Глава 4
@niKartashova
29 апреля 04:32
#никавперед #кондитерскиештучки #никапекарь
Ночь больших коржей закончилась. Плюсы: я больше не могу смотреть на шоколад. Минусы: лимит калорий исчерпан три литра глазури назад. А вы пробовали не пробовать во время готовки?
До УЗИ Ника так и не дошла. В больницу к Исаеву она не поехала бы и под дулом пистолета, живот успокоился, а участковая, к которой Ника заглянула в среду за направлением, ничего страшного не нащупала, лишь порекомендовала щадящую диету и записала на ультразвук через пару недель.
– А может, придатки застудила. Попей травяной сбор. И какую-нибудь согревающую мазь тоже хорошо. Не пройдет – иди в женскую консультацию, – равнодушно изрекла участковая, не отрываясь от записей.
Поэтому с чувством выполненного долга Ника погрузилась в подготовку к дегустации.
Выездные корпоративы вошли в моду не так давно, года два тому назад. Компания нанимала специальных аниматоров для взрослых, и те устраивали командные игры на свежем воздухе. Считалось, что это способствует укреплению коллектива. На самом же деле сослуживцы просто терпеливо ждали, когда закончится обязательная программа по бегу в мешках или игре в пейнтбол, чтобы приступить, наконец, к шашлыкам и напиткам.
Нику во всей этой истории привлекало больше созерцание Веселовского без привычного костюма и галстука. В потертых джинсах и толстовке он выглядел обезоруживающе домашним, близким к простым смертным. Крепкие руки, сжимающие мяч, низкий раскатистый смех, растрепанные от ветра волосы… Ника всякий раз любовалась им издалека затуманенным от восхищения взглядом. Так смотрят только девочки-подростки на своих сладкоголосых кумиров. Хорошо, что Ника всегда была осторожна с алкоголем и ни разу не пересекла ту опасную грань, за которой лежат восторженные визги и недвусмысленные намеки. Как бы сильно ей ни нравился Веселовский, она планировала однажды заставить его сделать первый шаг.
В пятницу утром, нагруженная коробками с выпечкой, в нарочито скромных, но безбожно узких голубых джинсах с низкой талией, Ника забралась в корпоративный микроавтобус. Бизнес-маршрутка устремилась против всех пробок по Ярославке. Там, в гостиничном комплексе, начальство арендовало просторную открытую веранду.
Некоторые сотрудники предпочли бы использовать лишний выходной, чтобы пораньше умотать на дачу с рассадой: майские праздники все ж таки, традиция. Да и вообще, перспектива на отдыхе любоваться на те же физиономии, что и остальные двести сорок семь рабочих дней в году, была довольно сомнительной. Но критиковать большое руководство в его порыве щедрости никто бы не посмел. Марк Веселовский – и тот стал заложником ситуации. Он, конечно, ехал на своем «Ягуаре», потому что мог остаться в отеле на ночь. Не то чтобы Ника всерьез рассчитывала на продолжение вечера, но некоторые пирожные вышли настолько удачно, что нижнее белье она подобрала с особой тщательностью.
Разумеется, в спальне ей нечем было удивить Веселовского. С его-то опытом… Пожалуй, стоило бы выбрать тактику максимального воздержания, заставить его полюбить сначала ее ум, характер, трудолюбие и, что уж там, кондитерские таланты. Но Ника не доверяла себе. Как только она увидит, как он с наслаждением надкусывает пирожное с малиновой сердцевиной и пышной шапочкой крема из рикотты, сразу бросится на него голодным питбулем. На Марка, конечно, не на пирожное. Именно эти сцены навязчиво плыли перед ее взором, когда она накануне отмеряла муку. Пришлось несколько раз пересыпать обратно, потому что она отчаянно сбивалась со счета.
Тихое поскрипывание новых пластиковых коробочек вызвало у коллег Ники любопытство.
– О-о-о, – протянул Володя Симаков из отдела маркетинга тем басовитым тоном, которым обычно на семейных застольях радуются новому блюду.
И сразу посыпались вопросы:
– Что-то сладенькое?
– Купила или сама пекла?
– А что за повод?
– Ты замуж собралась?
– Так все-таки беременна? – последнюю реплику выдала, естественно, Люба.
Ника пробралась назад, чтобы пристроить выпечку на свободное сиденье, и, наконец, сама уселась рядом и поправила челку.
– В общем, – прервала она любопытных. – Пекла сама. Повода нет. И я, Люба, не беременна. От слова «совсем». И замуж меня никто не зовет. Просто мне для курсов надо… Веселовский обещал провести дегустацию и написать отзыв.
– Какие курсы? – выгнула бровь Оксана.
– Ну, хобби у меня такое, – Ника глянула в темный экран телефона, как в зеркало. – Только я вас умоляю, не трогайте, пока шеф не попробует. Очень прошу!
– У-у-у, кто это у нас решил действовать через желудок? – вкрадчиво спросила Татьяна, сорокалетняя бухгалтерша.
– Точно-точно, – поддакнула главная сплетница Катенька. – Курсы какие-то… Можешь по ушам не ездить.
– Вот, блин, только я решил, что ты там самая нормальная, – курьер Вася разочарованно хмыкнул, его щеки привычно засветились пунцовыми пятнами. – А ты туда же…
– И все тихой сапой, – прищурилась Оксана, заправив за ухо прядь ядовито-рыжих волос. – Сидит, прикидывается мышкой, а сама подбирается, подбирается…
– Думайте что хотите, – максимально равнодушно произнесла Ника.
– Да ладно, что вы на нее набросились? – вступилась Люба. – Шефа она до чертиков боится, и потом, она же не дура, чтобы питать какие-то иллюзии!
Ника натянуто улыбнулась: сейчас ее раскатают из лучших побуждений как из брандспойта.
– И потом, ну кто пойдет соблазнять шефа в такой толстовке? Все знают, какие у него вкусы, – любезно продолжала секретарша.
– Кстати, да, – согласилась программистка Соня и перекатила жвачку на другую сторону рта. – Чувак может себе позволить питаться в лучших ресторанах и завести личного шеф-повара. Пирожные – последнее, что ему надо от бабы.
На меньшее Ника могла и не рассчитывать. Если женским коллективом управляет во всех отношениях соблазнительный и недосягаемый мужчина, каждую, кто подойдет к нему меньше чем на метр, загрызут. И неважно, что ни одной из них не светит. Зато начало тимбилдинга прошло успешно: сплетня моментально сплотила сослуживцев.
Об остальном позаботились профессиональные коучи. Услышав этот заимствованный термин впервые, Ника поняла: так стали называть массовиков-затейников, чтобы им было не стыдно рассказывать о своей работе. Не тамада, а бизнес-тренер, не пионервожатый, а тимбилдер.
Эти подозрительно бодрые парень и девушка с безумным взглядом тех, кому запрещено не улыбаться, разделили работников на две команды. Где-то в окрестном лесу они спрятали клад, и добраться до него можно было только тернистым путем унизительных испытаний. Пролезть через паутинку, встать на групповые лыжи, продвигаться задом на корточках или бежать в парной связке нога об ногу. И все это в печальном апрельском лесу, в котором если снег уже и растаял, то холодная почва его еще не впитала и теперь многообещающе чавкала под ногами. И ладно бы просто слоняться между замшелыми деревьями, отыскивая тайные знаки, но ведь лезть через паутинку солидным людям вроде Аллы Михайловны или Анатолия Семеновича из финансового было крайне затруднительно.
Ника обреченно слушала боевой инструктаж. Что бы она сегодня ни надела: эти дорогие джинсы, вечернее платье с вырезами, обтягивающее, как форма греко-римского борца, или просто клетчатые пижамные штаны, уже через полчаса она будет представлять из себя жалкое зрелище. Никакие сладости после этого не реабилитируют ее в глазах Веселовского.
Хотя, и в этом она ни секунды не сомневалась, Марк в финале останется безупречным. Никто и никогда не видел его в мятом костюме или с пятном на галстуке. То ли перед офисом его натирали полиролем, то ли в него уже была встроена грязеотталкивающая функция.
Это немного пугало Нику, потому что сама она идеальной не была. Сможет ли она когда-нибудь расслабиться в его присутствии? Пошутить над ним, ущипнуть за пресловутый зад дискобола? Как вести себя с его семьей? Как, в конце концов, ходить в туалет в его квартире?
