, племенных князей и старшин. Народ беднел, государство слабело.
Нельзя не учитывать и фактор расстояний Тюркского каганата. Даже в XIX–XX вв. с развитием железнодорожного сообщения, телеграфа, авиации не просто было управлять огромной территорией Российской империи, Советского Союза. А в VI–VII вв. это кажется невозможным. По мнению Л. Н. Гумилёва, завоевав огромную территорию, населённую многочисленными и храбрыми народами, тюркские ханы оказались в зависимости от лояльности своих подданных, и особенно это проявилось на западе, где основатели Великого Тюркского каганата оказались в ничтожно малом количестве (30, с. 124). В 581 г. распадается единое государство: на Восточно-Тюркский каганат и Западно-Тюркский каганат.
Западному кагану принадлежали земли от Крыма до Алтая. Здесь также большую силу обретали племенные вожди, не желавшие подчиняться единому правителю. Они враждуют и между собой. Тем не менее в 593 г. западному кагану как-то удалось вновь объединить обе части Великого Тюркского каганата. Вероятно, поэтому промежуток истории Евразии с 552 по 630 гг. называют периодом первого Тюркского каганата. Последние пятьдесят лет его существования отмечены бесконечными восстаниями и междоусобицами; уже в 604 г. единое государство ещё раз делится на западную и восточную части.
А в Китае вновь происходят перемены. Правитель царства Тан генерал Ли Юань (также с тюркскими корнями) при поддержке Восточно-Тюркского кагана свергает императора суйской династии и провозглашает себя императором Гаоцзу, дав начало китайской династии Тан (618–907). Благодаря Гаоцзу и особенно его сыну – Ли Шиминю (император Тайцзун) Китай занимает достойное место на карте мира (97, с. 90–93).
В 630 г. войска Тан при поддержке уйгуров громят армию восточных тюрков, забыв, благодаря кому свергли прежнюю династию. После чего правители Восточного каганата на долгие годы утратили независимость, признавая себя вассалами империи Тан, называемой тюрками страной «Табгач».
В 635 году на западе вождь болгар-унногундуров Кубрат нанёс поражение аварам и в союзе с кутургурами, утургурами окончательно изгнал их из северного Причерноморья, создав своё государство, названное историками Великой Болгарией.
В период с 630 по 678 гг. восточные тюрки и часть западных под властью танских императоров неоднократно восставали, но безуспешно. Наконец, в 679 г. началось самое большое восстание, продолжавшееся до 681 г. Возглавил восстание бек Кутулуг, провозгласивший себя Ильтериш-каганом. Он сумел избавиться от китайской зависимости, вновь объединил тюрко-язычный мир в государство, в основе которого лежал единый язык и письмо. Начался период второго Тюркского каганата.
8
Но сверху небеса, а снизу Мать-землясказали тюркам: «Вы не смейте погибать!Да не исчезнет род – да будет жив народ!» —так Небо и Земля их обязали быть.
Мне Ильтериш-каган великий был отцом,а Ильбильге-катун мне матерью была.Их Небо, поддержав в деяньях с высоты,возвысило и сил для подвигов дало.
9
Семнадцать было их, с кем мой отец-каганначала начинал – к ним в горы, в дерби, в глушьотважные стеклись, чтоб сверху хлынуть вниз.Семнадцать было их, а семьдесят сошлось.
И Небо им дало отвагу, дерзость, мощь,и были все они как волки, а враги —как овцы; смельчаки вели за боем бой,Объединяя всех, как вдохновлял отец.
И стало их семьсот – отважнейших мужей.Тогда-то мой отец стал возрождать народ:утративших закон – к законам приобщал,привыкших в рабстве жить – от рабства избавлял.
Пересоздал людей отец мой: дал им цель,и доблесть в них развил, и предков им внушиллюбить и почитать, и государство дал,и беков обучил родами управлять.
Но положение каганата оставалось сложным: вожди крупных племенных союзов стремились к самостоятельности. Сильными соперниками в борьбе за власть в Западно-Тюркском каганате стали враждебно настроенные тюргеши[13], на севере набиравшие силу кыргызы. На юге угрожали китайцы династии Тан.
В памятнике перечисляются племена и государства, с которыми пришлось воевать Ильтериш-кагану, добиваясь централизации власти и восстановления единого государства. Здесь уже практически нет упоминаний о племенах западнее Урала. Там начиналась своя история, о которой речь впереди.
10
И если справа[14] нас табгачи стерегли,то слева Баз-каган токуз-огузов гнална нас; не счесть врагов: кыргызов, курыкан,киданей, татабы, отуз-татар – все к нам…И сорок семь отец походов предпринял,и в двадцати боях поверг врагов своих,чтоб тюрков оградить от ярых вражьих сил,чтоб в тюрках возродить и честь,и жажду жить.
Так Небо помогло отцу: он усмирилвсех, кто ходил на нас зорить и брать в полон.Имеющих вождей он их вождей лишил,имеющих закон закона он лишил.
Кто голову имел – заставил он склонить,колени кто имел – заставил он согнуть.Восстановил наш эль мой доблестный отец —народу дав закон, сам к предкам отлетел.
Был предан он земле, и ряд балбалов[15] всталнад ним, чтоб знали все, кого он побеждал.
Далее составитель Надписи переходит к описанию жизни и деяний непосредственно Бильге-кагана и его брата Кюль-тегина, вновь повторяя, как важен Закон для единого государства, которому все обязаны следовать.
