Входят стража с палками, гремя трещотками.
Уилмот (увлекает Софтхеда в угол сцены). Придержите язык... Здесь они нас не увидят!
Караульный (освобождаясь). Убийство... убийство... Вот этот человек!.. Это самый отъявленный злодей.
Изи расстроен тем, что караульному удалось освободиться. После неудачных
попыток увести Изи, ночные стражи взваливают его себе, на плечи.
Изи. Я избран в члены городского совета! Граждане и избиратели, выражаю вам сердечную благодарность за выдвижение меня на пост члена столичного муниципалитета. Эй, вы там, осторожнее!.. Это самый торжественный день в моей жизни... В том и состоит величие Британской конституции, что такой простой и трезвый человек, как я, может возвыситься до почестей, воздаваемых высокопоставленным лицам! Да здравствует Британская конституция! Гип... гип... ура!
Размахивающего трещоткой Изи уносят. Софтхед продолжает плакать в
невыразимом горе.
Уилмот (выступая вперед). Ха-ха-ха! Прирожденный британец возведен в члены городского совета! Человек строгих правил по части "веселого стаканчика" выбрал себе зятя спьяна. Ей-богу, он повторит свой выбор, когда протрезвится. Поднимайтесь, как вы себя чувствуете?
Софтхед. Чувствуете? Да я погиб!
Уилмот. Клянусь, я никогда не встречал более мрачного человека! Мы, по-видимому, находимся рядом с домом сэра Джиофри! Надо же было случиться, чтоб я привел их именно сюда, в Мертвый переулок, по пути к моему мрачному свиданию! Что за наказание, где оно может быть - это место свидания? Не здесь ли? Похоже на то! Как же мне теперь избавиться от Софтхеда?.. Ха-ха! Придумал! Софтхед, проснитесь! Наступила ночь... время, когда чудовища нападают на свои жертвы. Попробую приподнять вуаль над тайнами Лондона. Вот этот дом в Мертвом переулке.
Софтхед. Мертвый переулок! У меня проступил холодный пот!
Уилмот. В этом доме... под старинным гербом "Короны и крепости" творятся такие ужасы, что волосы становятся дыбом! Приключение опасное, но необычайно захватывающее. В это обиталище, в котором женщины гибнут, едва только осмеливаются в него войти, а мужчинам, когда они пытаются из него выйти, уготован страшный конец - в это обиталище мы вступим и будем созерцать, подобно Макбету, "деяния, не имеющие названия".
Из дверей дома в Мертвом переулке выходит фигура в маске и подходит к
Уилмоту, который все еще держит Софтхеда.
Софтхед. Э, нет, нет, нет! Я не согласен созерцать деяния, не имеющие названия. Я не вступлю в обиталище мертвых! (Заметив фигуру в маске.) Смотрите! Правда, темная вуаль! Тайны Лондона! Прочь, ужасное видение! (Вырывается из рук Уилмота, который отпускает его, увидев фигуру в маске.) Нет, нет! Я пойду домой к своей маме. (Уходит.)
Маска манит Уилмота, он направляется к ней, и оба скрываются в доме.
Занавес
ДЕЙСТВИЕ ЧЕТВЕРТОЕ
СЦЕНА ПЕРВАЯ
Библиотека в доме сэра Джиофри.
Хардман и сэр Джиофри.
Сэр Джиофри. Да! Я заметил, что вы неравнодушны к Люси. Но, прежде чем обнадежить или разочаровать вас, я бы хотел побольше узнать о вас... о вашем происхождении, состоянии, жизни в прошлом. Конечно, вы сын джентльмена? (В сторону.) Теперь все зависит от того, будет ли он лгать или говорить правду - я либо разоблачу его как лжеца, либо s качестве награды отдам ему Люси... Он смотрит в сторону. Он будет лгать!
Хардман. Сэр, хотя я рискую своими надеждами, я буду говорить горькую правду. "Сын джентльмена"! Вероятно, нет. Мое детство протекало в доме фермера. Дети, с которыми я играл, говорили, что я сирота. Потом, не знаю как, я оказался в страшном, грубом мире, который называют школой. "Вы талантливы, - сказал мне учитель, - но ленивы, а права быть беспечным у вас нет, вы должны сами пробивать себе дорогу в жизни; вас определили сюда из милости".
Сэр Джиофри. Из милости! Ну, старый дурень ошибался!
Хардман. Я перестал бездельничать... Сделался первым в школе. Затем решил больше не быть учеником из милости. В шестнадцать лет я сбежал и сделал своим девизом слова учителя - "Вы должны пробить себе дорогу в жизни". А надежда и гордость нашептывали: "Ты пробьешь ее!"
Сэр Джиофри. Бедняга! Ну и что же потом?
Xардман. Восемь лет скитаний, приключений, трудностей и испытаний. Мне часто не хватало хлеба... но мужество никогда не оставляло меня... К концу этих лет я возвысился... до чего же? До должности клерка в адвокатской конторе в Норфольке.
Сэр Джиофри (в сторону). Мой собственный адвокат, там я впервые напал на его след.
Хардман. В городе разгорались политические страсти. Политическая деятельность стала привлекать и меня. Я стал выступать в ораторском клубе. Тщеславие толкало меня вверх... и оно вылилось в решение сделаться писателем. С десятью фунтами в кармане и с произведением на тему "О положении нации" я поехал в Лондон. Моя книга хорошо раскупалась. Издатель заплатил мне четыреста фунтов. "Громадное состояние", - сказал он мне, можно заработать на акциях компании Южного моря. Рискните своими сотнями... я пришлю вам маклера".
Сэр Джиофри. Хе-хе! Надеюсь, этот маклер был из умных?
Хардман. Безусловно: через две недели он сказал мне: "Ваши сотни превратились в тысячи. За эти деньги я могу приобрести для вас ежегодную земельную ренту, вполне достаточную для того, чтобы вы могли сделаться кандидатом в члены парламента". Эта мысль зажгла меня. Я купил ренту. Теперь вы осведомлены о моем состоянии и о том, как я приобрел его.
Сэр Джиофри (в сторону). Хе-хе! Надо рассказать об этом Изи: какое он получит удовольствие!
Хардман. Спустя некоторое время в политической кофейне какой-то человек отозвал меня в сторону. "Сэр, - сказал он, - вы мистер Хардман, который написал известную книгу "Положение нации". Не согласитесь ли вы вступить в парламент? Нам нужен человек, подобный вам, в качестве кандидата от нашего округа. Мы освободим вас от избирательных издержек: ни одного шиллинга на взятки".
Сэр Джиофри. Хе-хе! Чудесно! Ни одного шиллинга на взятки.
Хардман. Человек этот сдержал слово, и я сделался членом парламента без друзей и без опыта. Я выступал - надо мной смеялись. Выступал снова - и меня стали слушать. Часто терпел поражение. И наконец одержал победу. Вчера, заканчивая этот рассказ, я должен был бы сказать, опустив глаза: "Можете ли вы отдать свое дитя человеку, чье происхождение более чем сомнительно, а состояние столь незначительно?" Домогаясь руки вашей наследницы, я написал сэру Роберту, прося его о только что освободившейся должности. Ее занимал человек, получивший повышение, - он был возведен в звание пэра. Сэр Роберт отказал.
Сэр Джиофри. Так и следовало ожидать. (В сторону.) Не слишком ли он опрометчивый и самонадеянный человек.
Xардман. Однако сегодня этот отказ взяли обратно, и теперь должность моя!
Сэр Джиофри (с удивлением, в сторону). Ха! Я, во всяком случае, ничего не сделал для этого!
Xардман. Сейчас я стал одним из тех... конечно, не самых высокопоставленных... но все же одним из членов правительства, через которых ее величество Англия осуществляет свои законы. Поэтому я говорю вам откровенно, как сказал бы первому пэру королевства... Я не обладаю обширными владениями и не имею старинной родословной. Но один, без друзей, вопреки судьбе, я пробил себе дорогу. Разве это не стоит вашей родословной? Моя страна доверила своему новому слуге управление. Если же она чтит его - он равен всем.
Сэр Джиофри. Смелый малый, вашу руку. Получите согласие Люси, и я дам вам свое. Не благодарите меня! Но послушайте: я рассказал вам свою мрачную историю... эти цветы не от Уилмота. Я еще раз исследовал их... Букеты составлены так же, как были составлены те, которые я имел глупость посылать своей будущей жене в дни, когда еще за ней ухаживал, жене, которая впоследствии мне изменила...
Xардман. Почему вы так уверены в ее измене? Ведь нет никаких доказательств, кроме хвастовства какого-то распутника...
Сэр Джиофри. Который был моим близким другом многие годы... так что... О пытка! Меня преследуют сомнения, является ли моя наследница моей дочерью. И этому злодею, как признался один из моих слуг, моя жена тайно послала письмо в тот самый день, когда в кофейне я вырвал из его уст слова насмешки и хвастовства. О, он всегда был остряком и насмешником... возможно, эти цветы от него с целью оскорбить меня. Он разыскал человека, которого раньше обесчестил, даже несмотря на то, что тот переменил имя.
Xардман. Вы переменили имя в связи с получением наследства. Вы не назвали мне имени, которое носили раньше.
Сэр Джиофри. Морланд.
Хардман. Морланд... а соблазнителя?
Сэр Джиофри. Лорд Генри де Моубрей...
Хардман. Безнравственный брат герцога Мидлсекокого! Он умер несколько месяцев тому назад.
Сэр Джиофри (опускаясь в кресло). Тоже умер! Умерли оба!
Хардман (в сторону). Тонсон упоминал о мемуарах лорда Генри... Его признание о невиновности леди Морленд находится в руках Фоллена... Я сейчас же пойду к Фоллену. (Громко.) Вы подали мне новую мысль. Я разузнаю все... Когда я могу снова увидеть вас?
