Читаем без скачивания Гюро - Анне Вестли

- Конечно, - ответила Тюлинька. - И плита, и холодильник, и одна кастрюлька, остальное я куплю потом.

Идёмте, я покажу вам свою обстановку, у меня есть и новая мебель и старая.

Гюро больше всего понравилась красная тахта.

- Она не простая, она с секретом, - сказала ей Тюлинька. - Если её разложить, на ней смогут спать сразу два человека. Так что я могу принимать гостей даже с ночёвкой - сама я буду спать на кровати.

Кровать стояла, спрятавшись в стену: терм была сделана специальная ниша.

- Здесь я повешу штору, и тогда ни один человек не догадается, что у меня там кровать, - сказала Тюлинька.

- А почему ты не хочешь, чтобы её все видели? - удивилась Гюро.

- Иногда нужно, чтобы здесь была гостиная, а не спальня, - объяснила Тюлинька. - Смотри, это секретер из папиного дома, за ним я буду писать. А это папин книжный шкаф. Он немного старомодный, теперь все предпочитают полки без стёкол, зато за стёклами книги не так пылятся.

Вот только не знаю, хватит ли мне одного этого шкафа, у меня книг много.

- Со временем я тебе сделаю полку для книг, - пообещала мама. - А сейчас давайте приниматься за уборку.

- А когда уберём, пойдём в кафе обедать, - предложила Тюлинька.

- Зачем же в кафе, можно поесть и здесь, - сказала мама. - Это твой дом, и обедать надо дома. Так будет и вкуснее и дешевле. Я сбегаю в магазин за мясом и овощами, и мы сварим суп в твоей единственной кастрюльке.

Они распаковали посуду и временно поставили её в кухне на столе. Потом мама расставила в шкафу книги, а те, что не влезли, сложила в чуланчике.

- Давай повесим твои картины и фотографии, - предложила она Тюлиньке. Здесь сразу станет уютнее.

Но стены в доме оказались бетонными, и крючки для картин погнулись, не желая входить в твёрдую поверхность.

- Придётся обратиться к дворнику, - сказала Тюлинька. - Меня предупреждали, что, если понадобится, он мне поможет.

Мама спустилась вниз и нашла дворника. Он жил на первом этаже. Дворник принёс с собой инструмент, который назывался дрелью.

- Электрическая дрель - единственное, что берёт эти стены, - сказал он. - Можно, конечно, долбить и шлямбуром, но это долго, да и грохоту на весь дом.

Гюро показалось, что от дрели тоже достаточно грохоту, но он быстро утих.

- Это тяжело? - спросила мама.

- Да нет, по-моему, - ответил дворник. - Но если будешь сверлить долго, руки устанут.

- Можно мне попробовать? - спросила мама.

Гюро с удивлением взглянула на неё: мама, как ребёнок, даже дрожала от нетерпения.

- Пожалуйста, - ответил дворник. - Где вы хотите повесить эту картину?

- Эту над тахтой, - сказала Тюлинька. - Я постелила газету, можете становиться прямо на тахту.

Мама вскочила на тахту и взяла дрель.

- Эрле, мне даже смотреть на тебя страшно, и потом этот шум. Мы с Гюро пойдём на кухню.

Гюро не хотелось уходить, ей было любопытно, как мама справится с этой работой, но мама попросила её побыть с Тюлинькой. Когда они ушли, мама приставила дрель к стене, и сверло запело в бетоне. Дырочка получилась в самый раз.

- Ставлю тебе "отлично", - сказал дворник.

- Дворнику всё надо уметь, - сказала мама.

- Почти всё, - согласился он.

- Как думаешь, а я могла бы быть дворником? - спросила мама.

- Ты? - удивился дворник. - По-моему, женщин не берут на такую работу, хотя, кроме топки, ничего мудрёного в ней нет. А вот топку женщине не осилить.

- Но ведь можно специально поучиться, - сказала мама.

- Дело не в этом, - сказал дворник, - раз в месяц надо обязательно прочищать трубы, и тогда приходится орудовать инструментом, который весит раза в четыре больше, чем эта дрель. И его надо не просто держать в руках, им надо работать. Для этого мне приходится забираться на особую подставку. Нет, это трудно. Да ведь и другая работа тоже нелёгкая. Зимой, к примеру, надо на тракторе расчищать снег, летом подстригать машиной газон...

- Ну, с этими-то машинами я умею управляться, - сказала мама.

- А покрасить кое-что, а постолярничать? А иногда даже ночью приходится вставать, чтобы унять каких-нибудь буянов или драчунов. А ещё надо рано утром упаковывать мусор в мусоросборнике.

- Со всем этим я бы справилась, - сказала мама очень серьёзно.

- Тебе лучше всего попробовать в доме, где отопительная система нагревается электричеством, - сказал дворник. - Только боюсь, что и там тебе будет тяжело, это мужская работа.

- Видишь ли, в чём дело, - сказала мама дворнику, - нам с Гюро негде жить. То есть сейчас мы живём с ней в пансионате, так что крыша над головой у нас есть. Но мы не можем жить там вечно, поэтому мне надо подыскать себе работу с жильём. Вот если бы ты разрешил мне попрактиковаться у тебя! Надо попробовать, что это за работа.

- Это пожалуйста, - сказал истопник. - В любое время, когда тебе будет удобно.

- Ладно, договорились, только сперва я обещала отремонтировать одну комнату в пансионате.

Услыхав, что дрель больше не работает, Тюлинька и Гюро вернулись в комнату.

- Мы тоже времени даром не теряли, - сказала Тюлинька, - мы убрали в кухонный шкаф всю посуду, и там осталось ещё очень много места.

- Молодцы, - сказала мама.

Дворник повернулся к Гюро.

- Значит, ты и есть Гюро? - спросил он.

- Да, - ответила она и, подойдя к нему поближе, оглядела его со всех сторон. - Теперь я с тобой немного знакома, - сказала она.

- А я с тобой! - засмеялся дворник, поднял её к самому потолку, а потом осторожно опустил на пол.

Когда он ушёл, Гюро ещё долго радовалась, что ей удалось потрогать рукой потолок: ведь это бывает не каждый день. Мама сходила в магазин и вернулась с мясом, зеленью и картошкой. Она была так весела и столько смеялась, что Гюро с удивлением на неё поглядывала. Да, первый день у Тюлиньки в квартире удался на славу.

- Я должна сфотографировать вас на балконе! - сказала Тюлинька, и мама с Гюро вышли на балкон. От страха Гюро зажмурила глаза, но когда Тюлинька щёлкнула аппаратом, она сразу их открыла.

Наконец, Гюро и мама стали собираться домой, Тюлиньке стало грустно, и голос у неё задрожал.

Выйдя из подъезда, мама и Гюро посмотрели на дом. Тюлинька стояла на балконе и махала им большой красной косынкой. Гюро, откинув голову, замахала ей в ответ. Она так долго смотрела вверх, что у неё закружилась голова.

- Обопрись о меня, а то упадёшь, - сказала ей мама.

Гюро оперлась о маму, и, когда снова подняла голову, ей

показалось, что Тюлинька не стоит на балконе, а парит в воздухе.

- А теперь мы с тобой поедем на метро, - сказала мама.

- Это такой трамвай? - спросила Гюро.

- Нет, это скорее поезд, - ответила мама.

Оказалось, что поезд метро состоит из нескольких вагончиков, он ехал то под землёй, то по земле, и в каждом вагоне сидело много-много людей. Гюро внимательно их разглядывала, но познакомиться с ними в этот раз ей так и не удалось.

МАМА МАЛЯРНИЧАЕТ

На другой день мама начала белить потолок в той комнате, где раньше жила Тюлинька, и Гюро была очень довольна, что осталась не одна, а с Вальдемаром и Кристиной. Конечно, она могла сколько угодно смотреть, как мама работает, но ведь скучно долго стоять, задрав голову к потолку. Можно было ещё пойти на кухню и посмотреть, как толстая кухарка мешает в огромной кастрюле суп, а молоденькая девушка помогает ей мыть посуду и чистить картошку. Но мама не разрешала Гюро часто заходить на кухню - в этом пансионате считали, что дети всегда мешают, - и хотя Гюро никому не мешала, а тихонько стояла в сторонке и смотрела, она поняла, что на кухне лучше всего быть невидимкой.

Оставался только двор, куда можно было попасть прямо из подъезда. Мама и Гюро решили, что Гюро будет гулять во дворе, а мама время от времени будет поглядывать на неё из окна кухни, чтобы Гюро не чувствовала себя одиноко.

Во дворе было таинственно и необычно. Все окна, выходящие во двор, с любопытством уставились на Гюро. В углу двора стояли бачки с отбросами. Правда, от них не очень хорошо пахло и мама велела Гюро держаться подальше, но всё-таки это было интересно.

Вальдемар и Кристина были одеты слишком легко и, чтобы они не замёрзли, Гюро завернула их в свой шарф.

Наружу у них торчали только носы. Бегать во дворе было негде, и, главное, Гюро смущали смотрящие на неё окна, поэтому ей не оставалось ничего иного, как разговаривать с Вальдемаром и Кристиной.

- По-настоящему мы с вами не здесь, а в Гампетреффе, - говорила она куклам. - Мы дома и бежим по старой тропинке. Вы её теперь хорошо знаете.

Она закрыла глаза и отчётливо увидела перед собой знакомую тропинку. Вальдемар и Кристина тоже, конечно, видели эту тропинку, хотя они глаз не закрывали.

Оказывается, можно было стоять неподвижно и играть, будто ты бегаешь. Гюро не знала, сколько времени она простояла во дворе, как вдруг обнаружила, что очень замёрзла.

Особенно у неё замёрзли ноги.

Когда она поднялась домой, мама сказала:

- Разденься поскорей и заберись в мою кровать, а я принесу тебе чего-нибудь горячего. Кухарка обещала приготовить нам бутерброды.