Читаем без скачивания Журнал «Если» 2010 №12 - Журнал «Если»

Индира помедлила, прежде чем ответить.

— Мне кажется, вы могли бы подобрать более соответствующее ситуации слово. Например, «реалист». Оно гораздо точнее передает положение. На пути бульдозера с голыми руками не станешь.

Генеральный секретарь искренне улыбнулся и расхохотался.

— Я сказала что-то смешное? — удивилась Индира.

— Я всегда могу положиться на вас, вайакина, в поисках нужного ответа! Никакие они не акридиане! Это же вогоны! Посол Гейтс напомнила мне про них несколько дней назад. Вы читали о них?

— Вогоны? Из Дугласа Адамса? И какое отношение они имеют к бульдозерам? — Она скривилась. — Стыдитесь. Бедный мистер Гендиг стал перед их бульдозером, и что получилось?

— Да благословит Бог память о Викторе Гендиге. Однако вы только что напомнили мне о некоей шалости, в которой я участвовал в молодые годы. Мы сумели задержать начало строительства до завершения экологической экспертизы. Мы предотвратили строительство плотины не столь далеко отсюда. Моя же роль заключалась в вождении бульдозера, так сказать, встречным курсом! Строительная фирма квалифицировала наши действия как экотерроризм, однако мы посчитали, что всего лишь обратили оружие нашего противника против него самого. Должно быть, мне придется вспомнить, что существует куда лучший способ борьбы с бульдозером, чем просто встать на его пути.

Доктор Эндрю Говард аккуратно поставил веретенообразную модель на полированную поверхность стола. Сложная конструкция восхитила Туекакаса.

— Так это и есть прямоточный двигатель Бассарда? Слишком изящное изделие для убийцы звезды.

Доктор Говард распрямился и улыбнулся. Он казался взволнованным и озабоченным, но в то же мгновение и очень гордым.

— Ну, эту модель я создал несколько лет назад. Это не убийца звезды. Вы правы: звездный аппарат ахирдиан наверняка был более массивным. Наши горняки, занимающиеся разработкой комет, сумели сделать несколько снимков этой машины, и мы изготавливаем ее модель, однако главные компоненты удивительно похожи. Но вот эта модель представляет собой обыкновенный звездолет.

Туекакас пригнулся к столу, изучая конструкцию задней части аппарата.

— Мне понравилась непринужденность, с которой вы произнесли эти слова: «обыкновенный звездолет».

Доктор Говард усмехнулся.

— Думается мне, что ни один корабль, который способен «преследовать свет», нельзя называть обыкновенным. Даже мою конструкцию всегда можно использовать в качестве опасного оружия. А снаряд ахирдиан располагал тремя разнесенными узкими конусами, расположенными впереди моей модели. Это экраны, защищающие от микрометеоритов. Теперь расположим три массивные металлические болванки у этой мачты вместо грузового и пассажирского отсеков в моей конструкции — вот здесь. Это основные блоки пенетратора… головка тарана. А вот эти кольца представляют собой простые, но очень мощные соленоиды. Радиальные выступы служат электростатическими антеннами. Позади соленоидов находится электромагнитный компрессор, создающий условия для начала реакции. Расположенное позади жало, или игла, исполняет функцию, аналогичную соплу ракетного двигателя, или более точно — хвостовому конусу клиновоздушного[6] двигателя.

Туекакас кивнул.

— Итак, вы уже знали, как построить такой корабль?

— Приблизительно, — проговорил доктор Говард. — Мы имели представление о том, как делать коллектор. И были уверены, что преодолели старинные возражения относительно сопротивления среды. У нас уже существовало несколько идей о том, как запустить реакцию: двойной цикл катализа CNO, мюоны, быть может, даже реакция собранного коллектором водорода с припасенной антиматерией. Однако доказательств не было. Мы не знали наверняка, сможет ли работать подобного рода устройство. Водород трудно использовать в качестве топлива в реакции синтеза. Мы, конечно, представляли, что это в принципе возможно, однако не имели ни серьезного стимула, ни финансирования для подобной работы. А инопланетяне доказали нам работоспособность идеи.

— Словом, теперь вы все понимаете?

Доктор Говард развел руками, выражая сомнение.

— Скажем так, у нас есть несколько хороших идей, и теперь мы абсолютно уверены в том, что способ реализации всей схемы существует. На корабле ахирдиан использовалось магнитное поле чудовищной интенсивности. Мы не уверены, что знаем, зачем оно им понадобилось, и еще менее нам известно то, как они создавали такое поле. Оно превосходит характеристики наших лучших сверхпроводящих магнитов на порядки. Однако взрыв дейтерия разрушил магниты, спровоцировав вторичный взрыв. Мы зафиксировали точные спектральные характеристики и знаем теперь, из чего были изготовлены эти магниты.

Туекакас подошел к противоположной стороне стола, изучая модель.

— И в чем вы нуждаетесь, чтобы мы могли построить такой корабль?

Доктор Говард просиял:

— В деньгах. В ресурсах. В приоритетном обеспечении. Нам необходим Манхэттенский проект.

— Я как раз думал об этом…

Доктор Говард открыл свой кейс и торопливо извлек из него переплетенный документ.

— Необходимо приступить к очень серьезному проведению ряда фундаментальных исследований. Мы должны выяснить, как и почему они делали такие магниты. Нам необходимо понять, пользовались ли они в своем приводе какой-нибудь экзотикой, вроде магнитных монополей, или научились преобразовывать материю в антиматерию. Пользовались ли они катализом, как рекуперировали катализатор? Или, быть может, запитывались темной материей, нейтралино… в конце концов, их много больше, чем водорода, и они способны аннигилировать. Возможно, темная материя способна реагировать с полем такой силы. — Он вложил документ в руки Генерального секретаря. — Вот наша оценка необходимых людских и материальных ресурсов.

Раскрыв папку, Туекакас сразу углубился в список организационных мер. Пролистав несколько страниц, он добрался до той, на которой была изображена схема предлагаемого оружия.

— Да-да, отлично… А скажите мне, доктор Говард, сколько времени, по вашему мнению, уйдет на его разработку?

Бравое выражение лица физика сменилось озабоченностью.

— Трудно сказать, учитывая общую неопределенность в ресурсах. Манхэттенский проект располагал неограниченными возможностями.

— Манхэттенский проект опирался на часть ресурсов всего одной страны, — поправил его Туекакас, — выделенной из внушительного военного бюджета. Кроме того, первые атомные бомбы были изготовлены уже через несколько лет после начала работ. Однако американцы не испытывали такого возмущения державами Оси, как мы этими… ахирдианами.

Доктор Говард сконфуженно кивнул.

— Многие работы они производили параллельно. Два различных метода обогащения, в том числе крупная программа по гидроэнергетике для обеспечения работ. Программа по реакторам-бридерам, программа работ над проектированием компонентов. У нас также должны идти параллельные программы. И возможно, нам придется начать строительство космической верфи для этого аппарата еще до того, как появится окончательная ясность с проектом.

— Тем не менее я полагаю, — проговорил Туекакас, — что на весь проект уйдет больше времени, чем на создание атомной бомбы. В конце концов, это же звездный корабль! Итак, лет десять? Или больше?

— По меньшей мере, десятилетие. А может быть, и два. Признаюсь, мне и самому хотелось бы закончить работы быстрее. Мы должны ответить им раньше, чем они смогут нанести новый удар.

— Если они запустят новый снаряд сразу после того, как узнают о промахе первого, у нас все еще останется достаточно времени на ответный удар, — ответил Туекакас. — Однако я не заметил в вашем проекте никаких оборонительных мер. Немыслимо полагаться на одну лишь удачу в таком вопросе.

— Ну, конечно, — согласился физик. — Есть предложение создать флот достаточно крупных буксиров, способных перемещать малые планеты в направлении возможной атаки, а также флот робокораблей, позволяющих выпускать дейтериевые облака на значительно более далеком от Солнца расстоянии, чем удалось нам на этот раз. Кроме того, мы намереваемся разработать стратегию преодоления их обороны путем множественного одновременного удара и ложных целей. — Доктор Говард помедлил, набираясь храбрости. — Гм, если вас не заденет этот вопрос, сэр… насколько я понимаю, вы были против этого проекта. Вы изменили свое мнение? То есть я хочу напомнить о том, насколько беспомощными мы ощущали себя перед тем, как снаряд ушел в сторону. Нам необходимо что-то предпринять. И я обязан участвовать в создании нужных средств защиты.

— Вполне понимаю ваши чувства.

— В самом деле? Эти ахирдиане едва не уничтожили весь род людской! Мы не можем оставить такое нападение без внимания. Мы должны обрушить на них свою кару! Итак, вы теперь совсем наш? Отлично!