Читаем без скачивания Несгибаемый. Не буди лихо… - Константин Калбанов

– Европейские страны? – Возвращая сигару в шкатулку, с задумчивым видом поинтересовался мистер Дайсон.

– Опасения вызывает только Франция и Германия. Остальные в руинах, – пожав плечами, ответил Аттвуд.

– Отсюда я делаю вывод, что тебе нужно за океан.

– Слава Богу, у нас теперь есть Трансатлантические авиалинии. Дирижабль домчит меня до Америки всего за три дня.

– Н-да. Трансатлантические линии, это замечательно. Но тебе пожалуй больше подойдет Трансъевроазиатская авиалиния, – вновь откидываясь на спинку кресла, и скрещивая пальцы на животе, произнес мистер Дайсон.

– …,- Аттвуд, в недоумении посмотрел на своего босса.

– Не понимаешь?

– Нет. Я понял, что вы настаиваете на сосредоточении усилий в России. Но не понимаю причем тут именно Трансъевроазиатская авиалиния.

Год назад таковая была открыта. И пусть рейсы отправлялись только раз в неделю, всем было понятно, что это только начало. Русский Дальний Восток постепенно набирал вес и становился все более и более привлекательным. И теперь до Владивостока можно было добраться прямо из Парижа.

– И потом, – продолжил Аттвуд, – мне показалось, что вы признали правильность моих выводов.

– Признаться Эдвард, от тебя я ожидал большей проницательности. Пойми, в Америке конечно же сосредоточено много мозгов, и они готовы на все, чтобы добиться успеха. Но они только пытаются что-то создать. В России умников пока только двое, но они уже построили свой двигатель. И если из известного нам, правда хотя бы половина… Конечно то что они прогорят шансы довольно велики. Но мне не хотелось бы рисковать. Насколько я помню, этот самый Пастухов весьма занимательная личность и успел обзавестись целым ворохом врагов. В том числе и в среде уголовников.

– То есть, вы считаете, что мне необходимо отправиться в Сибирь и разыскать тех самых бандитов, с которыми у Пастухова серьезный конфликт. Обеспечить их бегство, и натравить на него.

– Именно.

– Только боюсь для начала мне придется сделать остановку в Петрограде. Во-первых, нужно будет разыскать следы этих каторжан. А во-вторых, начать компанию в прессе, по отношении Пастухова. Нужно будет напомнить обывателям о том, что этот индивид успел поссориться с целой прорвой решительно настроенных людей.

– Вот теперь я вижу, что не зря остановил свой выбор именно на тебе, – удовлетворенно произнес старик.

– И все же, мистер Дайсон, я по прежнему убежден в том, что самое лучшее, что мы можем предпринять, это предоставить возможность этим двоим, прогореть самим.

– Ты можешь быть убежден в чем угодно. Но сделаешь то, что говорю я. И сделаешь со всем прилежанием, – жестко ответил хозяин кабинета.

– Разумеется, – коротко кивнув, изображая поклон, ответил Аттвуд.

После ухода своей правой руки, мистер Дайсон разложил перед собой бумаги, и приступил к работе. Несмотря на преклонный возраст, он продолжал удерживать бразды правления компании в своих руках. Сыновья разумеется так же принимали участие в работе. Более того, случись с ним несчастье прямо сейчас, и он ничуть не сомневался в том, что они подхватят семейное дело, и компания продолжит работать, словно и не произошло смены руководства.

Джеймс Дайсон положил много сил на то, чтобы не просто воспитать достойных сыновей, но и на то, чтобы оба они прекрасно дополняли друг друга. Чтобы даже помыслить не могли о предательстве. Они всегда должны были оставаться одним целым. И похоже, ему удалось добиться своего.

Но сидеть просто так? Нет, он не мог себе этого позволить. Если бы он находил удовольствие в садоводстве или огородничестве, быть может он и занялся бы грядками и клумбами. Но тяги к этому у него не было. Вместо этого он предпочитал работать с железом, и создавать все новые и новые машины и механизмы. Именно в этом он находил искренне удовольствие.

Казалось бы, есть пост председателя тайного клуба промышленников, отнимающий немало сил, нервов и времени. И не сказать, что он хотел бы оставить это кресло. Но настоящее удовольствие он все же получал только тогда, когда творил.

Дверь открылась, и в кабинет вошел вышколенный дворецкий. Не произнеся ни слова, он положил на угол большого стола, обшитого зеленым сукном, блестящий поднос с корреспонденцией. Коротко поклонился. И все так же молча, вышел.

Мистер Дайсон, еще какое-то время работал с бумагами. Потом наконец протянул руку к корреспонденции. Для начала просмотрел газеты. Ничего интересного. Обычное дело. Одни репортеры обличают тайный клуб. Другие откровенно их высмеивают, требуя без обиняков назвать конкретные имена. Ну коль скоро эти обличители говорят «А», так пусть они в таком случае скажут и «Б».

Кто бы сомневался. Правдоискатели либо упрямо делают вид, что не замечают этих нападок, либо вступают в спор, неизменно придерживаясь обличительного тона. Но конкретных имен нет. Дайсон не сомневался, у затеявшего это Пастухова был список членов тайного клуба, пусть не полный, но был. Его просто не могло не быть. А вот сколь-нибудь приемлемых доказательств не имелось. И если найдется хотя бы один репортер, кто необдуманно назовет имя… Адвокаты буквально разорвут его на части. Впрочем, репортеры это так же понимают. Вот и не лезут на рожон, несмотря на множественные провокации.

Хм. А может Аттвуд все же прав. Не нужно явственно мешать Пастухову самому похоронить свою перспективную идею. А она перспективная. В этом нет никаких сомнений. Разве только самую малость, исподволь продолжать сеять зерна сомнений.

Нет. Этот упертый тип не отступится. Одно то, что он русский, уже говорит о многом. Этот народ отличает подчас невероятное упорство в достижении поставленных перед собой цели. Причем, даже если это будет стоить невероятных усилий и больших жертв. Да. Если русские решат, что это им нужно, остановить их невозможно.

Так что, никаких сомнений. Необходимо действовать радикально. Причем в первую очередь убирать именно Пастухова. Он наиболее опасен, из-за своей непредсказуемости и упрямства. С Кессенихом потом можно будет сладить и иными путями. Он немец до мозга костей, а этих отличает рационализм и практичность.

В правоте своих выводов мистер Дайсон убедился этим же вечером. Он вновь находился в своем кабинете, когда получил вечернюю корреспонденцию. И там, среди прочего было донесение из России. Это помощник Аттвуда старается. Напрасно. Подсидеть своего шефа у него не получится. Во всяком случае, пока Дайсон при твердом уме, и трезвой памяти.

Вот значит как. Русским ученым удалось получить синтетический каучук. Ну-ну. Молодцы. В настоящий момент открытие как таковое не имело сколь-нибудь значимого значения. Имеющийся спрос с запасом перекрывается предложением природного каучука.

Нет, потребности в каучуке будут постоянно расти, и это неоспоримо. Но ведь именно исходя из прогнозируемого роста, сейчас и закладываются все новые и новые плантации гевеи[2]. Так что, у синтетического каучука есть только один шанс, оказаться востребованным. Если он окажется значительно дешевле природного каучука. А это сомнительно.

Нет, дело вовсе не в том, что практически сразу же поползли слухи о том, что успех Лебедева якобы дутый. Мол на самом деле все совсем не так, и группа потерпела неудачу. Хм. Ну-ну. Экая наивная попытка отвлечь от открытия. Впрочем, о причинах происходящего мистер Дайсон узнал тут же.

Оказывается, открытием заинтересовался Пастухов. А этот молодой человек любил наводить тень на плетень. Значит, либо Лебедеву удалось открыть дешевый метод производства синтетического каучука. Либо Пастухов рассмотрел в этом какой-то потенциал. А в прозорливости ему не откажешь. Он может видеть на дальнюю перспективу.

Итак, Аттвуд оказался совершенно прав. Пастухов и сам не верит в то, что может добиться успеха с двигателями внутреннего сгорания. А потому готовит площадку для отступления. Каучук это совершенно иная ипостась. Резина уже давно известный товар. Потребность в ней год от года только растет. И в основной массе для производства автопокрышек и камер.

И если этому Лебедеву удастся удешевить процесс получения каучука, с приличным продуктом на выходе, сбыт им обеспечен. Впрочем, его может постигнуть и неудача. А что? Такое случается сплошь и рядом. В любом случае, это не входит в круг интересов Дайсона. Его епархия, машиностроение. А каучук… Пусть по этому поводу болит голова у кого другого.

В бараке было душно так, как бывает только в жаркую безветренную погоду, в плохо держащем тепло помещении, в котором проживает две сотни человек. Не помогает даже то, что наступил вечер. Ничего в общем-то удивительного. Потому что в безветрие, это не имеет значения. Вообще-то, явление на берегу Байкала достаточно редкое. И тем не менее, именно сегодня, все эти составляющие сошлись в одной точке.