Но потом я кое-как отрешился от боли и смог сотворить «Защиту Илии». А затем ещё несколько раз соорудил её. Однако преподавателю не понравились мои пассы. В какой-то миг он заглянул в мою комнату, несколько секунд понаблюдал за мной и вынес вердикт:
— Студент Полянский, в прошлый раз ваши пассы быть лучше. Старайтесь.
И закрыл дверь. А я устало уселся на стул и стал чесаться, точно припадочный. По моему телу словно огненные муравьи бегали, поскольку в открывшиеся порезы попал солёный пот. Такое себе удовольствие. Благо, что с каждой минутой покоя мне становилось легче.
Тем временем Альваро Мартинес объявил, что тренировка закончена и нам пора валить на следующее занятие. После этого моя группа посетила душевые, переоделась и устало потопала на лекцию по истории магии. А мне пришлось догонять одногруппников, так как я мылся последним, дабы никто не увидел моих травм. Но мне не удалось нагнать их… На пустынной лестнице, ведущей из подвала, я столкнулся с Гретой фон Браун. И кажется, не случайно столкнулся.
Девушка сразу же заулыбалась и как ни в чём не бывало пропела:
— Доброе утро, Вик.
— Здравствуйте, сударыня, — хмуро выдал я, устало облокотившись на резные перила. — Вы хотите со мной поговорить?
— Ой, да я случайно тут оказалась. Но раз уж мы встретились, то можем перекинуться парой словечек, — пропищала дворянка и её щёчки предательски заалели. Врёт, как есть врёт.
— Дык, может, вместе двинемся на лекцию и по пути поговорим? — предложил я.
— Не стоит. Сейчас в коридорах шумно. Мы не услышим другу друга, — торопливо выдала девчонка. Она явно не хотела, чтобы студенты видели нас вместе. — Так как твои дела, Вик? Как учёба? Готовишься к полевой тренировке? Скоро ведь пятница.
— Ну так… — неопределённо промычал я.
— А я вот так волнуюсь, — погрустнела Грета и жалобно глянула на меня большими глазками. — Ты же знаешь, что у меня не очень хорошо получаются пассы. Мне не хватает практики… совсем не хватает.
— Кхем, — кашлянул я, почувствовав, что моё отнюдь не каменное сердце начинает сочувствовать этой актрисе. — И что же вы будете делать, сударыня?
— Может, у тебя появилось свободное времечко? — робко улыбнулась она и стряхнула невидимую пылинку с моего плечами. — Ох, здесь так душно.
Девушка начала активно обмахивать мордашку лапкой, а затем расстегнула верхнюю пуговичку блузы.
Я сглотнул слюну и деланно хмуро выдал
— Ну, ежели вы, сударыня, сильно хотите, то мы можем сегодня вечером провести тренировку.
— Хочу, хочу, — закивала она головой и прижала ручки к небольшой, но крепенькой груди.
— Тогда возьмите с собой что-нибудь перекусить и попить. Тренировка будет долгой, — многозначительно проговорил я и протопал мимо радостно сияющей девчонки.
Кажись, вечерочек у меня будет весьма интересным. Однако и день выдался не из плохих.
После лекции меня разыскал Жан де Бур и под лестницей всучил почти сто крон — половину от того, что мы с ним выручили от продажи контрабанды. Немного, конечно, но всё же лучше, чем ничего. Я поблагодарил парня и отправился в башню. А уже там заглянул в переговорную, взял трубку и попросил телефонистку связать меня с особняком Люпена.
— Ждите, — выхолощено бросила она.
— Благодарю, — вежливо сказал я и замер возле стены с трубкой около уха.
Спустя несколько десятков секунду помехи сменились голосом Владислава:
— Особняк…
— …Да знаю я куда телефонирую, — перебил я педантичного дворецкого. — Добрый день, кликни барона. Передай ему, что это очень срочно. Вероятно, он уделит мне пару минут.
— Здравствуй, Виктор, — проговорил слуга с недовольными нотками. — Его милость в столовой, изволит обедать. Но я передам ему твои слова. Ожидай.
— Спасибо, — проронил я и снова стал ждать у моря погоды.
На сей раз дело затянулось. Мне пришлось около минуты провести наедине со своими мыслями, кои перескакивали с одного на другое. Я успел вспомнить и ночные приключения, и помечтать о грядущем вечере.
Но вскоре мне в ухо влетел голос Люпена и спугнул лишние мысли:
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Приветствую, Виктор. Ты большой молодец, что догадался позвонить. Думаю, мы оба понимаем о чём пойдёт речь. Нападение на маркизу Меццо всё-таки состоялось. И ты проявил себя с лучшей стороны. Прими мою искреннюю благодарность.
— Ваши слова безмерно мне льстят, — произнёс я, пытаясь изъясняться в той же куртуазной манере, что и барон.
— Однако до меня дошли сведения, что ты в академии не всегда ведёшь себя достойно. Не пристало студенту проявлять такой нездоровый интерес к спиртному. Прекращай, Виктор. Не расстраивай своего учителя, — сурово проговорил Люпен.
Похоже, всё-таки сдал меня Фауст. Впрочем, ничего удивительно. Я не удивлюсь, ежели когда-нибудь узнаю, что он и от себя некисло добавил. В его интерпретации перегар легко мог превратиться в шеренгу пустых бутылок и глубокий запой.
Между тем барон продолжил:
— Я надеюсь, что ты прислушаешься к моим словам. Так что давай опустим эту тему и перейдём к маркизе. Старший Меццо оповестил меня о нападении на свою своевольную дочь и заверил, что за всем этим стоят Ройтбурги.
— А чего он её не забрал домой? — спросил я, хмуря брови. — В мешок её и восвояси. Ежели раньше он только предполагал, что его враги могут так поступить, то теперь опасность реальна. Вы бы видели этого медведя. Там половина студентов в штаны наложила.
— Виктор! Что за выражения?
— Простите, ваша милость, — тотчас покаянно выдал я, понимая, что немного перегнул. — Так почему маркиз не забрал её из академии?
— Он пытался. Меццо негодовал и грозился силой вернуть дочь в отцовский дом. А та поклялась, что убежит с первым встречным и выйдет за него замуж, ежели маркиз только попытается забрать её из академии.
— Дык, может, Марка поставить у её двери? Он у нас холостой. Жалко, конечно, его будет, ежели он-то и окажется тем первым встречным, ведь маркиза та ещё… э-э-э… заноза в заднице. Но зато мы породнимся с родом Меццо.
— Виктор, сейчас не время для шуток! — резко изрёк барон. — Тебе придётся и дальше защищать маркизу. Глаз с неё не спускай. Стань её тенью. Ты меня понял?
— Да, ваша светлость, — кисло выдал я и тяжело вздохнул.
— На этом всё, Виктор. Меня ждёт десерт. Желаю тебе и впредь быть надёжным щитом маркизы.
— Такое себе пожелания. До свидания, ваша светлость.
На этом наш телефонный разговор прекратился. Я мрачно повесил трубку и потопал в свою комнату. Меня одолевали не самые весёлые мысли. И когда я добрался до своей берлоги и засел за учебники, мне пришлось практически силой изгонять их. Но я справился с этой нелёгкой задачей и со всем усердием погрузился в учёбу. Завтра практика по бесологии. И чуется мне, Бранд не обойдёт меня своим вниманием. Он будет гонять меня по всему материалу. Вот я и впихивал в свою голову побольше знаний. Да так увлёкся, что чуть не опоздал на ужин.
Благо, меня оторвал от учебников стук в дверь и зычный голос Васьки:
— Вик, ты тут? Пошли на ужин.
— Пошли, — просипел я пересохшим горлом и выскочил из комнаты.
— А чего у тебя глаза такие красные? — удивился крепыш и потопал рядом со мной по коридору.
— Учебники штудировал, — бросил я и потёр уставшие глазные яблоки.
— Точно? — подозрительно сощурился парень. — У нас на судне боцман частенько ходил с такими глазами, а потом он с багром гонял чертей по кубрику. Еле утихомирили его.
— Ой, да иди ты со своими подозрениями, — махнул я рукой и сделал вид, что обиделся. Ишь чего… за нарика меня принимает.
И я специально весь ужин не разговаривал с Васькой, а вот с Пашкой немного поболтал. Ну а потом покинул башню и двинулся к лесу.
Погода нынче стояла шикарная. Небо оказалось чистым, прохладный ветерок трепал волосы, но в пиджаке я себя чувствовал вполне комфортно. Не замерзал. А на поляне в лесу я и вовсе — снял пиджак, повесил на кривой сук и принялся ждать девушку. При этом мой взгляд непроизвольно косился в сторону шалаша.
