Над местом схватки поднялась пыль, и раздался дробный перестук палиц. Болельщики безумствовали на своих местах. Схватка получала необычное развитие. Клубы пыли медленно, но верно, сдвигались от центра в сторону противников Тыра. И это несмотря на камлание шамана?!
Тыр пораженно смотрел на размахивающих палицами и молотами бойцов. Да, его парни ничем не хуже, а то, и лучше противника!
Конечно, до смертоубийства не доходило. Тохтутой не для этого служит. Это раньше бывало. А сейчас в отдельном шатре сидели, нанятые за большие деньги, маги и целители из людей. Они зачаровывали оружие бойцов так, чтобы им нельзя было нанести смертельный удар. То есть, покалечить можно было качественно, но не убить. Павшие тут же изымались из схватки и левитировались к шатру, где ими сразу же начинали заниматься целители. Так вот, таких со стороны Тыра было не больше, чем со стороны противника.
Впереди строя уверенно двигался Тартак, разя направо и налево. Внезапно с его стороны раздался рев, в котором Тыр узнал боевую песнь его племени. Соратники Тартака немедленно ее подхватили. Вокруг шатра магов и целителей взвилось мерцание глушащего экрана. Кто-то сообразительный сразу сообразил (уж простите за тавтологию) чем грозит этот рев человеческому слуху.
Тыр гордо расправил плечи, молодецки вскинул палицу на плечо и, не торопясь, пошел к центру поля боя. Там он остановился, переждал шум и величественно поднял руку.
— Победа на стороне правых! — произнес он положенную в таких случаях фразу.
Постанывая и поскрипывая, оставшиеся на ногах члены его дружины выстроились за его спиной.
Новый взрыв восторженного рева встретил его слова. Ни у кого не оставалось сомнений в правоте Тыра. Уж коли его воины победили, несмотря на помощь вражеского шамана его противникам, то сомнений оставаться не могло.
— А я што говоил? — прошамкал Таргум за его спиной. — Таитак шебя еше покашет!
Отец Тартака болезненно поморщился и осторожно потрогал челюсть, в которой не хватало половины зубов. Ему предстояло еще обратиться к целителям. Ничего! К окончанию Тохтутоя будет как новенький! Правда, монету-другую заплатить за это придется.
Тыр с признательностью взглянул на Тартака. Тот, хоть и слегка оглушенный, был на удивление свеж и счастлив. Он радостно осматривался по сторонам, впитывая в себя восторг и восхищение, которое кружило в воздухе.
Это же надо! Первый бой и первая же победа! Да какая! Давно такого не бывало, чтобы схватка закончилась досрочно, в виду полного преимущества “стенки”.
Тыр, прищурившись, уже представлял себе, как с чувством полного удовлетворения вскарабкается к той сосне и, опершись на ее ствол, хозяйственно обведет взглядом пространство, которое отныне принадлежит его племени!
Замечание Тартака:
“Да, ладно! Там шаман и не мог очень помочь. У них он не был таким уж сильным. Что-то вроде нашего Сафура. Надо было просто первым прибежать на центр. А я бегать хорошо умею. Да и парни наши потом правильно построились. Только батя зря под руку сунулся. Вот и не досчитался зубов.”
Конечно же, такой результат следовало отметить. Отмечали все, в том числе, и побежденные.
Маги и целители из числа людей поспешно удрали подальше, что свидетельствовало об их немалом опыте обслуживания Тохтутоев.
Шаманы устроили образцово-показательные камлания у пылающих костров. Гости приступили к ликвидации всего того, что выставлено для ликвидации. Потом были песни (ну, какой же Тохтутой без песен?) и танцы.
— Ты бы пошел, п’огулялшя, — заметил Таргум Тартаку. — Мошет шебе жажнобу какую найдешь.
— Зубы батяня береги, — отозвался Тартак. — Рано мне еще зазноб заводить.
Таргум печально покивал. Целители убрали остатки старых зубов и нашептали заклинания роста новых. Все знают, как больно режутся новые зубы. А тут резалось полтора десятка. Таргум вздохнул, пощупав мешочек, в котором хранились его деньги. Мешочек стал очень тощим.
Вот кто-то спросит: откуда у троллей деньги? А я задам встречный вопрос: а почему их земли были таким лакомым кусочком?
Не скалы привлекали охочих до этих мест. Да и не леса дремучие. Сами тролли, хоть и были все исключительно милыми, добрыми и гостеприимными, тоже мало интересовали желающих. Недра — вот что влекло сюда. Недра были богатыми, а тролли достаточно сообразительными.
Гномы лезть именно в эти недра избегали. Там горные духи водились в изобилии. А гномы были в давних неладах с этими существами. Уж больно вздорными и неуживчивыми были духи.
Попытались духи, было, не ужиться и с троллями, которые заинтересовались прибыльным делом. Да вот только не на тех попали! Троллям тонкие душевные порывы недоступны, они достаточно просты и рациональны. Самый простой — врезать хорошенько по тому, что мешает. Короче, самых неуживчивых духов загнали в такие дыры, что они там сидели и высунуться боялись. А тролли начали использовать то, что свалилось им в лапы. Вот отсюда и деньги.
Торговаться тролли умели и любили. Во всяком случае, людские торговцы избегали говорить иначе. Да и обманывать троллей не рисковали. Особенно после нескольких случаев….
Вырученные таким образом деньги становились достоянием племени и распределялись между его членами. Тартак долго не мог понять, почему эти кругляшки так ценятся. Если ими даже горного барана со скалы сбить нельзя.
А вот теперь оценил. Как зубы выбьют — самое то, для восстановления. Вон, как батю перекосило. Видать, восстанавливаются.
Тартак удовлетворенно вздохнул и вгрызся в кусок мяса, который он извлек из котла. Тохтутой только начинался и обещал еще немало таких вот вечеров.
Глава 5
Тартак вышел из шатра, одного из отведенных для его племени, и удовлетворенно потянулся. Судя по отсутствию облаков вокруг пика, названного со свойственным троллям остроумием, непечатным словом, погодка будет ясной и солнечной. Вождь с головой окунулся в устройство личной жизни холостяков и холостячек. А как же? Надо было для холостяков найти красавиц, нестроптивых (Тыр, при этих словах, всегда потирал шею), спокойных и работящих. Да еще чтобы и бакиш за них был не очень уж велик. А для своих красавиц следовало найти добрых мужей, способных заплатить за свалившееся на них чудо приличный бакиш. Это, знаете ли, задача не из легких. Особенно, если учесть, что в этом году мужа себе решила искать и Тартума.
Тартака передернуло при этой мысли. Недаром эту амазонку называли Тартума-чума. Нет, нельзя сказать, что она не была красива. По меркам троллей, так даже очень ничего. Но характером ее духи наградили…! Да она новое племя на уши поставит и заставит так вот и стоять!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
