– Эй! - один из стражников, помоложе, поднялся и неохотно вышел из-под навеса. - Шантрапа! Две медных монеты!
Иен замер, покосился на Трикса.
– Какие еще монеты? - возмутился Трикс. - Указом Великого герцога берега реки на два шага от воды являются его личной собственностью! И любой честный житель вправе причалить где угодно!
Стражник засмеялся:
– Ученые! Гляди, други, какая нынче мелюзга образованная!
– Порют мало… - лениво отозвались из-под навеса. Стражник посерьезнел.
– Причалить - сколько угодно. Это ты прав, малец. А вот столб причальный - собственность барона Галана. Привязать к нему лодку стоит две монеты в день.
– Но вы можете отпустить лодку по течению бесплатно! - снисходительно добавил его товарищ.
Трикс молча полез в карман и достал серебряную монету. Стражники замолкли.
– Сдачу, - велел Трикс.
– Это… - стражник замялся. - Другой нет? Трикс достал золотой.
Еще трое стражников вышли к лодке. В глазах у них появилась и жадность, и опасение. Мальчишки-оборванцы, которые не боятся достать серебро при стражниках?
А вдруг они имеют на это право?
– Привяжи лодку, да покрепче! - швыряя серебряную монету под ноги стражнику, велел Трикс. - А ты, - он ткнул в первого попавшегося из его товарищей, - проводишь нас к благородному Тору Галану.
Теперь глаза стражников настороженно шарили по ребятам. До незадачливых охранников причала наконец-то дошло, что у Трикса благородный выговор, а одежда хоть и грязная, но из дорогих тканей.
– Просим прощения, - поднимая и протягивая обратно Триксу монету, сказал молодой стражник. Если вначале Триксу показалось, что он в группе на вторых ролях, то теперь стало ясно - напротив, старший караула. - Гостям барона, само собой, платить не надо. А как доложить-то вас?
– Трикс Солье, наследник со-герцога Солье, - отчеканил Трикс. - Со своим верным оруженосцем, Иеном, рыцарем Весла.
Глаза у стражника округлились. Видимо, слухи уже достигли владений Галана.
– Прощенья просим, - повторил он, - ваше со-сиятельство. Будет немедленно доложено. Эй, Хомяк, живо к господину барону!
Пузатый стражник поднялся и затрусил к замку, клацая бронзовым нагрудником летних доспехов. Остальные тоже встали навытяжку.
– Не угодно ли… - молодой стражник замялся, - освежиться? Пиво?
Трикс подумал, что с такими манерами парень в стражниках не засидится, а быстро дорастет до прислужника. И даже посмотрел на необожженный глиняный кувшин, соблазнительно стоящий в теньке под навесом. Но ответил достойно:
– Покуда скорбь о моих благородных родителях еще свежа, я не могу предаваться житейским радостям.
Судя по лицам стражников, слова произвели должное впечатление. Трикс переступил с ноги на ногу и задумался, как бы закрепить эффект. Возможно, поведать о своем героическом бегстве из плена? Но бегство не слишком-то героический поступок. К тому же не слишком ли много чести простым стражникам?
К счастью, замок Галана и впрямь был невелик. Пузатый стражник уже спешил обратно, смешно размахивая руками. Шагов за десять замедлил движение, чтобы отдышаться и торжественно объявил:
– Повелением его светлости, высокородного барона Галана… Хотя Иен и стоял за спиной Трикса, как подобает приличному оруженосцу, но Трикс явственно почувствовал: его новый приятель готовится сигануть обратно в лодку. -…со-сиятельству Триксу и его оруженосцу Иену предложено гостеприимство и отдых в стенах замка!
Выдохнув, стражник добавил:
– Велено вас со всей любезностью препроводить в большую гостевую комнату и умыть с почестями. Барон будет ждать вас к ужину.
Кроме слова «препроводить» Триксу все понравилось. В хрониках и летописях слишком часто «препровождали» в тюрьму или на плаху.
Со всей любезностью, конечно.
Иен бодро прошел от стены с окном до стены с дверью и воскликнул:
– Ха! Восемь шагов! Какая же у них малая гостевая, если это большая?
– Малая - меньше, - разъяснил Трикс. - Это большая, не сомневайся. Мы тут три года назад на вечернюю попойку останавливались, когда к старому князю Дилону ездили.
– И все тут поместились? - удивился Иен.
– Почему - все? На кровати спали отец с матерью, мне на лавке у окна постелили.
Иен с сомнением посмотрел на лавку.
– Я же тогда меньше был, дубина, - сказал Трикс. - А у дверей спал капитан стражи… Вся челядь - в малой гостевой. Ну и прислуга во дворе и на конюшне…
В дверь постучали, но открыли, не дожидаясь разрешения. Вошел крепкий мужик в полинявшей ливрее цветов барона Галана: возвышенное желтое на благородном синем. Перед собой он держал здоровенную деревянную лохань, полную горячей воды. Следом суровая немолодая особа несла два полотенца и ковшик с куском травяного мыла.
Трикс приободрился. Все-таки подобающие почести ему оказывали. Как только слуги вышли, Трикс разделся и бесцеремонно залез в лохань.
– А я? - обиделся Иен.
– Ты сегодня уже купался. Забыл? И вообще, оруженосец всегда моется после своего господина.
Иен засопел, пробормотал, что раз уж он сегодня купался, то ему бы и вымыться первому. И уселся у окна, разглядывая двор замка.
Трикс намылился, с особым удовольствием взбил пену на голове. Подумал, что обливать господина водой - дело оруженосца, но приказывать Иену ничего не стал, а сам взялся за ковшик. Все-таки оруженосец у него пока неопытный, низкого происхождения и потому от природы непочтителен.
Приведя себя в порядок, Трикс вытерся грубым, но чистым полотенцем, оделся. Сказал:
– Можешь помыться, мой верный оруженосец.
Иен нагнулся над лоханью, подозрительно посмотрел на покрытую грязной мыльной пеной воду. Сунул в воду палец, внимательно изучил и вытер о штаны:
– Я, наверное, мыться не буду. Я уже мылся сегодня. А два раза в день - это плохая примета.
– Как хочешь, - Трикс не стал спорить. Это даже хорошо, что оруженосец будет чумазее своего господина. - Когда начнется торжественный ужин в мою честь - встанешь за спиной, понял? Когда я подниму правую руку, подашь салфетку. Когда протяну тебе тарелку - можешь все доесть, прежде чем передать лакею. И не забывай подливать вино, понял?
– Понял, - грустно сказал Иен.
– Ты не бойся, - успокоил его Трикс. - Я съем половину, а остальное отдам тебе. А будешь подливать вино, допивай остатки из бокала. Я скажу, что это знак моей особой милости.
Иен повеселел.
Барон-рыбак совсем не изменился с тех пор, как Трикс с родителями гостил в его замке. Только пузо выросло еще больше, лицо стало багровее, нос покрыла красная сеточка жилок. Галан восседал на позолоченном деревянном троне. Маленькую баронскую корону, золотой ободок с одним-единственным красным камнем, он только что снял и вытирал со лба пот.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
