Ф. Брукнер: Я уже упоминал, что ревизионизм в целом ряде стран запрещен. Сколько, по вашему мнению, существует историков, готовых не только потерять хорошо оплачиваемое место, но и сесть в тюрьму?
Студентка: Но в таких странах, как Америка, Италия или Россия, где ревизионизм не запрещен, университетские историки тоже не ставят реальное существование Холокоста под сомнение.
Ф. Брукнер: Даже в этих странах университетский преподаватель, который проявит ревизионистские взгляды, сразу подвергнется остракизму со стороны СМИ и большей части коллег и студентов, его начнут всячески травить, и он скорее всего потеряет работу. У него не будет никаких шансов защитить свою точку зрения в СМИ, так как они устроили заговор молчания вокруг ревизионизма.
Не забывайте также о том, что такого историка, безусловно, сразу объявят «нацистом». А нацистом никто слыть не хочет, потому что национал-социализм как на Западе, так и на Востоке изображается как абсолютное зло.
Студент: Но кроме Холокоста гитлеровцы совершили много других преступлений! Даже если ревизионисты правы и расхожие представления о Холокосте ложны или, по крайней мере, преувеличены, это еще не означает, что и другие преступления, в которых обвиняют Гитлера и национал-социалистический режим, не имели места.
Ф. Брукнер: Правильно. Если обвиняемый оправдан по главному пункту обвинения, это еще не означает, что он невиновен и по остальным пунктам. Что делает в таких случаях добросовестный судья?
Студент: Он тщательно проверяет вину или невиновность обвиняемого по каждому отдельному пункту.
Ф. Брукнер: Соответственно нужно проверить и каждое из следующих обвинений, выдвигаемых исторической наукой против Германии: развязывание Второй мировой войны, неспровоцированное нападение на СССР, массовое убийство советских военнопленных, истребление гомосексуалистов, геноцид цыган, эвтаназия душевнобольных и т. д. В каждом отдельном случае надо тщательно изучить доказательный материал. Однако главным преступлением Третьего рейха считается Холокост. Историку, который усомнится в газовых камерах и тем самым в систематическом уничтожении евреев, ничуть не поможет то, что он признает Гитлера виновным по всем остальным пунктам — его все равно объявят нацистом.
Студентка: Но есть тысячи научных трудов, которые доказывают реальность Холокоста.
Ф. Брукнер: Если вы прочтете наугад первую пару десятков из этих тысяч книг, то заметите, что все авторы, без рассуждений, за основу берут общую картину Холокоста из нескольких классических работ и лишь в отдельных вопросах добавляют новые результаты исследований или свои тезисы. Иными словами, все авторы книг о Холокосте списывают друг у друга.
Студентка: Историку Холокоста, который занимается отдельными аспектами этого вопроса, не надо долго разбираться в том, были ли газовые камеры и имело ли место уничтожение миллионов людей в концлагерях. Это четко установленные факты, проверка которых не требуется. Все серьезные историки едины в том, что лагеря уничтожения с газовыми камерами существовали и что от пяти до шести миллионов евреев стали жертвами геноцида.
Ф. Брукнер: Очень хорошо. Но, давайте обратимся к статистике. Я хотел бы заранее оговорить, что все без исключения авторы, которых я в дальнейшем буду цитировать, придерживаются официальной версии Холокоста. Ревизионистские источники приводимая статистика не учитывает.
Как вы знаете, согласно официальной истории было шесть лагерей уничтожения, в которых евреев убивали в газовых камерах. Возьмем две классические работы о Холокосте, а именно: «Уничтожение европейских евреев» Рауля Хильберга и «Война против евреев» Люси Давидович. Эти два автора приводят следующие данные о числе евреев, убитых в лагерях уничтожения (или умерших по более или менее естественным причинам, т. е. от болезней и т. д.):
…
Таким образом, Л. Давидович указывает вдвое большее число погибших в лагерях евреев, чем Р. Хильберг: вдвое большее число жертв Освенцима, более чем вдвое большее число жертв Хелмно и в 28 раз большее число еврейских жертв Майданека! И удивляет не только это. Если вы станете искать в обеих книгах источники, из которых взяты приводимые цифры, вы их вообще не обнаружите. Ни один из этих авторов не счел нужным обосновать свои цифры.
Далее Р. Хильберг исходит из того, что общее число жертв Холокоста, т. е. погибших вследствие нацистских преследований евреев, — 5,1 миллиона, а Л. Давидович — 5933 тысячи. Это означает, что, согласно Р. Хильбергу, вне лагерей уничтожения (в трудовых лагерях, в гетто, при эвакуациях, при массовых расстрелах и т. д.) нашли смерть 2,8 миллиона евреев, а по Л. Давидович — всего 530 000, т. е. пятая часть первой цифры.
Разве не очевидны принципиальные несоответствия в этой статистике? На первый взгляд, и Р. Хильберг и Л. Давидович подтверждают официальную картину Холокоста с ее лагерями уничтожения и 5–6 миллионами жертв. Но если присмотреться внимательнее, можно заметить, что компоненты, из которых складывается эта общая картина, у обоих авторов радикально различны. Иными словами, все эти цифры не вызывают доверия. А если здание стоит на шатком фундаменте, оно рискует рано или поздно обвалиться.
Приведем еще два списка статистических данных. В первом случае речь идет об общем числе жертв Освенцима, евреев и неевреев, причем убитые и умершие естественной смертью включены в одну категорию. Здесь ревизионистские авторы также не учитываются.
В этом крупнейшем нацистском лагере умерли:
— 9 миллионов — согласно французскому фильму «Nuit et Brouillard» («Ночь и туман») (1952);
— 8 миллионов — по данным французского Центра расследования военных преступлений [30];
— 5 миллионов (из них свыше 90 % евреев) — согласно парижской газете «Ле Монд» от 20 апреля 1978 г.;
— 4 миллиона — согласно нюрнбергскому документу URSS-008, который основан на докладе советской комиссии от 6 мая 1945 года;
— 3 миллиона только к концу ноября 1943 года — согласно признанию первого коменданта Освенцима Рудольфа Гёсса [31];
— 1,25 миллиона (миллион евреев и 250 000 неевреев) — согласно Р. Хильбергу [32];
— От одного до полутора миллионов — согласно книге, которую французский исследователь Жан-Клод Прессак опубликовал в 1989 году [33];
— 800 000 — данные того же автора на 1993 год [34];
— от 631 000 до 711 000 — данные того же автора на 1994 год [35];
— 511 000 — согласно сведениям главного редактора журнала «Шпигель» Фритьофу Мейеру [36].
Таким образом, решающими вопросами для судей, которые судят ревизионистов, являются: какая из этих цифр очевидна, юридически обязательна и почему? Как далеко можно зайти, не рискуя быть осужденным за «приуменьшение злодеяний», и почему? Наказуемо ли приведение завышенных цифр, потому что это клевета на немецкий народ?
Последние статистические данные касаются числа венгерских евреев, убитых в Освенциме-Бжезинке, согласно разным авторам, в течение двух месяцев, с мая по июль 1944 года. Их было:
— 1 000 000 согласно Бену Хехту [37];
— 409 640 согласно Джорджу Уэллерсу [38];
— 180 000 согласно Раулю Хильбергу [39];
— 41 000 согласно Фритьофу Мейеру [40].
А теперь скажите, дамы и господа, какая из этих цифр очевидна?
Задумайтесь о том, что общее число жертв Холокоста, безусловно, зависит от числа жертв в каждом из названных лагерей уничтожения, включая Освенцим. Вам не кажется странным, что данные о числе жертв Освенцима у отдельных авторов столь сильно расходятся: Бен Хехт насчитывает почти в 50 раз больше убитых в Освенциме венгерских евреев, чем Фритьоф Мейер? Однако все эти авторы в конечном счете сходятся на 5–6 миллионах еврейских жертв?
Студент: Да, против этого аргумента трудно что-то возразить. Однако я уверен, что Холокост все же имел место в реальности. Доказательством этого служат ужасные фотоснимки узников концлагерей, которые после их освобождения обошли весь мир. Или ревизионисты дошли до утверждения, что эти фотографии фальшивы?
Ф. Брукнер: Нет. Эти фотографии подлинные.
Причины массовой гибели людей в концлагерях запада
Ф. Брукнер: Когда англо-американские войска весной 1945 года освобождали один лагерь за другим, их взору представали ужасные сцены. Я приведу отрывок из составленного одним британским офицером доклада об освобождении лагеря Берген-Бельзен в Северной Германии:
«Когда мы шли вдоль главной улицы лагеря, нас с радостью приветствовали заключенные, и мы впервые смогли увидеть собственными глазами, в каком они состоянии. Многие из них выглядели практически как живые скелеты. Мужчины и женщины лежали рядами по обеим сторонам улицы. Другие медленно и бесцельно ползали вокруг с отрешенными, безразличными лицами. Кучами лежали тысячи трупов, многие из них в состоянии сильного разложения» [41].
