смехом рассказал своей «половинке», а та, в свою очередь — Алле.
И «вольноотпущенная» с гвардейцем такую воспитательную работу провела — не до того ему стало, очень надолго. И за преферанс Витя на моей памяти больше не садился. Играй-играй, а языку воли не давай!
Бедуин
Всегда ли мы хорошо знаем людей, с которыми общаемся? Причем довольно близко и не первый год? К примеру, в одном полку служили, встречались семьями и т. п. Да, ответят многие, конечно! И будут неправы. Бывает совсем наоборот. То есть мы-то про них знаем, а они о нас — нет.
Сейчас поясню. Есть у меня два замечательных друга. С хирургом Колей знаком уже около сорока лет, с интернатуры еще, а с ракетчиком-зенитчиком Андреем, бывшим однополчанином — года на три меньше. Необходимо уточнить: Николай родился и вырос в наших краях, но по отцу-матери — чистокровный осетин, можно сказать, горец. Лицо кавказской национальности.
В девяносто третьем отправились мы как-то на природу — в деревню к моему папе. Там леса, озер видимо-невидимо, рыбы, раков хватает. Приехали, дело к вечеру.
Женам с дочками мы с Андрюхой, ибо Коля еще не был женат, поручили хозяев развлекать, а мужчины подались на одно из ближних озер. Типа на рыбалку. Ведь понятно же, когда трое мужиков собираются до кучи, рыбалка — не более чем предлог…
Колян ответственно сказал: у него с собой, и мы отправились. Кто ж знал, что он по неопытности взял только бутылку водки, даже без стакана. Доктор называется! А он, оказывается, думал — я как принимающая сторона, заботу о добавке, посуде и закуске возьму на себя. В общем, вышло небольшое недопонимание, приведшее к острому дефициту.
И когда на подходе к озеру ситуация прояснилась, Андрей с назидательным видом заявляет примерно следующее.
— Мне, ребятишки, довелось многое в жизни повидать…
Мы, ребятишки, такого внезапного и крутого налета никак не ждали. Даже остановились.
Оратор продолжил:
— Я, понятное дело, среди нас старший. Вот ты — (это он мне, эдак снисходительно), — в каком звании в армии был?
— Капитан медицинской службы… — говорю, — А то ты не помнишь? Мы же, вроде, один плац топтали, в одной палатке на Эмбе жарились…
— А ты? — (это Кольке, свысока), — тот отвечает:
— Старший лейтенант…
— Ну а я, товарищи младшие офицеры, — МАЙОР!
И, взяв из Колиных ослабевших от неожиданности рук флакон наш единственный, переходит к главному.
— Среди народов пустыни, где всегда остро не хватает воды, есть обычай: воду первому дают пить самому младшему. Берегут молодежь! С водкой же в точности до наоборот… — здесь отставной майор поднял бутылку на уровень лица и продолжил, обращаясь словно бы уже к ней и приглашая в свидетели, — И поскольку у нас не хватает именно водки, то ее первым будет пить самый старший! — и открыть уже норовит…
Тут Коля тормозит экс-майора:
— А что, мил человек, разве в пустынях и на равнинах воинские звания реальный возраст заменяют?
Бывалый несколько обескураженно:
— Нет, но есть же соответствие!
— А слабо́, — говорит мой горный друг, — Документально уточнить некоторые исторические факты? Права́ с собой?
— А как же, — отвечает старший офицер, предъявляет гордо: — Вот, дата рождения — двадцать пятое августа одна тысяча девятьсот пятьдесят восьмого года!
Коля методично гнет свою линию:
— У меня тоже есть такие, но давай сначала на капитанские глянем.
В моих значится двадцатое июня, но годом ранее… а Николай еще уточняет:
— А у меня — вот, двадцать пятое мая того же пятьдесят седьмого! Так что, товарищ майор, — и твердой хирургической рукой восстанавливает статус-кво, забирая бутылку назад, — Позвольте вам не позволить!
Никак я не предполагал в друге моем Кольке способности так лихо из горлышка шарахнуть… Не менее половины пузыря принял, не поморщившись, и рукавом занюхал на зависть любому алкашу. Большое дело — адреналин и воля!
Пришлось и мне, так сказать, в грязь лицом не ударить. Почти допил.
Выражение глаз нашего пустынника надо было видеть…
Той ложки, что на донышке осталась, для утоления жажды явно было маловато, но молодым ведь крепкие напитки без меры пить нельзя! Старшие просто обязаны этого не допускать!
Ни за что!
Правила дорожного движения, говорят гаишники и инструкторы по вождению, написаны кровью. Я бы добавил: и слезами.
Как-то одна моя подруга, уже будучи вполне состоявшимся специалистом — она врач-педиатр, решила: ей жизненно необходимо самой водить машину. Муж ее Паша, шофер со всеми мыслимыми категориями, в прошлом автогонщик, да еще и механик, долго пытался отговорить. А когда не удалось, решил помочь в нелегком деле. Сколько он, бедняга, натерпелся — отдельный разговор. И охрип, и к валидолу начал привыкать… Она тоже охрипла, позже, об этом и разговор.
Но, в конце концов, поехала мадам. Жили они тогда в небольшой служебной квартирке, дом стоял на окраине Могилева, у больницы, где оба и работали, стоянка рядом. Только у стоянки была особенность.
Там местность с приличным уклоном, площадку выровняли, и с одного края получился довольно высокий своего рода обрыв. Не отвесный, но крутой. А поскольку асфальт укладывали силами больницы, то на бордюры не расщедрились, и площадка без паузы и обочины кончалась. Перепад высот — больше метра.
В одно солнечное летнее утро наша Маша собралась куда-то поехать уже без мужа. Она-то опытная вполне, месяца два самостоятельно в магазин и обратно каталась. А накануне вечером на машинке, недавно приобретенном «Фольксвагене» модели «Гольф», домой приехал Паша. И остановился передом к склону. Он профессионал, а профи обычно стояночному тормозу не очень доверяют и поэтому оставляют авто на первой передаче.
В автошколах еще со времен советского ДОСААФа все инструкторы, когда «чайников» учат, особо подчеркивают: перед включением стартера обязательно покачайте рычаг переключения передач, дабы убедиться — он находится в нейтральном положении. И еще: опять же обязательно выключите сцепление, то есть на педальку… вот эту, средненькую… нажмите до упора, не сочтите за труд.
А опытным закон не писан! Наездница за руль уселась, ключик в замочек, да и повернула.
Стартер, как известно, обороты дает хорошие. «Гольфик» буквально прыгнул и через долю секунды уже носик с обрыва свесил, на брюшко сел, и приехали. Мастерица руля в ужасе на тормоз жмет что есть сил… А автомобиль и не думает дальше ехать. У него передок ведущий, и при всем желании его не стронешь, пока передние колеса в воздухе, хоть любую скорость включи.
Но Маша все тормозит, она твердо уверена: сто́ит
