– Мы с Олегом давние друзья, он мне доверяет. Кроме этого, уверен, в клубе или отеле остались записи с камер наблюдения. Я достану их без проблем в течение часа. Нужно?
Не люблю пустых угроз, но сейчас они подходят как никогда лучше. Лера теряет своё красноречие, прикусывает пухлую губу. Больше не дерзит, не играется. Только смотрит на меня своими голубыми глазками, хлопает длинными ресницами.
В её взгляде столько мольбы, что хочется прекратить всё прямо сейчас. Пообещать, что я никому не стану рассказывать о нашей связи. Но держусь, иначе девчонка продолжит выкручивать мне нервы.
– Марат...
– Так что, Валерия, с кем я буду говорить? С тобой или с Олегом?
Лера молчит. Долго, выразительно. Отворачивается от меня, сжимает кулачки, шумно дышит. Каждой клеточкой своего прекрасного тела выражает то, насколько она недовольна своим положением.
Сама виновата, красавица. Не нужно было со мной играть и нарываться. Я многое могу спустить, но не зарвавшееся поведение. Лизе нужно уметь различать: с кем можно крутить хвостом, а с кем лучше дружить.
– Со мной, - выдыхает, потупив взгляд. – Говори со мной, не с Багровым.
– Умница, - вскидывается, поднимает губы. Такая крошечная, а злости на двух амбалов хватит. – Рассказывай.
– Извини меня. Не хотела ранить твоё хрупкое эго, - цедит с широкой фальшивой улыбкой. – Больше не буду гонять тебя за кофе. Это было неуместно. Но просто не отпускай моего водителя. Я не люблю, когда решают вместо меня.
– Думаешь, именно это меня заботит? Кофе и твои выкрутасы?
Они тоже, несомненно. Пришлось всю выдержку использовать, чтобы не взорваться. Хорошо, что ещё со спортивной школы научился держать себя в руках и контролировать гнев.
– Что-то другое? – интересуется невинно, оглядываясь. – Обещаю, с этого момента я не буду переходить грань.
– Валерия, прекращай свои игры. Мы обо знаем, про что я хочу поговорить. Сама согласилась, так что прекращай юлить.
– Что ты хочешь узнать? Это больше не повторится. Случайность, ошибка. Я надеюсь, что у тебя хватает воспитания, чтобы не болтать об этом.
– Олег мой друг. Думаешь, ему не стоит знать, что его невеста загуляла перед свадьбой?
– А думаешь, он мне верность хранит?
Выпаливает и тут же замолкает, пристыженно кусает губу. Вижу, что хочет забрать слова обратно, но время не отмотать назад. Хмыкаю. Теперь понятно, моя первая теория оказалась верной. Олег загулял в своем привычном стиле, а девчонка решила ему отомстить.
Я оказался просто разменной монетой. Ожидаемо, на самом деле. И вроде можно дело закрывать, но всё равно что-то не так. Чуйка редко подводит, а сейчас она буквально сиренами воет.
Не всё так просто, не ведись, Сафаров.
Изначально я решил, что Лера – охотница за платиновыми карточками. Настолько уверенно и сосредоточенно искала себе пару на вечер. Не ведут себя так девочки, которые решили просто отомстить жениху.
Те сомневаются, нервничают, могут сорваться в последний момент. Лера же двигалась танком, не останавливаясь перед препятствиями. А тем более, я стал её первым... Нет, что ещё есть.
– И часто ты так мстишь? – спрашиваю напрямую, прекрасно зная ответ. – Или у вас свободные отношения? Давай, Лера, выкладывай. Всё, что происходит. Пока своё любопытство не утолю, я не отстану.
– Ты в любом случае к Багрову можешь пойти. Расскажу я тебе или нет. Почему я должна тебе верить?
– Я привык свое слово держать. Если обещаю, то выполняю. Если расскажу что-то Олегу, то больше ты мне доверять не будешь. А мне важно, чтобы объект моей защиты доверял, а не устраивал выкрутасы за моей спиной.
– Марат, - всхлипывает вдруг, а после прижимается ко мне, пряча лицо на моей груди. Её плечи дрожат, оглушает рыданиями. – Пожалуйста...
Теряюсь. Как пацан перед первым свиданием. Вообще не знаю, как на такое реагировать стоит. С женскими слезами у меня сложная ситуация, не умею разбираться. Но чувствую себя паршиво.
Какой бы не была Лера – изменщицей или запутавшейся девчонкой – но именно я довёл её до такого состояния. Передавил, не почувствовал хрупкую грань. А теперь красавица плачет, плотно прижимаясь. Так быстро срывается с показательного равнодушия до истерики.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
И наказать её хочется за безрассудство и глупые поступки.
И пожалеть.
Пожалеть хочется больше.
– Тише, - прошу, неловко похлопывая по плечу. – Не плачь.
– Не... - следуют долгие рыдания, не говорит, а задыхается. Провожу по светлым волосам, прижимаю крепче. Черт знает, как с ней себя вести. – Не могу. Не... Пожалуйста, не говори ему. Не говори Олегу ничего.
– Всё, хватит. Не скажу, только хватит плакать. Ну, Лер, хватит. Замяли.
– Обещаешь? Ты... Ты ведь человек слова?
– Да. Даю слово, что Багрову ничего о нашем знакомстве не расскажу.
– И намекать не будешь на то, что между нами было?
– Не буду.
– Хорошо.
Отстраняется, затихая.
А на лице вместе слёз – довольная улыбка.
Зараза.
Глава 7. Лера
К моему дому мы едем в тишине. Марат сжимает руль, принципиально не смотрит на меня. Его злость вибрирует в воздухе. Мужчина не показывает, но я чувствую, как сильно взбесила его своим поведением. И напускными слезами, которые мне помогли получить временную отсрочку.
Теперь, когда волнение понемногу утихает, я могу расслабиться. Если Марат сдержит слово и не будет больше вспоминать о произошедшем, то у меня нет повода с ним ссорится. Я бы изначально вела себя по-другому, но мужчина раз за разом напоминал о произошедшем!
Я тоже стараюсь не смотреть лишний раз на Марата. Он усадил меня на переднее сидение, не слушая возражений. А меня бьет контрастом ощущений. Как в прошлый раз я ехала здесь с предвкушением и томлением в груди. А сейчас – растерянная и потерянная.
В последние дни я не верю никому, кроме Ангелины. И сейчас меня разрывает сомнениями: Марат сдержит обещание, ничего не расскажет Олегу? Или мужчина тут же отправится к моему жениху, как только высадит меня у дома?
Багрову нельзя знать!
Я шла в клуб с одной целью, уверенная, что Олег никогда об этом не узнает.
Иначе...
Иначе все мои планы разрушаться о его железное решение посадить меня под круглосуточный надзор.
– Спасибо за поездку, - сдержанно благодарю, когда ворота разъезжаются в стороны. – Завтра меня отвезёт водитель или ты?
– Водитель.
Марат потрясающе держит себя в руках. Его голос звучит легко, хотя сам мужчина напряжен. Сильнее сжимает руль, делает глубокие вдохи. Венка на его шее вздувается, пульсирует. Подушечки моих пальцев покалывает от желания провести по его коже, успокоить.
Одергиваю себя. Это просто какой-то остаточный эффект. Небольшое помутнение. Я посплю, а завтра буду вести себя так, словно не знаю каковы на вкус губы этого мужчины.
– Хорошего дня, - тянусь к ручке, но замки щелкают, не выпуская меня. – Что ты делаешь?
– Мы не закончили.
– Марат, ты ведь слово дал. Обещал. И...
– Я о другом. Руку дай. Чем быстрее всё сделаешь, тем быстрее уйдешь.
Посомневавшись немного, протягиваю левую руку. Марат перехватывает её чуть выше запястья, сжимает горячими пальцами. А после тянется к бардачку, задевая мои колени. Мгновение – и на мне защелкивают браслет.
Удивленно рассматриваю его: простой и неприметный. Тонкие серебряные нити переплетаются между собой, образуя что-то вроде каната.
– Решил меня подкупить? – язвлю, не зная, как реагировать на это. – Миленько.
– Ты будешь носить этот браслет всегда. Здесь, - постукивает пальцем по замочку, – маячок. Так я не потеряю тебя из вида. Эту кнопку видишь? – указывает на небольшую выпуклость, которую раньше я приняла за обычный брак. Как капелька металла, упавшая на изделие. – Пять коротких нажатий, так я буду знать, что ты в беде.
– В беде? Я так понимаю, ты говоришь не о том, когда меня нужно будет забрать из бара?
