Человеческая природа – штука странная. В нескольких сотнях метров отсюда могут находиться самые страшные враги, каких только можно себе представить, однако уже через три минуты после начального импульса пробоя в автобусе раскрыли первую бутылку водки.
К счастью, техник, посланный в магазин, разбил далеко не всё. Более того, при падении он даже не порезался, только вымок в содержимом бутылок. Стаканов не было, но сотрудников Ордена трудности не смущали. Кто-то отрезал дно пластиковой бутылки, другие свинтили колпачки с оптики прожекторов, а у водителя была персональная стальная рюмка, выточенная в ремцехе на токарном станке. Сам он пить не стал, но галантно предложил изысканный сосуд Миле.
Заслышав жизнерадостный плеск, старик открыл выцветшие глаза, в них мелькнул огонёк жизни. Завидев это, Пацифист заявил:
– Надо и дедушке налить.
– А ему разве можно? – усомнился один из техников.
– Хуже ему уже не будет, – констатировал Чепэ. – Эй, Куст, ты водку будешь? Или тебя добить, чтоб не мучался?
Обратившись к широкой аудитории, он пояснил:
– Ему девяносто восемь лет. И всё в строю, никак ветерана в покое не оставят.
Старик издал горловой, клекочущий звук, явно оживившись.
– Понял! – констатировал Пацифист. – Кустик хочет водочки.
В приоткрытую дверь автобуса заглянул один из офицеров неизвестно какой спецслужбы. Слишком много их крутилось по окрестностям, от их внимания не ускользал ни один укромный уголок.
– Дверь закрой! – рявкнул Пацифист. – Не видишь, у людей тут собрание... секретное.
Понимающе кивнув, офицер захлопнул дверь, при этом по салону автобуса покатился какой-то предмет. В темноте никто его не разглядел, а из-за шума невозможно было расслышать шипение. Нервнопаралитический газ действовал мгновенно, в корпусе гранаты была заключена доза, достаточная для убийства сотни человек, – замкнутый мирок салона превратился в душегубку.
Техники и сенсы корчились на полу в предсмертных судорогах, в своём кресле нелепо дёргался Куст. Угасающее сознание старика на миг вспыхнуло с прежней ясностью, и он нанёс последний в своей жизни удар.
Удаляющийся офицер вздрогнул, неловко пошатнулся, но тут же выровнялся и продолжил идти, как ни в чём не бывало. Неподалеку замертво упал спецназовец – тяжелейший инсульт убил его на месте, ещё несколько человек отделались затяжной головной болью. Старик так и не узнал, что убийца, защищённый ментальным щитом, избежал возмездия.
Через минуту последний, самый выносливый техник перестал подавать признаки жизни. Вымерший автобус стоял среди суеты потревоженного человеческого муравейника. На него не обращали внимания, к тому моменту на людей свалились новые проблемы, им не было дела до странной тишины в салоне.
Эпицентр событий в одно мгновение переместился в близстоящую гостиницу.
Лина замерла перед дверью, присела, чуть придавила спусковой крючок. Ей внезапно захотелось очутиться как можно дальше от этого места. Желание было странное – раньше она за собой особой трусости не замечала. Но слишком уж всё неестественно, и удивительно, что Клещ этого не понимает, целиком поддавшись азарту боевой тревоги.
Тем временем здоровяк отошёл к стене, чуть присел, бросился вперёд живым тараном. В тот же миг Лина отчётливо ощутила свежий, нежный аромат, такой бывает после грозы. Поняв, что из-за двери просачивается озон, она вскрикнула, предупреждая руководителя. Но было поздно.
Рыцарь ударил плечом с такой силой, что дверь вынесло из рамы; он так и внёс её в номер на себе. Лина, заметив оранжевые отблески, окончательно убедилась в своём предположении и яростно закричала:
– Все назад! Это жижа!
Заслышав страшное слово, воспитанницы не стали медлить – брызнули во все стороны, удаляясь от гибельного места. В любую секунду по стенам и полам, вообще по всем предметам материального мира пойдёт смертельная дрожь. Живая плоть сможет уцелеть, только если тело зависнет в воздухе. Но человек не птица, он всё равно опустится или вынужден будет за что-то схватиться. Вибрация плёночной саморазворачивающейся контурной ловушки квари, или в просторечии – «жижи», превратит на контакте кости в пыль, а мясо в мельчайший фарш.
Лина сама не поняла, как её внесло в номер. В отличие от остальных воспитанниц она видела жижу – та переливалась оранжевыми всполохами, зависнув в открытой двери ванной комнаты. Ловушка была на грани срабатывания, она лопнет в любое мгновение, спастись невозможно – волна уничтожит всех обитателей гостиницы. Это же понял и Клещ. Присев посреди номера, он с ужасом смотрел, как по оранжевой сфере разбегаются симметричные полоски намечающихся разрывов. Редкое зрелище – немногие могут похвастать тем, что видели его и при этом остались в живых. Даже скафандр не защищал от жижи полностью. Правда, иной раз хладнокровные бойцы спасались, успев выйти из обширной зоны действия страшного оружия на изуродованных обрубках ног. Но это была редкая удача.
Девушка, даже не задумываясь, рванулась вперёд. На ходу сорвала с разгрузки осколочную гранату, выдернула кольцо, небрежно отбросила в сторону жижи. Гладкий цилиндр, пару раз подпрыгнув, ударился о порожек ванной комнаты, замер как раз под расползающейся сферой. Клещ приглушённо выругался, произнеся что-то про триппер, ловко прокатился мимо Лины, схватился за вышибленную дверь, явно намереваясь использовать её вместо щита. В отличие от него, воспитанница не стала себя вести столь наивно. Да, от осколков она, может, и защитит, но вот от сумасшедшей энергии взорванной жижи вряд ли. Оставаться рядом с номером нельзя ни в коем случае.
Лина пулей промчалась через большую комнату, ловко перемахнула через подоконник, в ореоле сверкающих осколков вылетела в окно. На миг ощутила радость – всё, она почти спасена. Но тут же осознала, что шестой этаж не первый, принялась группироваться, стараясь смягчить удар об асфальт. Кто знает, может, ей удастся выжить и не остаться инвалидом?
Но судьба сегодня была на её стороне. Тело девушки ударилось о натянутый провод, идущий к рекламному щиту. Она не стала пренебрегать таким подарком, успела за него ухватиться. В этот момент рядом рвануло с такой силой, что она едва не разжала руки. Запал гранаты догорел до конца, жижа была вскрыта до окончания созревания... со всеми вытекающими последствиями.
Вокруг посыпались обломки мебели и строительных конструкций, что-то ударило по проводу, добив его окончательно. Он ослаб, хватающаяся за него Лина полетела в сторону близкой стены гостиницы, успела стравить около метра, аккуратно вписалась в окно, благо после взрыва стекол в нём больше не было. Прокатившись по полу, она припала на колено, вскинула пистолет-пулемёт; к счастью он не потерялся после всех приключений, так и болтался на плече.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
