горничной увидел меня, бледного, с синяками под налитыми кровью глазами и широкой вампирской улыбкой.
— Ы-ы-ы, — жизнерадостно поздоровался я.
А этот дурень вместо приветствия выпучил глаза и проблеял что-то невнятное.
Но то, что происходило в его голове, никакого интереса для меня не представляло. А потому я сразу ткнул его шокером, не давая прийти в себя.
Дальше всё пошло по накатанной, инъекция, обыск, допрос.
Всё, что я уже узнал, подтвердилось, так что пора уже и финальную сцену разыгрывать. А то, что-то затянулось это всё.
Излучатель, у него, кстати, свой был. Поэтому оружие безвременно покинувшей этот мир дамы я разобрал, и все детальки скормил утилизатору, равно как и планшет Аллена.
Он ему всё равно больше не нужен.
После допроса я освободил ему правую руку. Освободил я её для того, чтобы он своим дорогущим «Паркером» написал коротенькую предсмертную записку.
На мятом обрывке бумаги возникли корявые буквы, сложившиеся в неровную строку: «Я устал, я ухожу»…
На мой взгляд, получилось драматично, хе-хе. Хотя, я до сих пор не могу отделаться от ощущения, что эту фразу я уже где-то слышал.
Ну, покуда химия ещё подавляет волю паршивца, по команде он берёт излучатель, приставляет его к виску… Но вот нажимать на спуск что-то не торопится, хотя я его и об этом попросил.
Видать, что-то внутри мешает ему, не хочет он сдаваться окончательно перед моей химией и совершать последнее в своей никчёмной жизни мускульное усилие.
Пришлось помочь этому слабаку преодолеть запреты животных, хе-хе, инстинктов.
Если хочешь остаться в памяти потомков белым господином и вообще, сверхчеловеком, то от инстинктов нужно отказаться, иначе ты просто тварь дрожащая.
Я своим пальчиком надавил на его палец, лежащий на спусковом крючке.
Душа этого паразита отлетела в горние выси. Или в инферно провалилась. Наверное, вероятнее последнее, уж очень работа у него грязная была.
Вот так вот, поэтично, романтично и печально закончилась жизнь незадачливого киллера. Но это я так, прикалываюсь. На самом деле, собаке — собачья смерть.
С этими всё. Убрал все следы своего пребывания в каюте этого лузера и пошёл спать.
Завтра надо себя побаловать, как-нибудь расслабиться, дембель у меня, или как? В ресторан что ли сходить?
Да, решено, в ресторан. Надо бы на людей посмотреть, да и себя показать, а то одичал совсем…
Проснулся довольно поздно. И разбудило меня предчувствие большой беды, глобальной, всеобщей.
На утро и день у меня никаких планов не было. А потому я решил занырнуть в астрал, и посмотреть, насколько обосновано это моё ощущение надвигающейся катастрофы.
Через два часа я открыл глаза. Весь в холодном поту.
Меня повергло в шок и растерянность то, что я увидел там, на зыбких равнинах, где обычно лениво полоскались на звёздном ветру огромные полотнища астральных энергетических полей.
Сейчас всё решительно изменилось. Буря, шторм, цунами — эти слова слишком слабы, чтобы адекватно передать то, что сейчас творится на тонких планах бытия.
Среди радужных вихрей, обычно полностью заполнявших изменчивое пространство астрала, то тут, то там набухали черными язвами зловещие каверны.
Эти пространственные дыры вели в невообразимые глубины, где ворочалось нечто огромное, полностью чуждое нам и всему тому, что нас окружает.
В общем, я ничего толком не понял, слишком уж масштаб надвигающихся событий был велик, я просто не мог охватить своим убогим разумом всей перспективы.
Понятно было одно. Наш мир скоро изменится до неузнаваемости.
И подготовиться к этому невозможно, как невозможно и предугадать, какие именно изменения нас ждут в скором времени. Остаётся только ждать.
Поэтому я решил не заморачиваться этой глобальной проблемой, ибо нет смысла переживать и всячески трепать себе нервы, если не можешь никак повлиять на ситуацию. Её надо просто принять.
А потому я коротал время до похода в ресторан за построением различных планов, направленных на то, что бы установить заказчика покушений и разобраться с ним раз и навсегда.
Но, наконец, наступил вечер, и я, одев свою самую приличную гражданскую одежду, критически оглядел своё отражение в зеркале.
Всё бы хорошо, вот только шпаги лендлорда не хватает. Я же теперь почти лендлорд. Осталась сущая мелочь — в права наследства вступить.
А шпагу, наверное, можно было бы нацепить уже сейчас. На неё и девчонки клевать будут получше, хе-хе. Беда в том, что нет у меня шпаги.
Ну да ладно. Обойдёмся.
Средства покойничков с избытком восполнили то, что было израсходовано на установку импланта, так что я вполне мог себе позволить слегка гульнуть, не запуская лапу в деньги, оседавшие на протяжении пяти лет моей службы на карточку.
И средства, кстати говоря, там скопились вполне приличные.
Хоть и снабжали нас не очень, но платили хорошо и регулярно, так что у меня будут денежки для финансирования своих телодвижений, которые я буду совершать, уже будучи полноценным лендлордом.
Ресторан находился на вип-ярусе нашего корабля.
По пути туда не произошло ничего примечательного, за исключением, может быть того, что в переходах этого яруса, где в апартаментах первого класса обитали всяческие мажоры, мне попалась аптека.
Там я и приобрёл солидный запасец витаминов и микроэлементов, необходимых для развития моего импланта.
Заказав доставку всего купленного на завтрашний день, я продолжил свой путь.
Это был не ресторан, в классическом понимании. Скорее это был ночной клуб с соответствующим интерьером, где можно было, помимо привычных для ночного клуба развлечений, как следует поесть и насладиться различными кулинарными изысками.
Для этого был предусмотрен второй этаж, с которого, кстати, открывался прекрасный вид на танцпол, где возле немногочисленных мужчин извивались танцующие девушки, находящиеся, как это принято говорить, в активном поиске.
Мужчины же, как это у них заведено, скопились, преимущественно, у бара, попивая всякие разные напитки и вяло приставая к дамам, которые по неосторожности подошли к стойке взять себе чего-нибудь выпить.
Всё как всегда. Но я, перед тем, как приступить к поиску приключений на свою задницу, решил, для начала как следует подкрепиться.
А то у меня всё как-то получалось так, что питался я до сих пор сугубо армейской едой, которая, как вы понимаете, разнообразием не отличалась.
Девочка-официантка, одетая, прямо скажем, предельно минималистично, подскочила к моему столику, скромно спрятавшемуся в полумраке у стены и вопросительно уставилась на меня, хлопая пушистыми ресницами.
— Говори, — улыбнулся я ей.
Я успел отметить, что у неё озорная мордашка, большие голубые глаза и соломенного цвета волосы. А вот потом мой взгляд непроизвольно скользнул ниже и безнадёжно запутался в двух тонких бретелечках, на которые дизайнеры её
