Она покрутила туда-сюда манжеты, взялась за шлем, потянула.
- Все в порядке. - И тоже протянула ладони. - Но чего он добивается?
Герметизация перчаток у нее тоже была в порядке. Один замок шлема чуточку расшатан, но не настолько, чтобы нарушить цельность. Гюнтер пожал плечами:
- Он не в себе. Мало ли что взбрело ему в голову. Например, пытается укрепить ослабшие петли.
БАМС!
- Он же ломится сюда!
- Да, это тоже возможно. Измайлова чуть повысила голос:
- Но даже если программы перепутаны, в его памяти не должно быть ничего такого, что заставляет его так действовать. Как беспорядочный сигнал мог вызвать такое поведение?
- Он не так действует. Вы представляете себе роботов, какими они были в вашем детстве. А эти автоматы - просто шедевр. Они манипулируют не инструкциями, а концепциями. Это делает их поведение более гибким. Не приходится программировать каждый шажок при переходе к чему-то новому. Вы просто ставите цель…
БАМС!
- …например, разобрать роторный бур. В автомате имеется банк доступных навыков, вроде резки, откручивания болтов или общие манипуляции, и он перестраивает их в различном порядке в зависимости от поставленной задачи. - Гюнтер говорил, лишь бы слышать собственный голос и не удариться в панику. - И в обычных условиях это просто прекрасно. Но уж если такая штуковина выходит из строя, так на уровне концепции. Понимаете? Так что…
- Так что он принимает нас за роторный бур, который нужно разобрать?
- Ну… в общем, да.
БАМС!
- И что нам делать, когда он сюда доберется?
Они оба невольно поднялись на ноги и стояли лицом к двери. Свободного пространства было не много, и они заполнили его целиком. Гюнтер остро ощущал, что здесь не хватит места, чтобы драться или бежать.
- Не знаю, как вы, - сказал он, - а я намерен шарахнуть эту дрянь по башке унитазом.
Она повернулась к нему. БАА…
Звук оборвался хриплым свистящим взрывом. Мгновенно наступила тишина.
- Взломал наружную дверь, - спокойно констатировал Гюнтер.
Они подождали.
После долгого молчания Измайлова спросила:
- Мог он уйти?
- Не знаю. - Гюнтер отстегнул свой шлем и прижался ухом к полу. Камень был до боли холодным. - Возможно, его повредило взрывом.
Он ощущал легкую вибрацию сборщиков и более тяжелый гул машин, перекатывающихся по цеху. Все эти звуки оставались в отдалении. Он сосчитал про себя до ста. Ничего. Он еще раз сосчитал до ста и наконец выпрямился.
- Ушел.
Оба снова сели. Измайлова сняла шлем, Гюнтер неловко отстегивал перчатки. Застежки не поддавались.
- Посмотрел бы кто на меня, - неуверенно засмеялся он. - Пальцы как сосиски. Так перетрусил, что с манжетами не справиться.
- Давайте помогу. - Измайлова отстегнула и потянула перчатку. Та легко сошла с руки. - Где там у вас вторая рука?
Они сами не заметили, как сняли друг с друга скафандры, как отстегнули крепления и распечатали швы. Начали они медленно, но с каждой застежкой торопились все больше, словно в отчаянной спешке. Гюнтер вскрыл красный скафандр Измайловой, под которым обнаружилась красная шелковая рубашка. Он подсунул под нее руку, задрал до груди. Соски были твердыми. Он взял грудь в ладонь и сжал ее.
Измайлова издала низкий гортанный стон. Она уже вскрыла скафандр Гюнтера и теперь подбиралась к члену. Выпростала его и нетерпеливо потянула мужчину на койку. Потом встала над ним на колени и направила член в себя. Губы Гюнтера встретились с женскими губами, теплыми и влажными. Они занимались любовью, так и не избавившись до конца от скафандров. Гюнтер освободил одну руку и просунул ее под рубашку Измайловой, поглаживая длинную спину и затылок. Короткий ежик волос щекотал и покалывал ладонь.
Она крепко оседлала его, ее плоть скользила по его коже.
- Ты уже готов? - бормотала она. - Готов? Скажи, когда будешь готов.
Она покусывала его плечо, шею, подбородок, нижнюю губу. Ее ногти впивались ему в кожу.
- Готов, - шепнул он.
Или, может быть, только подумал, и она поймала мысль на свой чип. Так или иначе, она стиснула его еще крепче, будто хотела сломать ребра, и все ее тело содрогнулось в оргазме. И он тоже освободился, выбросив страсть в вихре отчаяния, экстаза и облегчения.
Ничего лучше он в жизни не испытывал.
Потом они полностью содрали с себя скафандры и спихнули их с койки. Гюнтер вытянул из-под себя одеяло и с помощью Измайловой укутал ее и себя. Они лежали рядом молча, наслаждаясь отдыхом.
Он прислушался к ее дыханию. Она дышала тихо. Потом она повернулась к нему лицом, и теплое дыхание согрело ему ямочку на горле. Ее запах наполнял комнату. Рядом с ним находилась незнакомка.
Гюнтер устал, ему было тепло и спокойно.
- Ты давно здесь? - спросил он. - То есть не в убежище, конечно, а…
- Пять дней.
- Так мало… - Он улыбнулся. - Добро пожаловать на Луну, мисс Измайлова.
- Екатерина, - сонно поправила она. - Зови меня Екатерина.
Они плавно взмыли вверх и к югу, через Гершель. Дорога Птолемея бежала под ними крутыми изгибами, скрываясь из виду и неизменно появляясь снова.
- Здорово! - каркнул Хиро. - Это же… Жаль, что я целый год не давал себя уговорить.
Гюнтер определил место и потихоньку начал снижаться, забирая на восток. Два других хоппера не отставали от него, держась тесным треугольником. Вспышка солнечной активности закончилась два дня назад, и Гюнтер, отгуливая законные выходные, пообещал, как только отменят тревогу на поверхности, свозить друзей в горы.
- Мы уже близко. Проверьте хорошенько ремни безопасности. У тебя все в порядке, Криш?
- Да, мне вполне удобно.
Они опускались на посадочную площадку «Залив Зноя Компани».
Хиро сел вторым, а на поверхности оказался первым. Он запрыгал вокруг, как спущенный с поводка колли, носился вверх и вниз, выискивая все новые точки, откуда можно было вдоволь полюбоваться видом.
- Просто не верится, что я здесь! Я здесь каждый день работаю, но - представляете! - я в первый раз на самом деле сюда выбрался! Я хочу сказать, собственной персоной!
- Смотри под ноги, - напомнил Гюнтер. - Это тебе не телеприсутствие - если сломаешь ногу, нам с Кришной придется тебя тащить.
- Я целиком на тебя полагаюсь. Парень, который попал под солнечную вспышку и так классно кончил…
- Эй, прикуси язык, ладно?
- Да все уже слышали. Я к тому, что мы уже считали тебя покойником, и вдруг вас обоих обнаруживают спящими! Об этом еще сто лет будут болтать. - Хиро чуть не задохнулся от смеха. - Вы стали легендой!
- Ну так дай легенде малость отдохнуть. - Чтобы сменить тему, Гюнтер заметил: - Неужто ты собираешься снимать эту помойку?
Разработка в Заливе Зноя велась открытым способом: роботы-бульдозеры сгребали с поверхности реголит и скармливали его перерабатывающей фабрике, раскинувшейся на гигантских отвалах. Здесь добывали торий, и выход продукции был так мал, что к обогатительному реактору ее доставляли на хопперах. Рельсовая пушка тут не применялась, и позади фабрики громоздились горы отходов производства.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
