За спиной раздался скрип. От ужаса я перестала дышать и присела. Сердце билось где-то в горле. Позади мне уже чудились чьи-то шаги. Тишина… Я оглянулась. На окне болталась полуоторванная ставня. От едва ощутимого дуновения ветерка она качнулась и жалобно заскрипела. Зловеще мерцали осколки стекол. Я с шумом перевела дыхание. Послышался еще какой-то звук. Теперь мне казалось, что в каждом темном закуточке что-то движется. Волосы на моей голове зашевелились, захотелось завопить и бежать отсюда без оглядки.
Я вскочила и пулей вылетела на тротуар. К действительности меня вернул новый взрыв хохота и какие-то выкрики, донесшиеся с соседней улицы. Трусиха, мысленно выругалась я. Если боишься всего на свете, дома сидеть надо, а не шататься по ночам.
Из-за дома появился водитель «Вольво». Он шел решительно и целеустремленно. Я скоренько прервала сеанс самовоспитания и шагнула за угол. Мужчина торопливо, почти бегом пересек дорогу, открыл заднюю дверцу, скрылся по пояс в машине. Сказать «помог пассажиру выйти» значит не сказать ничего. Человек, которого он буквально выволок наружу, находился в совершенно невменяемом состоянии. Водитель прислонил его к машине, ногой захлопнул дверцу. Колени неизвестного подгибались, и он все время норовил сползти вниз.
Мужчина наклонился, одной рукой перекинул через шею тонкую руку неизвестного, другой подхватил его за талию, развернулся и попытался идти. Фонарь осветил худенькую женскую фигурку.
Вытянув шею, я наблюдала, как парочка переходит дорогу. Точнее, неровными шагами передвигался мужчина, ноги же его спутницы едва касались земли. Дама пребывала в киселеобразном состоянии и никак не желала оставаться в вертикальном положении. Время от времени мужчина останавливался, чтобы подхватить поудобнее «туловище», как выражается один мой знакомый, когда его жена является домой с очередной презентации.
Когда они исчезли из виду, я решилась покинуть свое укрытие и двинулась за ними, стремясь держаться ближе к домам. Из-за того, что в машине мог остаться кто-нибудь еще, я особо не беспокоилась. Тип на «девятке» сказал «разруливай сам», а такие слова на ветер не бросают.
За двухэтажкой открывался проезд, достаточно широкий даже для «КамАЗа». Однако сразу же стало ясно, почему водитель «Вольво» предпочел идти пешком. Через несколько шагов я провалилась по щиколотку в вонючую лужу, а еще чуть дальше проезд загромождала куча досок, кирпичей, какого-то хлама. Я осторожно обошла ее по узкой тропке и уперлась в деревянное ограждение, такими обычно обносят стройки от любознательных детей и чересчур рассеянных взрослых.
По мере удаления от освещенной фонарями улицы в проулке становилось все темнее. Направо или налево? Я повернула направо, двинулась вдоль забора, ощупывая ногой землю, прежде чем сделать следующий шаг. Больше всего на свете, кроме чашечки горячего ароматного кофе, разумеется, я сейчас желала, чтобы луна светила поярче, а рядом был Виктор, такой надежный и всегда знающий, как поступить.
Нога влезла во что-то липкое, даже думать не хотелось, что бы это могло быть. Я шагнула дальше, споткнулась и совершила продолжительный полет вперед, во время которого успела вспомнить все ругательства, которые знала, потому что после падения в подобном месте в машину лучше не садиться — не отмоешь, а бросать ее тоже не хочется, да и не каждый таксист согласится…
Руки и колени упирались во что-то мягкое. Я прервала причитания, пригляделась, насколько это было возможно. На этот раз я предусмотрительно прихватила с собой и сигареты, и зажигалку, но пока не решалась ею воспользоваться. Ага, кажется, старое кресло, только без ножек. Руки ощупали ворсистую обшивку. Выбросили при переезде, ну, что же, новая квартира, новая мебель. Я хлопнула ладонью по креслу и чихнула.
Так, слева — забор, справа — какое-то строение, проход между ними загораживало кресло. Значит, я выбрала неверное направление.
Обратно передвигаться было уже значительно легче, тем более оказалось, что вдоль забора я прошла всего каких-то полтора-два метра. Впереди раздались шаги, я попятилась назад как можно дальше. Шаги замерли, я тоже. Совсем рядом чиркнула спичка. Ярко вспыхнувший огонек осветил на мгновение лицо человека из «Вольво» с сигаретой в зубах. Он был один. Я сделала еще шаг назад, споткнулась о кресло и приземлилась на него пятой точкой. Старые пружины с натугой скрипнули. Мужчина поднял голову, прислушался. Спичка, очевидно, догорела и погасла. В полной темноте и тишине я напряженно ждала. Через несколько секунд зажглась следующая спичка, мужчина прикурил сигарету и, тихонько что-то насвистывая, удалился.
Я подождала еще немного, надеясь услышать шум отъезжающей машины. Со стороны улицы не доносилось ни звука. Но не век же мне здесь сидеть, может, в этом лабиринте, куда я забралась, просто ничего не слышно. Я поднялась с кресла, добралась до развилки у забора. К этому моменту я уже решила, что ни за что не вернусь к машине, пока до конца не узнаю, в чем дело. Зря, что ли, столько страху натерпелась. Да и женщина, которую я видела, куда она делась? Вряд ли даму доставили домой… Теоретически возможно, но верится в это с трудом.
В другую сторону идти было гораздо проще, особенно когда удалось выяснить, что здесь существует некое подобие тропинки. Забор быстро кончился, точнее, часть его отсутствовала полностью. То ли досок не хватило, то ли понадобились они кому-то. Тропинка тоже кончилась. Так, куда дальше? Судя по всему, все-таки за забор. На земле в беспорядке валялись какие-то деревяшки, вероятно, все, что осталось от исчезнувшей части ограды. «Остались от козлика рожки да ножки», — пробормотала я слова известной детской песенки и перешагнула на другую сторону забора. А ведь тоже вышел однажды в одиночестве «в лес погуляти», козлик, в смысле.
Я вынула из пачки сигарету, достала зажигалку. Впереди темнело что-то непонятное. Я сунула сигарету в рот, сделала шаг… На мгновение нога повисла в воздухе, при этом память услужливо подсунула кадр из мультфильма про Тома и Джерри. Я ойкнула, инстинктивно закрыла глаза и рухнула вниз. Больно стукнулась о стенку ямы, несколько раз перевернулась и остановилась, уткнувшись носом во что-то прохладное и мягкое. Я подняла голову, открыла глаза. Передо мной белело чье-то лицо.
Я заорала благим матом, вскочила и попыталась бежать. Тут же споткнулась, так как уперлась в почти вертикальную стену ямы, но еще некоторое время с тупым упрямством пыталась карабкаться наверх. Не знаю, долго ли это продолжалось, потому что, когда способность соображать ко мне наконец вернулась, я обнаружила, что сижу на земле и тихонько подвываю. Не то чтобы я боялась покойников, но слишком уж все это было неожиданно.
В правой руке я все еще сжимала зажигалку. Всхлипнув, я достала еще одну сигарету, прикурила, подняла зажигалку повыше. Женщина лежала на спине, не подавая признаков жизни. Я поднесла огонь поближе к лицу, слегка повернутому в мою сторону. Бог мой, Ирка!
Перепачканное грязью лицо было безмятежно спокойным, губы слегка улыбались. Я в пару затяжек докурила сигарету, снова всхлипнула, переложила зажигалку в левую руку, а правой попыталась нащупать на ее шее пульс. Черт, как это делают? Кажется, надо голову набок повернуть. Иринка вздрогнула и протяжно вздохнула. Я взвизгнула от неожиданности и шарахнулась в сторону, едва не выронив при этом погасшую зажигалку.
— Эй, внизу!
Я зажала рукой рот, подняла голову. На фоне звездного неба на краю ямы виднелся чей-то силуэт.
— Эй, вы, там! Оставьте ее и поднимайтесь.
Я молчала. Кажется, это вернулся водитель «Вольво». И уж, наверное, не для того, чтобы вытащить бедную девочку наверх. Скорее всего он и не уезжал никуда, а сидел в машине и выжидал. О возможности его возвращения я даже не подумала.
Голос повторил более требовательно:
— Я сказал, поднимайтесь. А то рядышком лежать будете.
Н-да, если уж не везет, так это на весь день. Наверное, лучше подчиниться. Я поднялась и вспомнила, что сижу в яме.
— Как же я это сделаю?
— Да не сюда, правее идите. Вот так-то лучше.
Я послушно взяла вправо и попробовала подняться. Край ямы здесь оказался довольно пологим, помогая себе руками, я вскарабкалась наверх. Там меня подхватили крепкие руки.
— Что вы тут делаете? — при этом меня основательно встряхнули.
— Эй, эй, поаккуратнее! — так просто сдаваться я была не намерена.
— Ну, хорошо, — хватка чуть ослабла, — идемте.
Он ухватил меня за рукав и потащил за собой. Можно, конечно, попытаться вырваться, но куда, скажите на милость, здесь убежишь? Разве что обратно в яму. К тому же я беспокоилась за Иринку.
Первым делом я обратила внимание, что «Вольво» на месте не было. Тип остановился и развернул меня к фонарю.
— А-а, старая знакомая, — усмехнулся он, — не буду утверждать, что рад видеть.
