— Враг моего врага?
— Именно. Поэтому мы с моим коллегой предпочитаем работать с вашим народом. Да, вы задаете вопросы — но вы и не болтаете.
— И что вы предлагаете касательно нашей сделки?
— Я хочу предложить компромисс, который может устроить и вас и нас.
— Например?
— Есть несколько вариантов. Мы можем выдать вам наличкой, в хаттских пеггатах. Но это будет в виде нескольких контейнеров. А еще — нам понадобится очень много времени чтобы, не привлекая внимания, собрать нужную сумму. Можем выдать обезличенными чипами. Но их тоже будет немало, и с ними возникает куда более значимая проблема — у вас не везде примут такие суммы. В каком-нибудь Корпоративном Секторе, подобными средствами на обезличенных чипах тоже светить не стоит… И не только в Корпоративном Секторе, пожалуй. Вы везде с ними отметитесь. И есть третий вариант — мы открываем вам кредитную линию. Проценты, конечно, придется возвращать, как и тело долга, но мы это будем делать сами. Вы же сможете просто пользоваться этой кредитной линией, как обычным банковским чипом. Здесь, конечно, тоже есть недостаток, мы не можем держать на этом счету пол миллиарда и даже сотню миллионов лучше не держать. Но десяток-другой — вполне можно. А если вам понадобится большая сумма, то нужно будет уведомить менеджера, который будет заниматься вашим счетом.
— И вы будете знать о всех наших покупках, — усмехаюсь.
— Да… это… тонкость. Ведь здесь возникает вопрос взаимного доверия. Но! Несмотря на этот недостаток, если вы собираетесь заняться легальным бизнесом, то наличие такой кредитной линии само по себе говорит о вас как о состоятельном и перспективном клиенте.
— К тому же, пш-ш-ш, если вам надо совершить сделку, пш-ш-ш… скажем так, традиционными и не отслеживаемыми способами, пш-ш-ш, вы всегда можете перевести деньги с кредитной линии на обезличенный банковский чип, — вмешался в разговор Ном, отлипнув наконец от реактора. — Пш-ш-ш… Операция, бесспорно, потребует незначительных дополнительных расходов, пш-ш-ш, но зато вы всегда сможете использовать все плюсы предложенных нами методов, пш-ш-ш… и избежать сопровождающих их недостатков.
— Хм… Я посоветуюсь с товарищами?
— Конечно.
Покинув грузовой трюм, мы скучковались в кают-компании. Отключив динамик, обращаюсь к мандалорцам по внутренней связи:
— Ну? Что думаете?
— Жесть. Я даже понятия не имел, что мы в такой заднице. И ведь все логично! — воскликнул Каут. — Лет пятьдесят назад у нас пыталась открыться ЧВК. Это была общая инициатива кланов Конкорд-Доуна и власти Мандалора, но… Насколько я знаю, её развалил тогдашний герцог. На него такие санкции посыпались, что новоиспечённую организацию пришлось распустить.
— А вы не могли мне об этом раньше сказать?! — наезжаю на Каута, как бык на муравья. Тот аж отступился.
— Так ты не спрашивал…
— Ладно, Шейд, не заводись. Ну откуда нам знать, что важно, а что нет? Мы же не аналитики, простые наемники.
— Я не завожусь, просто… Ладно, не важно. Ненавижу сюрпризы… — сложив руки на груди, загружаю мозги новыми вводными и, откинув старые наработки, в экстренном порядке пытаюсь придумать, что делать теперь. Черт… Как же не хватает «Сладкой Радости». А еще лучше Хадии.
— Оставим пока политику. Что сейчас делать будем? — Воррен посмотрел на парней.
— Да. Не прибьют ли нас эти предприниматели? Им ведь нас проще убить, чем платить. Причем, как мы выяснили, не из жадности, а чтобы к ним никто не цеплялся.
— Не будет нас никто устранять, Зер, успокойся. Только дурак будет рубить голову источнику таких ништяков. Принесли-то мы им не мелкие игрушки.
— Аргумент…
— Пятьсот лямов, парни! Пятьсот лямов…
— Каут, остынь.
— Шейд, может взять налом? Республиканскими кредитками.
— Такую сумму? Шутишь? Да тут инкассаторский броневик нужен, — ответил за меня Дис. — Хотя бы для того, чтобы это все влезло.
— Или фрегат банковского клана.
— Что, в сущности, одно и тоже.
— А там привезти и распределить по кланам.
— Вот никто не удивится, когда все резко немножко разбогатеют, в нашем то углу!
— Ну да…
— Пятьсот лямов… Пятьсот лямов… Какие деньги… Какая боль. Гребаные джедаи. Гребаный сенат…
— Шейд, а что думаешь ты? А то ты вдруг притих.
— Тц. Я думаю.
— О чем?
— Как вас не похоронить.
— Э?
Вздохнув, поясняю:
— Как здесь быть и что делать. Если Дамаск прав, а не верить ему у нас причин нет — хотя бы потому, что все, что он сказал, логично смотрится — то у нас большие проблемы. Прямо Оч-чень большие.
— Да брось, выкрутимся. Не впервой. Не переводом, так наличкой.
— Да не в деньгах дело, Зер. Не в деньгах. А в том, что за Мандалором наблюдают. Дамаск ясно дал понять, что, как только вы очухиваетесь, в вас летит тапок. Значит, нам нужно действовать аккуратно и тихо. По крайней мере до тех пор, пока мы не сможем дать нормальный отпор в случае проблем. А отбиться мы еще долго не сможем. Да, вы крутые воины, парни, но четыре миллиона населения — это ни
