Читаем без скачивания По требованию, или Люкс для новобрачных - Джастин Элиот

– Ничуть не сомневаюсь, – отозвался Фил. – Всенепременно дойдет. Что скажешь, Мэдди? Как насчет еще одного тугого члена, когда Дэмиэн свое получит? По-моему, ты согласна.

– Да! – воскликнула Мэдди, распаленная до предела. В этот безудержный момент ей хотелось, чтобы парни менялись местами, пока солнце не сядет или пока ее тело не расплавится – неясно, что случится раньше.

Фил принялся взводить свой пенис, чувствуя, что его очередь близка: недаром Дэмо страстно шептал, а Мэдди неистово трясла головой.

Через пару секунд оба так задрожали и завыли, что могли разбудить весь этаж. Дэмо, шумно пыхтя, продержался еще минуту, потом смачно поцеловал Мэдди в губы и начал стягивать презерватив. Мэдди обессилела лишь чуть-чуть, она была готова к большему и криво улыбнулась Филу. Тот потянул ее к себе.

– Дэмиэн славно потрудился, – сказал он, усадив ее верхом на себя. – А мне лень. Ну, дорогуша, прокати меня!

Мэдди лукаво улыбнулась и, наклонившись, легонько куснула его сосок.

– Мой маленький пони! – шепнула она и обвела свою покрасневшую вагину кончиком его члена.

Когда Мэдди опускалась на него, промежность обожгла горячая стрела боли, но едва уселась, боль прошла. Мэдди с облегчением вздохнула, коленями легонько ударила Фила по бокам, словно настоящего коня, и заерзала вверх-вниз до тех пор, пока не села как полагается. Спина прямая, плечи гордо расправлены; прежде чем пуститься рысью, Мэдди покрутила член Фила и так, и эдак. Когда поскакали легким галопом, Мэдди уже забыла о существовании Дэмиэна: она уперлась в плечи Фила, а тот мял ей ягодицы. Цель близка… еще немного, чуть быстрее, и она ее достигнет. Мэдди гнала дальше. Они с Филом вышли на финишную прямую и обливались потом. Стертая вагина болела все сильнее, но нарастающий внутри жар сглаживал боль. Она отымеет Фила целиком и полностью, все соки из него выжмет! Мэдди наклонила голову и понеслась к финишу. Фил добрался до черты вместе с ней и, упиваясь победой, полетел в пропасть. Вместе с их дикими криками раздался непонятный щелчок. Сверкнула вспышка. Выжатая как лимон Мэдди подняла затуманенные глаза: снимок сделал Дэмиэн.

– Я понял, как работает камера! – торжествующе заявил он.

В памяти Мэдди последние два дня конференции слились воедино. Она запомнила жар, пот, темные волосы, золотистые волосы, четыре руки на ее теле, два бьющихся в ней члена. Слишком фантастично, чтобы быть реальностью… однако фотографии подтверждали обратное.

Управляющий № 1

За четыре года он посмотрел на меня раз пять, в смысле, посмотрел по-настоящему. Шансов завладеть его вниманием не больше, чем поймать бабочку в мороз. Поэтому оно на вес золота: как угадать, что притянет его взор? Не работают ни короткие юбки, ни высокие каблуки, ни прочие замахи на сексапильность. Сколько раз я надувала подкрашенные блеском губки, сколько раз хлопала длиннющими ресницами, сколько раз наклонялась так, чтобы поаппетитнее сверкнуть декольте – в ответ лишь вежливое безразличие.

В первый год службы в отеле я пыталась завлечь его своим телом, стройным и подтянутым благодаря бесплатным занятиям в фитнес-центре, который у нас на подвальном этаже. Свежеприобретенные формы я при любой возможности с удовольствием выставляла напоказ.

Чувство к Кристоферу Чейзу, он же мистер Чейз, он же сэр, вспыхнуло очень быстро, а три месяца спустя по-прежнему не давало мне дышать. Я не могла провести в кабинете Чейза дольше минуты, не подумав о том, какой большой у него стол, как удобно будет на него лечь. У стола и высота идеальная, если захочу встать раком. Как умно! Чейз специально выбрал этот стол? Или заказывал по своим габаритам? Подобные мысли нередко прерывал его голос:

– Софи, ты не забыла, кого мы ждем после обеда? Эмира Саудовской Аравии и номинантку на «Оскар». Ты все подготовила?

– Да, сэр. Все подготовлено. Обработано…

«Вот бы ты меня обработал, – думала я, – своими тонкими белыми руками». Я грезила, пока Чейз не отпускал меня, недовольно поджав губы.

Вскоре безумная влюбленность начала мешать моим внеурочным развлечениям в баре. Бывало, потчую я порносказкой очередного фигуранта в костюме, и тут мимо проходит Чейз. Сказка начисто вылетает из головы, я круглыми глазами смотрю вслед управляющему, а сердце стучит, как после длинного кросса.

– Давай дальше! Что ты обещала? Лизать мне яйца, пока не станут тугими-тугими… А потом что?

– Э-э, не помню, – блеяла я. – Из головы вылетело. Лучше закажи мне еще один коктейль.

Потом я либо шла домой, чтобы грезить о Чейзе с помощью различных устройств на батарейках, либо, если считала Костюм Дня привлекательным, вела его наверх и использовала как дублера. Бедняги не ведали, что губы Чейза целовали меня в шею, пальцы Чейза залезали под трусики, пенис Чейза заставлял биться об изголовье кровати. Зато их очень забавляли мои восторженные крики: «Да, сэр!», «Пожалуйста, сэр!». По-моему, хорошее подспорье для будущих фантазий, я не слишком себя виню.

Дресс-кодом я пренебрегала все чаще и чаще. Чем стройнее становилось тело, тем короче были юбки и выше каблуки, пока однажды я не склонилась над администраторской стойкой в полоске черной ткани шириной с шарф.

– По-твоему, так надлежит одеваться администратору отеля? Прикройся немедленно! – велел прошедший мимо Чейз.

Очень обидно! Хотя, если подумать, надежда есть. Чейз заметил меня, верно? Даже внимание со знаком минус лучше, чем никакое. Может, если снова надеть «шарф», Чейз вызовет меня для устного предупреждения? Эх, предупредила бы я его устно… Впрочем, игра не стоила свеч. Безнаказанно приказы Чейза не нарушал никто. Уже на вторую неделю пребывания в должности он устроил на кухне кровавую чистку – уволил почти весь персонал. Поэтому я взялась за ум – выбросила все проститутские наряды и решила покорить Чейза хорошим вкусом. Только он был все так же сексапильно недоступен, и я составила рождественский суперплан.

Я вызвалась работать на Рождество: во-первых, тройная оплата, во-вторых, не люблю индейку, а в-главных, Чейз устраивал вечеринку для тех, кто хорошо проработает все праздники. Вечеринка интересовала меня сразу с нескольких сторон – и как очередное доказательство того, что Чейз не женат (вдобавок к отсутствию обручалки и фотографий на столе), и как первая возможность пообщаться с ним в неформальной обстановке, и даже как призрачный шанс затащить его под омелу и потискаться в честь Рождества.

В одиннадцать часов, целый день пронаблюдав за весельчаками в бумажных шляпах (сама я тосковала за стойкой), я затолкала свои цацки в сумку и отправилась на свидание с огромным зеркалом в туалете для персонала. Стараниями Сьюз, парикмахера нашего отеля, мои волосы выглядели отлично, а вот остальное следовало освежить. В безжалостном сиянии ламп просматривался каждый прыщик, каждая расширенная пора. Глаза усталые, юбка мятая… Легкая правка тут не спасет – мне требовалось настоящее перерождение, иначе не стать гусенице бабочкой.

Прыщики замазаны, брови выщипаны, волосы сбрызнуты лаком, синие круги под глазами замаскированы, ресницы и губы подкрашены, скулы выделены хайлайтером – оставалось подготовить секретное орудие, самое мощное в сегодняшнем арсенале обольщения. Я сняла лодочки, чулки телесного цвета, скромную бежевую юбку и кремовый свитер из ангоры. Теперь я стояла в «боевой» раскраске, трусиках и лифчике.

Я глянула на дверь. Вряд ли кто зайдет в этот туалет: он в подвальном этаже, поэтому неудобен и для кухонных работников, и для горничных. Беспокоиться не о чем.

Скинув бюстгальтер телесного цвета, я восторженно оглядела подтянутую четырьмя месяцами тренировок грудь. Потом распахнула объятия и плотоядно уставилась на свое отражение, представляя себя голодным мужчиной, впервые увидавшим такое чудо. Неудивительно, что они слетаются как мухи на мед. Разве перед такой красотой устоишь?

Я усмехнулась и стянула трусики. Вот… Сегодня никакого белья. Ничто не испортит силуэт моего нового платья. Теперь ароматизированное молочко для тела. Я щедро нанесла его на плечи, ключицы, грудь, потом ниже – на живот и бедра, потом на ноги и особенно жирно – на попу. Помог бы кто-нибудь спину намазать!.. Сейчас нужны хищники-мужчины, и где они? Намазав молочком все части тела, до которых смогла дотянуться, и подождав, когда впитается, я вытащила из сумки пудреницу с пуховкой и аккуратно припудрилась от колен до самого подбородка, и спереди, и сзади, где получилось. Хотелось, чтобы платье село легко и естественно. Хотелось выглядеть безупречно.

Я бросила последний взгляд на свою припудренную раскрашенную наготу, для пущей уверенности приняла несколько эффектных поз, потом выпустила из сумки блестящий, змеисто-переливчатый комок. Стоило расправить его, и свет преобразился: дивный ультрафиолетовый оттенок впитывал безжалостную резкость и становился сочнее. Если на Чейза это не подействует, значит, проблема куда сложнее, чем я ожидала.