на него, не сбавляя тон.
— Ну, хотя бы с того, что я был немножко в тебя влюблён, — отвернулся Чон и замолчал, всматриваясь в толщу воды.
Я застыла в безмолвном шоке, как будто язык онемел и прирос к нёбу. Он снова делал это… Заставлял поверить ему, как раньше. Но я больше не куплюсь на его уловки. Это был обман. Ему снова что-то нужно было от меня, только я не могла понять что именно.
— И ты думаешь, что я поверю в эту чушь? — добавила я уже с досадой.
— Твоё право верить мне или нет, но сейчас я хочу быть честен с тобой. А еще я хочу помочь, — сказал Чонгук мягко и вновь посмотрел на меня, из-за чего я резко отвернулась, чтобы не видеть его пронзительный взгляд.
— В жопу себе свою помощь засунь! Давай как раньше: ты ненавидишь меня, а я тебя! Идёт? — закричала я и заметила, как пара человек обратили на нас внимание.
Я решила сбежать и, поднимаясь, уже хотела броситься в ближайший парк, но парень меня остановил, забрасывая на своё плечо. Мне так хотелось вырваться, что, кажется, я набила ему кучу синяков в тех местах, где колотила и брыкалась ногами.
— Чонгук! Отпусти меня немедленно!
— У тебя есть два варианта: либо ты мне говоришь адрес, где остановилась, либо я везу тебя к себе, — договорил парень и поставил меня около своей машины, открывая дверь и перегораживая путь к отступлению.
Он меня ошарашил. Застал врасплох. Сперва так грубо схватил, а теперь еще и свои условия диктовал. После такого мне совершенно не хотелось говорить ему, где я остановилась. Хотя аренда все равно завтра заканчивалась поэтому плевать.
— Поехали… Отель «Гаон» на Чонно-три.
Мы ехали молча, и только радио разбавляло напряжение между нами, которое можно было резать ножом. Пока Чонгук вел машину и нервно постукивал по оплетке руля, даже не поворачивая голову в мою сторону, я была будто в трансе, прокручивая в голове его признание, словно заевшую пластинку.
Могла ли моя жизнь быть лучше, если бы я не вышла замуж за Хоби? Все пять лет с той вечеринки пролетели флешбэками перед моими глазами, вызывая головную боль и тошноту.
***
Когда мы приехали на место, я кинула Чонгуку быстрое «до встречи» и рванула в здание. Меня всю затрясло словно наркомана, который зависим от героина. Ноги почти не слушались, и я кое-как добралась до номера. Закрыв наспех дверь, я достала дрожащими руками заветную банку из сумочки. Я так делала всегда, когда мне становилось плохо. Раньше мне было достаточно просто поперебирать капсулы в руках.
Отсчитывая ровно тридцать штук, я силилась найти хоть один плюс в своей жизни, почему мне не стоило её заканчивать, и меня отпускало. Но не сегодня. Сейчас я хотела всё прекратить. И никакие уговоры совести, что по мне будет плакать лучшая подруга, и, наверное, родители, не помогали. «Как же я могла докатиться до этого», — подумала я и невольно заплакала.
Когда слезы перестали жечь кожу, а мои рыдания больше не заглушали звуки вокруг, за дверью послышался настойчивый стук и до боли знакомый голос:
— Соён… это ты?
Чонгук.
Он как будто чувствовал. Что заставило его подняться сюда, а главное, как он узнал, что я там, если у стойки администрации уже никого не было? Как будто моё «до встречи» прозвучало для него так отчаянно, что Чонгук воспринял его как прощание. Чон продолжал настойчиво стучать, и за секунду до меня дошло осознание, что соседи сейчас выбегут, а он выломает дверь. Меня всё равно спасут. Гад, он снова всё портит.
— Уходи! Давай поговорим завтра, — бормотала я, пытаясь не всхлипывать.
— Никаких завтра, Соён! Открой дверь сейчас же, иначе я её выломаю, — его голос был слишком взволнованным.
— Уходи, Чонгук! Пожалуйста…
Чон, конечно, не послушал меня. В следующую секунду я вздрогнула от оглушительного удара и запыхавшегося, разъяренного парня, который быстро подскочил ко мне, выбивая таблетки из рук. Он тряс меня, пытаясь привести в чувства. Удивительно, что никто не вышел на шум.
— Скажи мне, что ты не выпила их…
— Нет, успокойся… Ты помешал мне, — почти безучастно ответила я ему.
— Успокойся?! Я не верю тебе и набираю девять-один-один! — кричал в панике Чонгук и стал шарить по карманам, в попытке найти телефон.
Когда поиски не увенчались успехом, по-видимому, он забыл устройство в машине, парень попытался найти мой смартфон, но, похоже, я оставила его на берегу. В отчаянии Чон сел напротив, облокотившись на стену спиной. Знаете, увидев его взгляд, полный безысходности и тоски, я даже на секунду поверила, что он не соврал там, у реки.
— Ты расскажешь мне? — процедил Чон, упираясь взглядом в пол между моими коленями, где лежали разбросанные таблетки.
— Какую часть истории моей жизни ты хочешь услышать? — с сожалением выдала я.
— Ту, в которой все пошло к чертям, и ты решила, что больше не можешь жить с этим.
— А мы можем сделать это завтра? Я просто не в состоянии изливать душу сейчас. Да и к тому же, тебе с утра на работу.
От усталости я прикрыла глаза. Мне совершенно не хотелось сейчас встречаться с его пытливым взором.
— Я могу пропустить один день, — выдал брюнет, тяжело вздыхая.
— Это не стоит того, — с усмешкой ответила я, пытаясь встать, — я… Не стою того…
— Можно, я сам решу, стоит оно того или нет, — бросил Чонгук, хватая меня за запястья и притягивая к себе.
Я упала между его ног, немного ударяясь, от чего колени начало саднить. Будто извиняясь, он опустил свои теплые ладони на места ушибов, а его глаза смотрели на меня с таким волнением, что у меня закралось ощущение, как будто ему действительно не плевать, говорю я правду или нет.
