– А я и не претендую на вашу симпатию, Бейсингер, – холодно заметил Барри. – Просто думаю, что, если мы поговорим о моем сыне, это пойдет нам обоим на пользу. – Как будто минуту назад не утверждал, что хочет поговорить о ней…
– Вы сами знаете, что это всего лишь предлог! – Глаза Делии вспыхнули, она повернулась и шагнула к выходу.
Барри поймал ее за руку и развернул лицом к себе.
– Вы никуда не уйдете!
– Если вы думаете, что можете заставить меня остаться, то сильно ошибаетесь, – прошипела Делия, тщетно пытаясь вырваться. – Я должна была догадаться о ваших тайных намерениях!
– Никаких тайных намерений у меня не было! – В черных глазах Барри полыхнуло пламя. – И удерживать вас силой я тоже не собираюсь. Просто несколько лет назад с моим сыном произошло то, что имеет непосредственное отношение к его нынешним трудностям, и я хотел, чтобы вы об этом узнали.
И снова у Делии не осталось выбора. Какого черта он не рассказал об этом в ее кабинете, а пригласил к себе домой?
– Ладно, – в конце концов неохотно сдалась она.
– Вот и отлично. – Барри отпустил ее руку и довольно улыбнулся. – Позвольте ваш жакет.
Делия со вздохом подчинилась. Она предпочла бы снять его сама, лишь бы избежать близости мускулистого мужского тела, старалась не думать о нем, и все же по спине побежали мурашки. А когда Барри чуть коснулся ее, выдвигая кресло, Делия затрепетала.
Неужели это зловещее предзнаменование? Неужели она совершила роковую ошибку? Может быть, стоит уйти, пока не случилось то, что окончательно лишит ее душевного покоя?
3
Делия любовалась садом, а Барри расположился к окну спиной, и его лицо скрывалось в тени. Видно, он сделал это умышленно, подумала она. Лучше бы сел рядом.
– У вас прекрасный сад, мистер Уолтмен. – Начиналась обычная светская беседа; Делии хотелось как-то разрядить обстановку. Ведь ясно же, что ее пригласили сюда не для того, чтобы поговорить о Майке. Иначе зачем понадобились все эти свечи, цветы, дорогой фарфор? К чему такие хлопоты? Очевидно, Уолтмен задался целью выяснить, что она за птица. Думает, она спит и видит, чтобы за ней поухаживали. Считает, что женщины жить без этого не могут…
Делия вспомнила поцелуй в кабинете. Неужели Барри решил, что стоит поманить ее, и она побежит за ним куда угодно? Мысль была неприятная.
Она посмотрела на Барри. Тот следил за ней и снисходительно улыбался. Похоже, он догадывался о ее мыслях.
– Да. Я очень доволен садом. Когда я въехал сюда, здесь все было по-другому. Если хотите, после обеда мы прогуляемся и вы увидите, что мне удалось сделать.
– Не имеет смысла, – холодно ответила Делия. – Я здесь долго не пробуду. Конечно, если не вернется наконец Майк. Но в это верится с трудом. Думаю, вы подстроили это свидание нарочно, хотя не могу понять зачем.
Не успел он ответить, как послышался женский голос:
– Можно подавать, мистер Уолтмен?
– Конечно, Рейчел, – ответил хозяин. Худенькая опрятная женщина с короткими седыми волосами и веселым лицом, очевидно экономка, вошла в комнату.
– Вы ведь дочь Энтони Бейсингера, верно? – спросила она, с любопытством глядя на гостью. – Я подумала об этом еще в прошлый раз, но засомневалась.
– Верно. Вы знали его? – оживилась Делия.
– Он вел дела моего покойного мужа, – призналась экономка. – А вы очень похожи на отца. Жаль, что мистер Бейсингер умер; он был такой милый человек.
Делия грустно улыбнулась, хотя слова Рейчел были ей приятны.
– Я до сих пор тоскую по нему.
– Вижу, вы пошли по его стопам, – бодро сказала женщина. – Рада за вас, мисс Бейсингер. Если вы похожи на отца не только внешне, Майк не мог сделать лучшего выбора.
Делия исподтишка покосилась на Уолтмена. Тот недовольно поджал губы.
– Рейчел, я умираю с голоду. Экономка тут же исчезла, и Барри с удивлением посмотрел на Делию.
– Я понятия не имел, что миссис Фоллоус знала вашего отца.
– А разве это что-нибудь меняет? – спросила она, откидываясь на спинку кресла. – Вы же все равно считаете, что я плохой адвокат и что мне далеко до отца!
– Я знаю, что вы хороший защитник, – тут у гостьи отвисла челюсть, – иначе никогда бы не пошел сыну навстречу.
– Значит, вы наводили обо мне справки? – И вовсе не странно. От такого клиента можно ждать чего угодно…
В этот момент вернулась Рейчел и поставила на стол заманчиво выглядевшее рыбное филе под белым соусом.
– Я был бы дураком, если бы не сделал этого, – ответил Барри, когда они снова остались одни.
Пахло так аппетитно, что у Делии заурчало в животе. Она положила кусок в рот и убедилась, что повар в этом доме отменный.
– Но вы все равно не хотите, чтобы я защищала вашего сына. Несомненно, Барри Уолтмен самый загадочный человек на свете.
– Я бы предпочел мужчину. – Темные глаза смотрели на собеседницу с вызовом.
Та ответила возмущенным взглядом.
– Вы не любите всех женщин или только тех, которые занимаются так называемой мужской работой? – спросила она, яростно вонзаясь вилкой в филе.
Барри слегка улыбнулся и перевел взгляд на ее грудь.
– Да нет, женщин я люблю, особенно таких, как вы. – Как обычно, его придирчивый осмотр вогнал Делию в краску, и она ничего не смогла с собой поделать. Он что, намекает на… Может быть, уже имеет в отношении нее далеко идущие замыслы, и она была слишком глупа, чтобы сразу этого не заметить?
Господи, какая же она дура! Почему не поверила своей интуиции и согласилась встретиться с мужчиной, о котором знает только одно – что он чрезвычайно притягателен? За всю жизнь она не встречала более опасного человека.
Однако несмотря на одолевавшие ее страхи, Делия держалась молодцом.
– Следует ли из этого, что у вас есть постоянная подруга, мистер Уолтмен?
Он с видимым усилием перевел глаза на лицо гостьи.
– Пожалуйста, называйте меня Барри… а из моего признания, честно говоря, ничего не следует.
– Почему?
– Потому что у меня слишком богатый опыт.
– В этом виновата ваша жена? – Делия поняла, что задала неприличный вопрос, когда слова уже слетели с уст – сами собой. А, семь бед – один ответ! – Что ж, осуждать ее не приходится. В жизни не встречала более высокомерного человека. Ни одна женщина в здравом уме не…
– Моя жена умерла, – ледяным тоном отрезал он, заставив Делию осечься.
Она вспыхнула и заерзала в кресле, готовая провалиться сквозь землю.
– Простите. Я… я не знала. – Какого черта она вбила себе в голову, что Уолтмен разведенный, а не вдовец? Почему Майк ничего ей не сказал? О боже, какая бестактность! – Примите мои искренние извинения. Я и представления не имела…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
