class="p1">Должок шакалёнку шкодливому.
Я даже ещё не упал,
Скуля, хвост поджавши трусливо
К Шерхану спасаться сбежал.
Остались последние метры,
Котяру уже не достать.
Уж морду ему подпалил бы,
Зарёкся бы в спину стрелять.
Ошибка твоя, полосатый,
Людей за добычу считать.
Судьбы быть палёною кошкой
Тебе уже не избежать.
Земля! Миг падения краток.
Не всё я успел дописать!
Не может быть подлость забыта,
Нельзя негодяев прощать.
СУшка. Начало сирийской операции
Я – «СУшка». Я с Вами, сирийский народ.
Мой спутник, Свобода, по небу плывёт.
Не будет зверьё Вашу землю топтать,
Не будут за веру людей истреблять.
Заправлены баки, подготовлен полёт,
фугасную бомбу подвеска несёт.
Мы долго томились в Засадных полках,
Но убрано шасси, и мы в облаках.
В волнении горячее сердце – движок,
Рассчитан процессором курс на восток.
Нет дел благородней – невинных спасать.
Священное право – изуверов карать.
Но ядом змеиным заполнен эфир:
"Здесь Русским не место, без них всё решим".
Из гроба Холодная встала Война –
Обильно по миру течёт Клевета.
А в этом сражении мы не одни -
Ребята прикроют в эфире тылы.
Не сможет Измена нам в спину стрелять,
И будет трудней в уши яд заливать.
И вот мы над целью – работать пора.
Я – «СУшка», моя не отсохнет рука.
В свободном падении смертоносный фугас.
И пробил злодейству возмездия час.
О теракте на борту А321 рейса 9268 над Египтом.
Как больно видеть гибель самолёта!…
Мы любим ангелом ребёнка называть,
Мы выросли с мечтою о полёте,
И грех вдвойне – людей в полёте убивать.
Откуда вы, пещерные, явились?
Не смейте к небу руки воздевать!
Вы небеса навеки прогневили.
Вам справедливо будет руки оторвать.
Как Дарвин ошибался с эволюцией!
Мир к лучшему стремится не всегда,
И, заболев цветною революцией,
Кто был разумный превращается в скота.
Нам предки ценности в наследство завещали:
Познание, милосердие, любовь.
Они на алчность, подлость променяли,
И, озверевшие не ценят жизни вновь.
Невинно убиенных люди святость чтили.
Убийство невозможно с верою связать!
Какой заразой вам мозги промыли,
Чтоб изуверство праведным считать?
Изрыли Сирию – спастись от кары свыше.
Страшитесь к небу поднимать глаза.
Копайте глубже! Сдохните поближе
К тому, кому уж продана душа.
О душе Боинга рейса МН-17
Среди магистральных нет лучше меня,
Горжусь я страной, где создали меня.
Я быстр, как Меркурий, сильнее, чем Зевс.
Полёт будет в радость Вам, гости небес.
Лечу над Европой – покой и уют.
Здесь люди в достатке и мире живут.
Полёт будет долгим, ещё красоты
Увидим, на землю взглянув с высоты.
Над Украиной диспетчер достал.
Он мне эшелон да и курс поменял.
Теперь керосина я больше сожгу.
И позже на место людей довезу.
Вдруг вспышка. Обшивку град стали пробил.
Подстреленной птицы я боль ощутил.
Нет силы в крыле высоту удержать.
Не смогут друзья пассажиров встречать.
Как падает лайнер – не рассказ для живых.
Во мне триста душ не считая двоих.
Мы расстаёмся с тобой Белый Свет.
О землю удар – и нас больше нет.
Но вот я очнулся, и опять над землёй.
Без двух триста душ, они тоже со мной.
На землю взглянул – там обломки меня.
А кто же я здесь? Я без тела душа!
На поле разрывы снарядов видны.
Зачем же стрелять? Ведь и так мы мертвы.
Нельзя нас тревожить – живые должны
Признать наше право на режим тишины.
Стреляют, я вижу – да это друзья
Страны, там, где лучшим создали меня.
Быть лучше других – их сдружила мечта.
У этой мечты – цена высока.
Цена это подлость, коварство, враньё.
Но быть исключительным стоит того.
Имея в кармане большие деньжищи
На лесть и холуйство не жалко и тыщи.
Можно всех понукать, можно ноги на стол,
Ты главный везде, куда бы не пришёл.
Кто к рабству не склонен, друзья есть для тех,
Их пушки подскажут, кто здесь лучше всех.
Усердно Арийцам они помогали.
Теперь Исключительным союзником стали.
Призваны снова, кто потерян во времени,
Кто не несёт человечности бремени.
И им без разбора, пугнуть чтоб чужих,
Не жалко ракет лупануть и в своих.
Всё спишут героям гражданской войны.
Под эту раздачу попали и мы.
На поле пришли, кто не лучше других,
Собрали обломки, пассажиров моих.
Отдали спец.группе родным передать,
Причины трагедии им узнавать.
Но что-то не виден в высоты наш путь.
Из неба не светит божественный луч.
Из мира живых не уйдём мы пока,
Виновным в смертях не воздастся сполна.
А время идёт, и нас ждут Небеса.
Но снова причина беды не ясна.
И врут те, кто должен был всё распознать,
Причину трагедии должен назвать.
Вина, намекают они, на иных,
Не любят их все, те кто лучше других.
Вас врать заставляет второй Митрофан.
Не будет абсурдней обвинить марсиан.
На землю спустилась невежества тьма,
Чтоб править другими могла бы страна,
В которой когда то создали меня,
Которой недавно гордился и я.
Послушайте тех, кто отвёртку держал,
Кто в детстве запоем Перельмана читал.
Скажите вы всем, укажите на тех,
Кто сдуру решил, что они лучше всех.
За что же страна, где создали меня,
Так подло и низко меня предала!
Так гордость былая, имевшая честь,
Больной ненасытностью превращается в спесь.
Ну что же, нам не к спеху, и мы подождём,
Но горькую правду до живых доведём.
Не надо кровавою спесью страдать,
Не надо невинных людей убивать.
Весёлая экономика.
Притча про удочку, или поддержка малого бизнеса.
Дана команда – удочки народу раздаём.
А как удить научатся, отроем водоём.
Есть позитивный опыт – народу, что не дай,
И на гнилом болоте построят дачный рай.
Сдаются удочки в прокат – есть лески без крючков,
Грузила не привязаны, и нету поплавков.
Проката пункт на пустыре. Спроси у стариков –
И при царе Горохе здесь не видели прудов.
Бульдозеры поломаны, а те, что на ходу,
Под стройку роют котлован губернскому дворцу.
Готовы у чиновников лицензии на лов:
«Мы вам раздали удочки, несите нам улов».
Как лечить экономику
