же они будут вмешиваться в людскую психику, если не знают, как она сформировалась — в каких условиях и для чего? Будут лечить, как доктор Зойдберг в "Футураме"?
— Семью ничто не заменит, — добавила будущая психолог.
Она смотрела на меня, как сестра Рэтчед на МакМёрфи. И я понимал, что ей ничем уже не помочь. Как и её будущим клиентам/пациентам, которых заранее было жаль.
Ну я хотя бы попытался.
"Семья" — это слово почти священно. Но что это такое? Что такое семья? Давайте вкратце рассмотрим.
Люди уверены, будто семья, какой она нам известна сейчас, существовала всегда. Не зря в народе ходят примеры из сферы наивной лингвистики, согласно которым само слово «семья» восходит то ли к старорусскому "семя", то ли к "семь Я" и, таким образом, в обоих случаях будто бы отображает сакральный вопрос продолжения рода, продолжения себя (и мало кого при этом волнует, что числительное «семь» в стародавние времена на самом деле имело несколько иной корень — "седм": седьмой, седмица). В действительности же, конечно, историческая картина с семьёй сильно отличается от представлений обывателя.
В античном Риме слово "familia" (в современности уже понимаемое именно как семья) даже не касалось супругов и детей — им обозначалась совокупность рабов одного господина (домашний раб — famulus), familia была велика, и порой преобладающая часть её членов не состояла в биологическом родстве (Гис и Гис, с. 10). Древнегреческий "oikos" также обозначал одновременно и домашнее хозяйство, в рамках которого продукция производилась и потреблялась, и самих участников этого хозяйства, живущих под одной крышей, но включавших в себя отнюдь не только мужа с женой и детьми, но и их рабов, зависимых и вольноотпущенников (Бессмертный, 1996, с. 348). То же касается и неолитического Китая (династии Инь/Шан — 1600 г. до н. э. — и в начале династии Чжоу — 1100 г. до н. э.), когда "едва ли вообще существовали семьи как самостоятельные социальные и хозяйственные ячейки. Парные брачные ячейки в ту пору были неотъемлемой частью более крупных социальных и хозяйственных объединений (род, родовая община, большесемейная община)" (Васильев, 2001, с. 125). Разумеется, аналогичная картина была характерна и для Древней Месопотамии (Гласснер, с. 410). Что касается Руси, то ситуация там ничем не отличается от приведённых выше примеров из других культур: в описаниях Домостроя XVI века мы обнаруживаем, что понятие "семья" применяется только к слугам, челяди, рабам (Найдёнова, с. 296; Пушкарёва, 2011, с. 46), а не к хозяину и хозяйке дома с детьми.
То же касается и термина "домочадцы" — если сейчас мы понимаем под ним именно членов современной семьи, то в старорусском языке домочадцами именовалась совокупность людей, по разным причинам попавшая в рамки одного домашнего хозяйства — помимо хозяина, хозяйки и их детей, это опять же слуги, наёмные рабочие (батраки), инвалиды и нищие, которых приютил хозяин дома. То есть слова, понимаемые нами сегодня в одном смысле, раньше имели смысл совсем другой. А это значит, что и концепции отношений между людьми тогда были совсем не теми, какие привычны нам сегодня, или, говоря иначе, тогда их в таком виде попросту не было.
Таким образом, проводя тождество между современной семьёй и формами объединения людей в прошлом, мы непременно совершаем ошибку и распространяем привычное нам понимание на эпохи, когда такого понимания совсем не было, да и структуры эти были в целом устроены иначе. Куда уместнее было бы называть объединения людей прошлого "домохозяйством", "домашним сообществом" (Найдёнова, с. 297), концепцией "всего дома" (das ganze Haus) (Зидер, 1997, с. 16) или множеством других вариантов (см. перечень: Косвен, 1963. с. 6), но никак не семьёй в современном нам понимании.
"Римская "семья" (familia) мало похожа на то, что называем семьёй мы", пишет историк Поль Вейн (2017, с. 12, 91), и его будто дополняет Ключевский, подмечая, что "старинный русский двор, сложная семья домохозяина с женой, детьми и неотделенными родственниками, братьями, племянниками, служил переходной ступенью от древнего рода к новейшей простой семье и соответствовал древней римской фамилии" (Ключевский, 2002, с. 94). Иначе говоря, объединения людей прошлого были далеко не той «семьёй», к которой мы привыкли.
"Термина "семья" Домострой в современном его значении не знает. Он оперирует понятием "дом" как обозначением некоего единого хозяйственного, социального и психологического целого, члены которого находятся в отношениях господства-подчинения, но равно необходимы для нормальной жизни домашнего организма" (Найдёнова, с. 303). То есть в прежние эпохи «дом» был куда шире современного понимания семьи (муж + жена + дети) и при этом был куда более важным, чем последняя — кровное родство имело далеко не первостепенное значение (Зидер, с. 16). По оценкам некоторых специалистов, в состав подобной "домовой общины" в определённые эпохи могло входить даже до 200–300 человек (Черняк, с. 54), на Руси она также могла насчитывать до 250 человек и оставаться стабильной в течение 150–200 лет (Абраменкова, с. 89).
Даже в средневековом Китае династии Мин (1368–1644 гг.) для наиболее близкого семье обозначения использовался иероглиф "цзя", который графически представлял собой сочетание знаков "крыша дома" и "свинья": то есть, опять же, в основе именно указание на дом и хозяйство как таковые (Малявин, 2008, с. 120; что, впрочем, не мешает автору удивительным образом находить в них признаки "родства по крови или браку" — несмотря на то, что в Китае той эпохи ещё существовала полигамия и институт наложниц).
Тот факт, что ещё в сравнительно недавнем XV веке (500 лет назад) концепции современной семьи даже не было, подтверждается тем, что мужа, жену и детей описывали не привычным нам термином «семья», а формулой "такой-то с женой и детьми" (Зидер, 1997, с. 16). То есть данному союзу даже не было своего названия, он никак принципиально не выделялся общественным сознанием из прочих объединений людей (Гис и Гис, с. 10). Мало того, даже дети не сильно воспринимались родителями как часть некоего обособленного союза, поскольку хозяйские дети, достигшие трудоспособного возраста, по своему положению стояли ближе к слугам, и даже сидеть за одним столом с родителями им было запрещено — их место было за столом слуг и батраков (Найденова, с. 301; Зидер, с. 53), даже в переписях населения дети нередко указывались как "батраки" или "служанки" (Шлюмбом, 2007, с. 164).
Социальные историки прекрасно знают, как сложно изучать структуру крестьянской «семьи» в Средневековье, поскольку тогда семьи в современном нам понимании просто не существовало (Бессмертный, 1991; Ястребицкая, 1985). "От исследователя как бы ускользает сам предмет исследования — семья, ибо понятие "семья" в современном смысле
