Читаем без скачивания Ледяные лишаи - Евгений Гернет

1) Для северного полушария при существующих контурах материков нормальным климатом является миоценовый.

2) Без всякого предварительного изменения климата, которое я безусловно отрицаю, на рубеже третичного и четвертичного периодов в северном полушарии с центром в Гренландии расползся ледяной лишай, покрывший северные области Европы и Америки, дав, так называемую, ледниковую эпоху.

3) Идея образования ледяного лишая заключается в следующем. Эпейрогенические движения Земли в любой географической широте и при любых возможных на Земле климатических условиях могут создать ледородную возвышенность, с которой ледяной лишай в виде ледяного материкового покрова и бесчисленных айсбергов будет расползаться во все стороны по суше и воде со все возрастающей силой до тех пор, пока он сам не изменит климата настолько, что для дальнейшего его распространения возможности уже не будет.

4) В южном полушарии мы имеем Антарктический ледяной лишай, расползшийся с Антарктической ледородной возвышенности на Антарктическом материке. Если Антарктическая ледородная возвышенность является первичной, т. е. такой, которая создана исключительно эпейрогеническими движениями Антарктического материка, то образование Антарктического ледяного лишая одновременно с Гренландским могло произойти, понятно, только случайно. Но возможность, что Антарктический лишай вызван Гренландским, не исключена, хотя и менее вероятна, в каком случае Антарктический лишай образовался в ледниковую эпоху.

5) Антарктический лишай принадлежит к типу локализованных стационарных лишаев, которые, раз образовавшись, доходят до своего крайнего предела и на нем останавливаются или, вернее, изменяются только в зависимости от новых эпейрогенических движений, происходящих в их районе.

6) Гренландский ледяной лишай относится к типу лишаев, локализуемых пульсацией, почему существование нескольких ледниковых эпох с соответствующими межледниковыми эпохами является для северного полушария, по моей гипотезе, весьма вероятным. Не будь этой пульсации, не было бы, может быть, и нас с Вами, читатель, ибо в этом случае Гренландский лишай мог бы, вероятно, расползтись по всей земной суше материковым ледяным покровом и всем земным океанам обесчисленными айсбергами.

7) Мы сейчас не имеем миоценового климата потому, что Гренландский лишай не исчез, а находится в той фазе пульсации, когда лед отступил к полюсу. Ледяной лишай охватывает сейчас Гренландию и Полярный океан, что и отличает современный полярный режим от миоценового.

8) Мы живем, таким образом, в межледниковую эпоху и, по-видимому, в конце ее.

9) Уничтожить Гренландский ледяной лишай человечеству вполне возможно, пока он находится в настоящей своей фазе. Если человечество вовремя уничтожит Гренландский лишай, оно вернет северное полушарие Земли к миоценовому климату. Если оно этого не сделает, то ему предстоят такие бедствия, которые трудно себе представить, — бедствия наступления материкового льда на Европу и С[еверную] Америку.

Все вышесказанное я и имею разъяснить в этой книге. Пока же перехожу к явлениям и рассуждениям, подтверждающим основной тезис моей гипотезы, что лед не следствие, а причина охлаждения Земли.

Ученые высчитали, что средняя годовая температура северного полушария равна +15,5°, тогда как южного — только +13,6 °C. Значит, северное полушарие в среднем почти на 2° теплее южного. Причинами этого указываются большее количество воды в южном полушарии и то, что по астрономическим условиям данного времени северное полушарие имеет лето на восемь дней длиннее, чем южное. Рассмотрим эти объяснения.

Проф. Мушкетов, говоря о распределении температуры на земной поверхности, подчеркивает, что зима на морях, морских берегах и островах отличается теплом, а внутренние части материков — холодом; но летом происходит обратное явление — приморские местности гораздо холоднее материков, где температура выше; «однако повышение большей частью далеко не так значительно, как убыль тепла зимой, а потому средняя годовая температура на материках всегда ниже, нежели на морских берегах». Отсюда ясна шаткость первого объяснения более низкой температуры южного полушария.

Остается второе объяснение — лето в северном полушарии на восемь дней длиннее, чем в южном. Это несколько неясное выражение расшифровывается так: в течение года северное склонение Солнца на восемь суток дольше, чем южное. (Склонение Солнца — это отстояние его центра от небесного экватора, выраженное в градусах; таким образом, склонение Солнца соответствует географической широте того места на Земле, в котором Солнце стоит прямо над головой: если, например, в каком-нибудь месте, скажем, на 7° с. ш., Солнце находится в зените, т. е. прямо над головой, то это значит, что склонение Солнца тоже в этот день равно, 7° к северу.)

Если бы лето в северном полушарии было по времени равно таковому в южном (Солнце имело одинаковое по числу дней северное и южное склонение), то среднее за год склонение Солнца, определенное из его ежедневных склонений, было бы равно 0°, т. е. среднее положение Солнца за год находилось бы на экваторе. Но так как Солнце имеет северное склонение на восемь дней дольше, чем южное, то его среднее склонение не будет равно 0°.

Если вычислить среднее склонение Солнца за год, то окажется, что оно равно около 1/3° к северу; это значит, что в отношении источника нашего тепла — Солнца — земной шар разделен на две части не экватором, а параллелью 1/3° с. ш. Вот к чему сводится (в смысле тепла) вопрос о более долгом в наши дни лете в северном полушарии.

Благодаря этому все точки северного полушария лежат на 1/3° ближе к среднему положению Солнца на небе, а точки южного полушария отстоят на 1/3° дальше от этого положения, на что указывают их географические широты. Отсюда можно заключить, что по отношению к положению Солнца на небе точки северного полушария находятся как бы на 2/3° широты в более выгодных условиях, чем точки равной географической широты южного полушария.

Если же допустить изменение годовой температуры от экватора до полюса равным 45° (от +25° до —20°), и это недалеко от истины, нетрудно рассчитать, что на 1° изменения температуры приходится 2° изменения широты, а на 2/3° широты — только 1/3°. Таким образом, каждая точка северного полушария благодаря более долгому (на восемь суток) пребыванию в нем Солнца может иметь годовую температуру на 1/3° выше, чем ее антипод в южном полушарии, а следовательно, и температура всего северного полушария повышается по этой причине на 1/3°. Это все, что такая «несправедливость» Солнца в отношении южного полушария может дать в смысле температуры, а, отнюдь, не 2°.

Но эту несправедливость Солнце в значительной мере, если не полностью, а, может быть, даже с избытком, компенсирует тем, что летом в южном полушарии диаметр его диска больше, чем в летнее время в северном полушарии: его средний размер при южном склонении на 4,3 % больше такового при северном. Учитывая же мощность этого источника тепла, который, если принять температуру мирового пространства равной всего —60°, поднимает среднюю температуру Земли на 75°, надо полагать, что увеличение его поверхности на 4,3 % должно, вероятно, повысить температуру на Земле более чем на 1/3°.

Мы видим, таким образом, что оба объяснения более низкой температуры южного полушария — и обилие там воды и «несправедливость» Солнца — не только не выдерживают критики, но скорее говорят о том, что температура этого полушария должна была бы быть выше, чем в северном полушарии, а не наоборот… Но примените основной тезис моей гипотезы — лед является причиной, а не следствием охлаждения — и объяснение готово: в южном полушарии находится более обширный ледяной холодильник, чем в северном, почти сплошные ледяные поля и айсберги наблюдаются там начиная с 64-й параллели, а в центре их расположен оледеневший материк. Северное полушарие таким обширным холодильником не обладает.

Откроем карту северного полушария Земли с нанесенными на ней изотермами и обратим внимание на изотермы южной части Гренландии. Они наводят на размышления.

Можно ли допустить, что природа создала здесь какие-то тайные физико-географические условия, вследствие которых на расстоянии около 5° широты мы имеем годовые изотермы от 0 до минус 20°, т. е. по 4° изменения температуры на 1° широты, тогда как в среднем на Земле на 1° широты приходится всего 1/2° изменения температуры; т. е. в 8 раз больше нормального.

Изотерма —20° доходит здесь до полярного круга, на котором лишь в Сибири, и то в одном только месте — на Яне, имеется годовая температура —15°, везде же она выше, доходя до +5° в Норвегии. Изотермы, заметим, приводятся поправкой 1/2° на каждые 100 м высоты к уровню моря, а, следовательно, влияние высоты местности над уровнем моря исключено.