Читаем без скачивания EVE Online. Выйти из игры - Михаил Атаманов

- Штурмовик, - поправил его сосед, не оборачиваясь. - Подчищал за десантурой оставшиеся очаги сопротивления. Брал штурмом космическую станцию галленте Тесканен-4, затем зачищал их командный центр на четвёртой планете на трёхкилометровой глубине…

- Нога… это там? - уточнил бывший курсант.

Гигант резко остановился, Зак едва не уткнулся ему в спину. Оказалось, что они уже пришли. Спереди была пластиковая дверь с надписью «Столовая работников металлургического предприятия «Космо-метало-напыление Лай Дай». Одноногий взялся своей огромной рукой за дверную ручку, но вдруг передумал, развернулся к Заку и коротко ответил:

- Нет.

Уже за столиком, уминая белковые котлеты непонятного происхождения и запивая их мутным синтетическим соком, гигант заметно подобрел. Сообщил, что его зовут Грегор Дайт, и пояснил причину отсутствия ноги:

- С фронта я вернулся целым… и досрочно. Меня разжаловали, лишили всех наград вместе с положенными к ним надбавками за риск, после чего отослали с фронта сюда на Кисого. А всё за то, что я нарушил субординацию и набил морду офицеру из-за того, что этот гад без всякой предварительной разведки послал наш взвод прямо на минное поле. Я нисколько не жалею, это следовало сделать ради памяти о погибших друзьях… А нога, это уже здесь. В цеху «Космо-метало-напыления» взорвался бак с расплавом нестабильного силицида молибдена. Технолог как раз стоял рядом с автоклавом и упорно доказывал старшему нашей смены, что всё нормально и не стоит волноваться из-за роста давления. Мол, прочности автоклава хватит, зато время цикла можно уменьшить на четверть. От технолога потом нашли только платиновое кольцо с пальца, а от старшего смены вообще ничего не осталось… Жаль, неплохой был мужик… А мне повезло. В момент взрыва я стоял на другой стороне цеха за охладительной системой, и мне лишь оторвало ногу и наделало дырок в животе… Но мне нечего жаловаться на судьбу – я остался жив, а компания Лай Дай за свой счёт меня отремонтировала и даже назначила пожизненную пенсию по инвалидности… Ну и всякие льготы сохранились, например обедать в их столовой вместе с приглашёнными гостями. Хотя для меня одного питаться тут конечно слишком накладно, пенсии не хватит. Так что вот так… Теперь я вроде как в тупике. Здоровье вроде есть, но в армию мне ход закрыт. Есть пожизненная пенсия, но совсем мизерная, и той я могу лишиться, если найду другую работу. Я конечно пробовал устроиться, только кто вот возьмёт одноногого калеку, отчисленного за несоблюдение дисциплины…

Зак ворочался в закрытой капсуле и никак не мог заснуть, несмотря на сильнейшую усталость. Ужин не пошёл впрок. Живот урчал всю ночь, отказываясь принимать непривычную пищу. В итоге, поняв бесперспективность дальнейших попыток уснуть, парень зажёг маленький светильник над головой и с помощью имевшегося в сумке переходника подключил левое запястье к разъёму всеобщей информационной сети на стене.

Он нашёл портал вакансий и стал просматривать предложения для сотрудников с киберимплантами. Почти всё найденное было ну совсем не то. Требовались или узкоспециализированные мастера с годами стажа за спиной, или совсем уж низкооплачиваемые чернорабочие. После двух часов поиска Зак нашёл лишь четыре более-менее подходящих ему вакансии – оператора погрузочного робота на заводе (требуемый разъём у него имелся, и вряд ли управлять роботом было сложнее, чем космическим кораблём), специалиста по контролю видеопотоков с камер слежения (опять же требовалось непосредственное подключение к компьютерной сети) и две вакансии настройщиков сложных виртуальных схем (опять же подключение к виртуальной картинке и мысленное управление). Молодой человек послал во все четыре места своё резюме, и почти мгновенно получил приглашение на десять часов утра на личное собеседование по первой вакансии, оператора погрузочного робота.

На часах было уже почти четыре часа утра, и парень понял, что нужно всё-таки заставить себя уснуть, чтобы на собеседовании не падать от усталости. Он начал вспоминать те упражнения на расслабление, которым его обучали в Военной Академии на курсах психологической подготовки. Помогло. Пришёл сон, сопровождавшийся какими-то погонями, падениями с лестниц, перестрелками и стоящими по колено в расплавленном металле людьми с протезами вместо ног.

Звук будильника вырвал Зака из этого кошмара. На часах была половина девятого. Парень оделся и открыл дверцу своей ниши. Грегор, свесив ноги, сидел напротив и опять что-то налаживал в барахлящем механизме своего протеза. Сосед поздоровался и предложил сходить вместе позавтракать. Но Зак отказался – он торопился на собеседование, да и его организм ещё не полностью пришёл в себя после вчерашней кормёжки. Если это считалось «нормально поесть», то бывшему курсанту даже страшно было представить, как кормят в более дешёвых заведениях.

Лифт полз наверх со скоростью засыпающей улитки. Парень уже реально стал переживать, что может опоздать на встречу, хотя идти было совсем недалеко, офис работодателя располагался в километровом шпиле возле самого общежития.

Ровно в десять Зак уже сидел на жёстком пластиковом кресле напротив лысой худой женщины из кадровой службы. Та равнодушно взяла у парня опознавательный жетон и вставила в прорезь считывающего устройства. Затем нажала на клавишу коммутационной панели и равнодушным голосом вызвала начальника кадровой службы. Тот появился через минуту – энергичный шустрый человек средних лет с зачёсанными назад редкими волосами. На нём был чёрно-синий костюм, соответствующий официальным цветам мега-корпорации Лай Дай. Начальник кадровой службы просто излучал приветствие и добродушие, но Зак понимал, что это всего лишь маска.

Разговор проходил в отдельном кабинете за закрытыми дверями. Сотрудник уселся на своё вращающееся кресло за рабочим столом, предложив Заку место напротив. Кадровик подчёркнуто демонстративно включил микрофон, показывая посетителю, что их разговор будет записываться.

- Итак, Зак Дейл, я ознакомился с вашим резюме. Необычно, прямо скажу. Я даже решил лично побеседовать с вами. Вы ведь прилетели с планеты Васала-5, верно?

Зак осторожно уточнил, не понимая ещё, куда клонит собеседник:

- Не совсем так, на самой планете я ни разу не был. Я родился на космической базе на пятнадцатой луне этой планеты. Семья сперва проживала на научной базе «Приоритет» на поверхности спутника, а затем перебралась на космическую станцию Васала-5-15. Двенадцать лет назад меня отобрали по результатам тестирования и направили обучаться в Военной Академии на станцию Кисого-7, где я и проходил обучение до вчерашнего дня.  

- Васала-5, как известно, является собственностью корпорации Ишукон (Ishukone Corporation), - пояснил начальник свой интерес к детству соискателя. - Ваши родители тоже являлись сотрудниками этой конкурирующей нам корпорации. Причём именно на тот период пришёлся резкий рост их благосостояния. Согласно моим данным, двенадцать лет назад ваши родители даже купили себе космический шаттл для путешествий, что совершенно невозможно на зарплату инженера и старшей лаборантки, коими они тогда являлись. Вы согласны, что совпадение получается какое-то слишком удивительное?

Зак поднял голову и ответил, глядя прямо в глаза собеседнику:

- Я не вижу ничего удивительного в этом. Флот Калдари выплачивает семьям, чьи талантливые дети были направлены в Военную Академию, разовую премию в размере пяти тысяч кредитов. Моя семья получила такой бонус дважды – за мою старшую сестру Кэтрин как раз в год моего рождения и за меня. Первый бонус, это я точно знаю, позволил моим родителям купить постоянное жильё на космической станции Васала-5-15, куда мы все и переселились. На вторую премию они, видимо, купили челнок для путешествий. Но тут уж я могу только предполагать, поскольку сам ужн находился совсем в другом месте.

Начальник кадровой службы почему-то заметно смутился, отвёл глаза и поинтересовался, как давно Зак общался с ближайшими родственниками. Бывший курсант ответил честно:

- На территории Военной Академии станции Кисого-7 введён режим особой секретности, крайне ограничен доступ к внешним информационным каналам, а также строжайше запрещены контакты с любыми людьми за пределами станции, даже с родственниками. Поэтому я ничего не знаю о своих родителях и двух младших сестрах. Свою старшую сестру Кэтрин я видел один-единственный раз в жизни лет восемь назад на торжественном построении курсантов. Она получала диплом об окончании Военной Академии Государства Калдари и звание пилота-капсулира. Я тогда стоял в одном из дальних рядов у стены огромного зала в числе других четверокурсников и неожиданно услышал свою фамилию и имя старшей сестры, про которую мне в детстве рассказывали родители. До того дня я даже не подозревал, что моя сестра обучалась в той же самой Академии, что и я. Все расписания занятий построены так, чтобы обучающиеся разных курсов никогда не пересекались. Из-за закрытости учебного заведения я думаю, что моя сестра даже не знала о моём существовании на этом свете, а не то, что я был рядом и смотрел на неё во время награждения.