На мёртвые очи не сыпь песку. Выражение о необходимости почитания умерших (тот же смысл – в известной пословице О мёртвых плохо не говорят). В нём содержится упоминание обрядового посыпания умершего песком (в связи с чем в говорах бытуют разнообразные диалектные выражения типа на глаза песок спустить – похоронить, пойти песок караулить – умереть, дожить до песка – до смерти). Спускание песка на глаза (а глаза понимались как место, с которым связана душа) в древности выступало как ритуальное отделение умершего от мира живых (песок, в свою очередь, воспринимался в традиционной культуре как «неживая», мёртвая земля).
Не наревёшься за столом, дак наревёшься за столбом. Сочетание реветь за столом обозначает плач невесты на девичнике, реветь за столбом – плач тайком в замужестве. Выражение о том, что невеста на девичнике обязательно должна плакать, связано с народным представлением о слезах и плаче как магическом очистительном средстве. Невеста должна была плакать (выть), в том числе выражая не только печаль в связи с прощанием с девичьей жизнью, ожиданием тяжёлого труда после замужества, но и отпугивая (обманывая) нечистую силу.
Не та кобыла, которая в Ирбит ходила, а которая жеребят носила. В выражении упоминается одна из крупнейших ярмарок дореволюционной России, проводившаяся в Ирбите (в Ирбитской слободе на Верхотурском тракте). Подчёркивается значение женщины в продолжении рода.
Своя волька – во штях. Выражение указывает на предписание семейному, вообще живущему в семье подчиняться общим правилам (щи – известный символ совместной жизни и супружества, о чём старая пословица Для щей люди женятся; волька – своеволие, стремление поступать сообразно своим желаниям).
Слово – слову, а шутке – врозь. Выражение о необходимости полагаться на обещания, данное слово, быть в деловых отношениях ответственным и серьёзным (из старого отношения к слову как к «делу», к сказанному как к тому, что не может быть нарушено, откуда известное выражение человек слова).
У бога дён не с решето. Пословица о кратковременности, мимолётности жизни. Образ решета здесь связан со старым представлением о предмете для просеивания как воплощении блага, удачи, чудесного, вообще «многости» (в связи с чем в говорах отмечено выражение цело решето „много, в большом количестве“; отголосок этой идеи сохранён и в широко известной поговорке Чудеса в решете). Древнее крестьянское понимание решета как «дарителя» восходит к общему наделению символикой плодородия предметов, связанных с хлебопечением, вообще пищей. Решето способно было символизировать само языческое божество в его природных функциях (дождевой, солнечной), силу, здоровье, было знаком-символом неба. Память об этом – и в ряде обрядовых манипуляций с ним (перм.: дымом старого решета лечили больного со словами «как вода из решета уходит, так бы из (имярек) болезнь уходила», на юге России известно укладывание только что родившегося в решето – для магического придания ему силы и здоровья). Отрицание не с решето в пословице подчёркивает идею ограниченности человеческой жизни.
2. Объяснение диалектных и устаревших слов
Вéньгать – плакать, жаловаться.
Во́лок – путь (обычно между двумя реками).
Ворошок – небольшой костёр.
Гайну́шка – уменьшительное к гайно, названию беличьего гнезда.
Галу́ха – насмешка.
Гово́ря – речь, манера говорить.
Губка – грибок.
Дикий – взбалмошный, неуравновешенный.
Дильный – дельный.
Живот – животное, скотина.
Запу́ка – суеверие, предрассудок.
Засыпка – подготовленное для помола зерно.
Ка́га – маленький ребёнок, дитя.
Каляка – калека.
Клеч – завёртка, закрутка; палка для крепления, стягивания.
Коты – вид крестьянской кожаной обуви.
Лопоти́на – одежда.
Мо́ршень – головной убор замужней.
Мех – мешок.
Молодушка – молодая жена.
Мухлу́шка – здесь: тайны, секреты.
Накляпаться – наклониться.
Нача́питься – наклониться.
Нужный – нуждающийся.
Ора́ть – пахать.
Отгаркнуться – откликнуться.
Паи́ть – везти, получаться.
Парна́ко – одинаково.
Парнёхонько – одинаково.
Перепéчек – поджаренный в устье печи пирожок.
Плешатый – лысый.
Поветь – сеновал, настил для хранения сена и хозяйственного инвентаря над хлевом в крестьянском дворе.
Подсанки – короткие санки, привязываемые к саням при перевозке громоздких грузов как дополнительные.
Помудрять – осудить.
Приплака – причитание, плач.
Пристись – прийтись, случиться.
Притча – беда.
Редка – ряда, уговор.
Ссать – сосать.
Суровой – грубый.
Сусек – отгороженный отсек в амбаре для ссыпки зерна.
Табанить – пригребать веслом.
Углан – подросток.
Шашмура – головной убор, чепец замужней женщины.
Шти – щи.
Раздел II
Прикамские поговорки
Предисловие
Поговорка – один из малых жанров фольклора. Народная речь немыслима без кратких и красочных выражений, которые употребляются всегда к месту, «к слову» и нередко придают речи весёлый, озорной характер. Поговорки, в отличие от пословиц и других произведений устного народного творчества, не претендуют на объяснительно-философское и дидактическое содержание. Их назначение – делать нашу речь яркой и образной. Чаще всего они применяются для подчёркивания тех или иных особенностей человека, ситуации, содержат эмоциональную оценку события. Как определял В. Даль, поговорка – это «окольное выражение», переносная речь, простое иносказание, обиняк, способ выражения, но без притчи, без суждения, без заключения и применения. Предметом характеристики может быть внешность человека, качества его натуры, состояния, характер, оценка поступков, манеры поведения; поговорка сообщает о непредсказуемости ситуации, её сложности и запутанности. Поговорки создают целую галерею образов – от сатирических характеристик любителей выпивки (бражку пьёт – как верёвку вьёт) до любования милым, родным человеком (одна – да до дна). Здесь и утешение опечаленному (сошлись тучки в одну кучку), и лёгкая ирония над человеческими слабостями и промашками (чудечко на блюдечке, живёт – как лапотцы плетёт), и резкое неприятие бездельников, сумасбродов, зазнаек (утром молодёжь – вечером никого не найдёшь, что хочет – то и ворочат, богат – да чиноват). Поговорки доносят до нас коллективный культурный и познавательный опыт народа, общественные нормы, выработанные нашими предками. В них отразилась и богатейшая фольклорная символика, видны обращения к старинным обрядам и верованиям, сохраняется память о древних суевериях и воззрениях.
Не имея той глубины мысли и оценок, которые свойственны пословице, не заключая в себе логические обобщения, поговорка интересна своим эмоциональным накалом. Много в поговорках остроумной игры словом, любования им и творческого к нему отношения. Каждое из поговорочных выражений – проявление народной языковой эстетики; содержание же их свидетельствует о глубоком психологическом знании человека, о своеобразном воззрении на мир. Обаяние ритма и рифмы этих маленьких жемчужин народного творчества трудно переоценить: они не самоцель, не формальный приём, их задача – вызвать у слушателя ответное чувство. При складывании поговорки приискивается рифма, отшлифовывается и выверяется ритм, и в конечном счёте создаётся живой понятный образ, поданный в художественной форме. На пространстве двух-трёх слов рифма как бы двигает ассоциативную мысль, выявляет свежесть слова, обнаруживает его необычные смысловые грани. Строятся поговорки, как и прочие паремии, на богатейшем материале русской народной речи и, в частности, уральского «говорка». Не надо быть большим специалистом в поэтической технике, чтобы понять колоритность «натуральной», природной рифмы (часто порождаемой такими особенностями пермской речи, как стяжение глагольных форм, чоканье).
