на окраине твоей жизни, и не пришлось больше скрывать наши отношения.
Я говорила это торопливо, боясь, что не успею высказаться, что испугаюсь или он не станет дослушивать. И с каждым моим словом Илья мрачнел все сильней.
Когда замолчала, он с силой ударил кулаком по стене, напугав меня, а потом зло процедил.
— Это все? Или еще что добавишь? Скажи, что именно тебя не устраивает? Помимо общего дома и… семьи? Я что, мало внимания тебе уделяю? Или секса тебе не хватает? Дорогих побрякушек, ресторанов, курортов? Да хоть сейчас, только скажи! Но прошу тебя, перестань давить на меня и дальше, иначе…
— Что? — теперь уже я взвилась, от обиды и злости на него растеряв весь страх. — Бросишь меня?
— Нет! — прорычал мужчина, сжав кулаки. — Но если продолжишь в том же духе, я за себя не ручаюсь.
— Прекрасно! Тогда я сама уйду. Надоело.
Откинув одеяло, я потянулась к одежде, и, собрав ее в охапку, направилась к выходу из спальни. Во мне кипели эмоции, я понимала, что совершаю непростительную ошибку, но ничего не могла с собой поделать. Я настолько устала от этого бесконечного ожидания чего-то большего, что готова была всерьез уйти навсегда.
Словно почувствовав мою решимость, Илья потемнел от ярости и преградил мне дорогу.
— Куда это ты собралась? Я тебя не отпускал!
— А ты что, муж, чтобы спрашивать твоего разрешения?! — в сердцах бросила я, не подумав, и тут же замолчала, понимая, что перегнула палку.
Илья тут же отступил, но его взгляд обжигал огнем, и я понимала, что он невероятно зол на меня.
— Что, поди, и замену уже нашла? — выплюнул мужчина, и с ненавистью добавил. — Это Артем, да? Добился он таки своего?
— Прекрати! — со слезами воскликнула я, не понимая, как реагировать на такие заявления. Ведь я хоть и немного, но была перед ним виновата. Пусть между нами с Артемом ничего не было, но я все же позволила сомнениям закрасться в разум. Вот только Илья своими словами отбивал всякое желание мириться с ним. — Да как ты только мог подумать?!
— А что я еще должен думать?! — скривившись, как от боли, Илья отвернулся к окну. — Уходи, раз собралась. Держать не буду. Похоже, нам надо отдохнуть друг от друга какое-то время.
Я замерла, глядя ему в спину, ожидая, что он все-таки остановит меня, или хотя бы скажет что-то. Но он так и продолжил стоять безмолвной статуей.
С тяжелым сердцем я оделась, схватила сумочку и, не оглядываясь, ушла, не зная, вернусь ли теперь сюда когда-нибудь.
Глава 9
Сидя в такси, везущем меня домой, едва сдерживалась, чтобы не расплакаться. Не ожидала я, что все так закончится. Похоже, Илье настолько надоели наши отношения, что он был только рад избавиться от меня. Обида душила, и я не могла думать ни о чем другом.
Ночные улицы проносился мимо, слепя огнями неоновых вывесок и уличных фонарей, а в приоткрытое окно вместе со свежим воздухом врывался шум большого города, в котором жизнь не останавливалась ни на секунду. Я же чувствовала, как внутри меня разливается стужа, вымораживая саму душу. Обхватив себя руками, бесцельно посмотрела в окно.
Как завтра на работу идти, даже не представляю. Сказаться, что ли, больной? Ведь, просто физически не смогу находиться с Ильей рядом, какая уж там работа?
— Эй, дамочка, приехали. Выходить будете или как? — недовольное бурчание водителя вырвало меня из мыслей.
Повернув голову направо, увидела, что мы стоим перед моим подъездом. Интересно, как давно? Что-то совсем увязла в переживаниях.
Расплатившись, вышла из машины и, сделав пару шагов, застыла возле скамейки перед входом в дом. Идти домой не хотелось, и я, вспомнив, что холодильник у меня девственно пуст, решила прогуляться в супермаркет, что находился поблизости, всего в квартале от меня. Может, ночной воздух развеет мою тоску.
Несмотря на позднее время, народа в магазине было предостаточно. Будто все разом решили отужинать, и у них одновременно закончилась еда. Меня эта толпа раздражала, но так я хоть не чувствовала себя одинокой.
Набрав полный пакет, с ужасом представила, как буду переть его до дома, и, наплевав на то, что идти всего пару сотен метров, решила снова вызвать такси. Поставив тяжелую ношу на землю, достала телефон. Но, не успела набрать номер, как сильный удар в бок чуть не сбил с ног, а когда пришла в себя, поняла, что меня обокрали.
Какой-то тип в черной кожаной куртке убегал прочь по улице вместе с моей сумкой. А ведь в ней были паспорт и бумажник!
Растерянно посмотрев на оставшийся в руках телефон, пару секунд раздумывала, не вызвать ли полицию. Но осознав, что такой ерундой они точно не будут заниматься, с молчаливой решительностью рванула следом за грабителем. Кричать смысла не было, только спугну, а помочь все равно никто не поможет.
Бежать в туфлях было ужасно неудобно. Проклиная все на свете, спотыкаясь, я мчалась вперед, жалея, что на мне не кроссовки, и старалась не упустить ворюгу из вида. Тип в черном вдруг притормозил, обернулся на меня, ухмыляясь, и нырнул в ближайшую подворотню, разозлив этим еще сильней. Наверное, от злости у меня разум отключился, иначе не могу объяснить, зачем тоже пошла туда. Но я была в такой ярости, что готова была собственноручно расцарапать ему морду.
Переулок, в котором скрылся мужчина, стиснутый стенами плотно стоящих домов, оказался совершенно не освещенным, и я почти сразу потерялась в темноте, разбавляемой лишь редким светом окон.
Внезапно накатил страх, и до меня дошло, что зря я, наверное, сюда поперлась. А вдруг он не один? Да и с чего я взяла, что смогу с ним справиться, не пойму? Вот же дура!
Черт с ним, с паспортом, восстановлю. Не стоит он такого риска.
Попятившись, я повернулась, чтобы дать отсюда деру, но уткнулась в чью-то широкую грудь.
— Что-то потеряла, цыпа? — услышала я прокуренный, хриплый голос.
Отпрянув, подняла глаза и наткнулась на злой прищур недоброго взгляда. Свет от окна на первом этаже дома за моей спиной падал прямо на незнакомца, и потому я смогла как следует его разглядеть. Передо мной стоял тот самый вор, что украл мою сумочку, и его изъеденное оспинами, искривленное в щербатое ухмылке лицо напугало меня до чертиков. Вот только в руках у него ничего не было, и я поняла, что он успел ее где-то скинуть.
А после я заметила, что за ним стоят еще два таких же
