Читаем без скачивания План Б - Шарон Ли

Потом он постоял несколько секунд, склонив голову, — и, может быть, слушал, как ветер тихо шелестит листьями. А потом он снова поклонился, на этот раз как человек, который собирается попросить об одолжении.

— Говорящий уже несколько лет не получал благословения детей Джелы, а эта дама пока не представлена старейшине. В час нужды говорящий просит в дар два ореха и один лист.

После этого он шагнул вперед и, высоко подняв руку, отделил два ореха от нижней грозди. С той же ветки он сорвал лист и отступил обратно с поклоном благодарности.

Широко улыбаясь, он расколол орех и передал его Мири, а потом расколол второй и, сняв скорлупу, очистил крупное розовое ядрышко.

— Они вкусные, — сказал он, перейдя на земной. — Ребенком я съел их немало — к вящему отчаянию садовника.

Мири очистила свой орех и изумленно заморгала, почувствовав его аромат. Она начала было извлекать ядро, но остановилась и посмотрела на своего напарника.

— Славное дерево, босс. А оно отвечает?

— Что? — Он недоуменно заморгал, а потом рассмеялся. — А, я совсем забыл! На Лиад есть очень древнее Дерево, с которым мой клан… связан узами. Это долгая история. Имя того Дерева — Джелаза Казон. Это дерево — сеянец того, так что мне полагается отдать ему дань вежливости, согласна?

— Гм… — Мири откусила кусочек ореха, оказавшийся необычайно вкусным. — Откуда ты знаешь, что это дерево в родстве с твоим?

— Джелаза Казон только одно, — негромко произнес Вал Кон. — А Корвал порой скрепляет некие… контакты подарком в виде сеянца.

— Ясно.

Орех был съеден. Мири огорченно вздохнула и удивленно увидела, что Вал Кон протягивает ей лист.

— Заправь его себе за ремень, шатрез. Доела? Вот и хорошо. А теперь мы позвоним.

Привратник оказался юным, узкоплечим и тщедушным. Хрупкие кости выпирали из-под прозрачной золотистой кожи. Волосы у него были светло-рыжие, почти русые. Они падали на высокий лоб, но не закрывали синяков на обоих висках, там где боевой шлем оказался ему тесен. Синие глаза смотрели недоверчиво, в их глубине пряталась темная тень.

— Делм Клана Эроб? — переспросил он, переводя взгляд с нее на Вал Кона и обратно.

По тому, как едва заметно изменилось выражение его лица, Мири поняла, что он видит двух солдат, явившихся куда не следовало и справляющихся о человеке, к которому у них не может быть дел.

— Делм очень занята, — проговорил он на высоком лиадийском языке в средней модальности, предназначенной для незнакомцев с непонятным пока меланти. — Если вы ознакомите меня с вашим затруднением, сударь… сударыня… то, возможно, я направлю вас к нужному человеку.

— Нам чрезвычайно важно как можно скорее переговорить с Делмом клана, юный сударь.

Вал Кон несколько изменил модальность и теперь говорил как старший с младшим.

Щеки молодого человека вспыхнули, однако он не позволил, чтобы в его голосе прозвучали отголоски его гнева.

— Я должен настоять на том, чтобы вы более конкретно высказали свое дело, сударь. Если вы отстали от вашего отряда… или не получили должной выплаты… или не попали на транспортный корабль, то ни одна из этих проблем не будет решаться Делмом, хотя Клан Эроб способен решить любую из этих проблем или все вместе. Мне просто нужна информация.

Мири решила, что это недурно для парнишки, который явно с ног валится, и, наверное, только-только кончил делать кучу всяких дел, с которыми предпочел бы вообще никогда не знакомиться. Синие глаза обратились на нее, и она ободряюще ему улыбнулась — а потом вспомнила гипноурок и поняла, что сделала ошибку. Парнишка нахмурился, и его взгляд стал более жестким.

— Вы были у нас в саду? — спросил он требовательно, стремительно переходя на враждебный тон. Возмущение заставило его забыть о вежливости. — Вы повредили наше дерево?

Мири встала навытяжку, глядя ему прямо в глаза.

— Мы нисколько не повредили вашему дереву! — рявкнула она таким тоном, каким обычно выговаривала солдатам за особо крупную глупость. — Мы попросили даровать нам лист, и он был дан добровольно.

Выражение лица мальчишки стремительно изменилось: возмущение сменилось потрясением, а потом — волной ужаса. Он нервно облизнул губы и снова перевел взгляд на Вал Кона.

— Мы действительно, — мягко проговорил Вал Кон все в той же модальности старшего, — очень хотим поговорить с Делмом. Немедленно, если можно. Вы можете сказать, что пришел Второй представитель по делу дочери клана.

Паренек пошел за своим начальством, оставив их скучать в помещении, которое Мири благодаря гипноуроку опознала как парадную гостиную.

Мири представила себе, как, едва успев закрыть за собой дверь, он побежал по длинному коридору, и ухмыльнулась, осматриваясь. Интересно, чем эта комната отличается от первой, у двери, где они чуть было не оказались. Паренек шагнул было за порог, и Мири успела увидеть обшитые светлым деревом стены и неудобную на вид мебель, а потом привратник передумал, шагнул назад, слегка поклонился и пригласил их пройти следом за ним.

И вот теперь они сидят в Желтой гостиной и еще одно юное создание, еще чуть помоложе, подает им вино, бокалы и блюдо с печеньем. Она позволила себе всего один любопытный взгляд — объектом которого стал главным образом Вал Кон, — очень мило поклонилась и осведомилась, не угодно ли им что-нибудь еще, хотя ее тон ясно говорил о том, что она надеется на отрицательный ответ.

— Спасибо, — серьезно ответил Вал Кон. — Гостеприимство вашего Дома дарит радость.

— Спасибо, сударь.

Девчушка поклонилась и сбежала, забыв даже закрыть до конца дверь прежде, чем перейти на бег.

Мири снова ухмыльнулась, зацепила большие пальцы за ремень и подошла к окну, немного щурясь на солнце.

— А вот и твое дерево, босс.

— Правда? — Он подошел к ней и встал рядом, плечом к плечу. — Но это не мое Дерево, Мири. Это — дерево Клана Эроб. Мое гораздо старше. И выше.

— По мне — это пустая отговорка, — заявила она. — Если это дерево — сеянец твоего, а твое — единственное, если не считать его сеянцев…

Она замолчала, и ее щеки покрыл непривычный румянец. Вал Кон засмеялся.

— О! Ты начинаешь понимать, что такое клан.

— Ничуть не смешно…

Она не успела договорить: дверь с щелчком начала открываться.

Вал Кон бесшумно направился к центру комнаты. Мири двинулась за ним, отстав на полшага.

Вошедшая в гостиную женщина не бежала по коридору сломя голову, но и не медлила. Она была седая, сероглазая, золотокожая, поджарая и чрезвычайно энергичная. Две глубокие морщины пролегли горизонтально по ее высокому лбу. Не менее глубокие морщины сбегали от носа к губам. Морщинки веерами расходились от уголков глаз: она щурилась, глядя на них против солнца. Одета она была просто. Благодаря гипноуроку Мири знала, что на ней — домашняя туника. Узкие брюки были аккуратно заправлены в бежевые ботфорты.