Повелитель Демонов так заторопился предстать перед следователем, что забыл известить нас о вызове. Чарли узнал о его уходе к Рою и предложил мне и Жанне срочно прибыть в лабораторию Антона. Не скажу, что я охотно оторвался от процесса, кое-что еще надо было сделать, и все же поспел до возвращения Антона. Чарли развлекал Жанну, но это плохо ему удавалось.
- Ужасно хочу спать, - пожаловалась Жанна. - Если засну, не будите до появления Антона.
- Все нормально, - объявил Чарли. - Сон - это здоровая реакция на нездоровую действительность. Любое выздоровление начинается с позыва ко сну.
Я хотел было напомнить Чарли, что недавно он доказывал невозможность излечения, если не ликвидируют основное заболевание, - а основное заболевание Жанны, по его словам, тот факт, что она живет, - но вовремя сообразил, что парадоксы такого рода не для слуха Жанны. Тут ворвался Антон Чиршке и с порога закричал:
- Вы у меня? Я каждого вызывал, никто не откликается! Понять не мог, куда вы все подевались. Черт возьми, что произошло! Нет, этот Рой штучка, можете мне поверить!
- Садись! - приказал Чарли. - Не топай ногами и не размахивай руками. Постарайся говорить связно. Точно передать разговор ты, конечно, не сможешь, но хоть ни о чем не умалчивай и не мекай.
Не сомневаюсь, Чарли хотел, чтобы Антон обиделся. Обиженный недоверием к своим способностям, Антон начинает следить за собой, и тогда с ним все проще. Чарли добился большего: Повелитель Демонов вознегодовал. Он обругал Чарли и взял себя в руки. Это дало ему возможность десять минут изъясняться толково.
- Знаете, с чего начал этот белобрысый землянин, этот медведь средней руки, как ты его определил, Чарли? Ни за что не поверите, друзья! Пожал полутонным усилием мою руку, как будто не пожимал, а выжимал ее. И объяснил, что больше всего его интересует, почему я ношу странную кличку Повелитель Демонов? Я, естественно, поправил: не Повелитель Демонов вообще, а Повелитель Демонов Максвелла. Он скептически осведомился, есть ли в названиях разница. Я заверил, что разница весьма существенная. Он попросил разъяснить эту существенную разницу. Я ответил, что ее должен видеть каждый здравомыслящий и культурный человек, в особенности физик по образованию. У Роя железная выдержка, он и глазом не моргнул, даже голос стал мягче.
"Если это вас не затруднит, - сказал он и так улыбнулся, словно я его одарил, а не высмеял, - то я бы хотел узнать подробней, что должен видеть в разнице демонов".
"Общеизвестные демоны, - сказал я тогда, - это нечто вроде злых или там не очень добрых духов, непрерывно общающихся с людьми, то есть чаще всего вредящих людям: всякие черти с рогами и хвостами, домовые в лохмотьях, заросшие шерстью крысообразные бесы, безрогие и бесхвостые гномы и кобольды, эльфы и сильфиды в развевающихся одеждах, а также уродливые старухи ведьмы, лесные бродяги лешие, коварные речные русалки, прожорливые горные драконы, глуповатые джинны в бутылках и прочие в том же роде. Объединяет всех этих многообразных демонов то, что все они сверхъестественные существа, каждое со своим именем и норовом и непохожим на других обликом, и что эти сверхъестественные существа реально - в смысле "физически" - не существуют. Они - плод воображения".
"Понятно, - сказал он. - Общеизвестные нормальные демоны имеют свои особые фигуры и лица, носят особые имена, по-особому общаются с людьми, а реально их нет. Этими красочными плодами воображения вы не командуете. Сколько вспоминаю, такими демонами повелевали в древности некий царь Соломон и два-три арабских халифа. В общем, с ними просто. Ну, а демоны Максвелла? Они тоже имеют имена и телесный облик? И существуют физически?"
"Нет, - сказал я. - Демоны Максвелла - это научные понятия. Им не присвоили телесного образа, их не наделили именами. Великий физик прошлого Джеймс Кларк Максвелл предположил, что если бы существовал демон размером с молекулу, и если бы этот демон стоял у забора с отверстием, прикрытым дверкой, и если бы к отверстию подлетали молекулы, то он смог бы их сепарировать по скоростям: открывал дверцу перед быстрой молекулой, поспешно закрывал перед медленной. В результате быстрые перелетали бы по другую сторону забора - и там повышалась бы температура, а медленные оставались бы по эту сторону - и здесь температура падала бы. Мне удалось реально осуществить гениальную идею Максвелла".
"Поэтому вас и назвали Повелителем Демонов Максвелла?"
"Совершенно верно".
"И эти демоны, эти абстрактные научные понятия, не имеющие ни имен, ни физического образа, у вас приняли вид..."
"Особого рода пористых перегородок, которые я изобрел еще на Земле и которые поставляет мне на Урании лаборатория Жанны Зориной. Быстрые молекулы пролетают сквозь них, не теряя скорости, а медленные отталкиваются. Вроде бега с препятствиями: хороший бегун легко перепрыгивает через поставленный на пути забор, тогда как плохой задевает его ногами и падает..."
"Я слышал, все отопление на Урании производится вашими демонами, то есть сепараторами молекул?"
"И охлаждение тоже. Все холодильные установки работают от моих сепараторов".
"Как это осуществляется технически?"
"Проще простого. Специальные насосы под давлением вдувают в сепараторы воздух. Быстрые молекулы проскакивают через перегородку и отводятся по горячей трубе, медленные рушатся в трубу холодную. Вот и все".
Так я ему растолковал конструкцию моих сепараторов. Он кивал, улыбался - демонстрировал, что его восхищает простота объяснений. А потом задал стандартнейший вопрос всех невежд: не опровергают ли мои демоны, принявшие телесную форму пористых перегородок, второе начало термодинамики? Вот, мол, есть такое понятие "энтропия" - мера вырождения энергии, мера хаотичности движения молекул. Он затвердил еще в восьмом классе, что энтропия во всех физических процессах должна расти, увеличивая хаос и беспорядочность, - как у меня с этим священным понятием термодинамики? Ему почему-то кажется, что мои демоны ополчились на фундаментальные законы физики. Я не постеснялся сказать, что хороший физик не должен ограничиваться знаниями, приобретенными в восьмом классе. И популярно растолковал, что и в моих установках энтропия растет. И что если снова соединить горячий и холодный потоки, то воздух возвратится к прежней температуре - повышение ее в одной трубе компенсируется понижением в другой, а к этому еще добавляется потеря энергии на работу насосов, весьма немаловажная величина.
"В общем, можете не волноваться, Рой, - объяснил я, - энергия в моих установках не создается и не уничтожается, а лишь трансформируется".
Он любезно заверил, что уже не волнуется, и предложил перейти от сепарации молекул к взрыву сгущенной воды. Я согласился, что пора перестать попусту терять время. Он снес и этот выпад. У него дьявольская выдержка, вам нужно заранее с этим считаться. Он сказал почти вежливо:
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
