Сердито сводит брови вместе, и рывком поднимает на ноги, а в следующее мгновение тащит к машине. Оглядываюсь на священника, который стоит на крыльце жуткого дома.
— Я буду молиться за тебя, дитя.
Глава 10. Лекция от оборотня
Чад за рулем, а Крис сидит рядом со мной и молчит. С подозрением поглядываю на него и жду, когда он попросит его порадовать, а у меня после истерики у деревянной и покосившейся хибары иссякли все силы. Одно желание — заснуть и не проснуться.
— Год и ты вернешься к обычной жизни, — говорит Крис, заметив мой беглый и загнанный взгляд. — Ты не первая и не последняя из Бесправниц. С другими просто было возни меньше.
Вот это новость. Я одна из многих. Скольких девиц эти два мерзавца похитили? И в чем прелесть лишать девушек свободы? Это какой-то особый фетиш у оборотней или у них не принято сначала ухаживать за объектом интереса, чтобы потом соблазнить на близость? Да, господи! Через приложение для знакомств можно найти партнера на одну ночь без обязательств и лишних телодвижений, а тут устроили столько возни и ради потрахушек!
— У нас есть потребность в женщинах, — продолжает Крис. — Каждому из нас суждено встретить Нареченную, а случайные связи с волчицами могут окончиться рождением волчат. А это приведет к созданию семьи, в которой никто не будет счастлив. Особенно если после принесенной клятвы судьба столкнет с истинной парой.
Ничего не хочу знать о жизни волколаках. И мне дела нет до истинных пар, Нареченных и мохнатых бастардов. Это не мои проблемы, и я хочу вернуться к обычной человеческой жизни без волчьих сложностей и сексуального рабства.
— Смертные женщины удовлетворяют желания нашего зверя. Видишь ли, если у Альфы не будет возможности сбросить напряжение, то это может привести к конфузам. Если мы изъявим волю отыметь чужую жену, дочь или сестру, то мало кто выступит против, но в перспективе это может грозить недовольством целых стай.
Очень увлекательная лекция, от которой меня мутит. Помоги себе кулаком или купи резиновую куклу, а живой человек — не игрушка. Или, вон, к другу своему обратись за помощью и люите друг друга крепкой мужской люовью. Чего вы к женщинам пристали?
— Ты покинешь лес без воспоминаний, поэтому не драматизируй ситуацию.
— Почему я? — задаю логичный вопрос.
— А почему нет? — Крис холодно смотрит на меня. — И еще, мы никого не похищаем. С тобой вышла небольшая накладка, но что случилось, то случилось.
— Как у тебя все просто.
— Ты сама хотела уйти с нами.
— Я была не в себе.
— Поцелуй меня.
С восторженной радостью обнимаю Криса за шею, прижавшись к нему всем телом, и сладко целую. Через несколько секунд, удивленно отпрянув, всматриваюсь в равнодушное лицо. В следующее мгновение он наваливается на меня, ловко запрокинув мою ногу на плечо, и шепчет в губы:
— Ты идеальна для роли Бесправницы. Ты из тех сучек, кто жаждет подчинения. Одного взгляда хватило, чтобы понять, кто ты есть.
Задирает юбку и затыкает мой рот грубым поцелуем, сминая ластовицу трусиков. С громким и томным выдохом покусываю его нижнюю губу, требуя поторопиться. Меня вновь трясет от темного желания, что ядом отравило кровь и мысли.
Вспыхивает огонек едкого возмущения, но Крис стирает его грубым и резким толчком. Упираюсь слабой и дрожащей рукой в водительское кресло, сопровождая несдержанные рывки Криса сдавленными стонами. Затылок бьется о дверцу, вторя неистовым фрикциям, но я не чувствую боли, все мои ощущения сосредоточены на горячем поршне из плоти внутри меня.
В порыве страсти Крис проводит языком от подбородка по щеке к виску, а затем покрывает шею влажными поцелуями, от которых меня пробивают заряды мягких судорог. Кусает резцами за мочку, несдержанно вдавливая в меня в сидение. Машина наезжает на кочку и от встряски по телу волнами проходит острое удовольствие, что срастается с рыком и судорогами Криса.
Отпрянув, откидывается и небрежно укладывает мои ноги на колени. С прерывистым и хриплым дыханием поправляю трусики и одергиваю юбку. мысли мечутся в голове жужжащими мухами. Неужели высокомерный подлец прав: я шлюха, которая только и мечтала о том, как по приказу раздвигать ноги? Где моя гордость?
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Прелесть, как визжит, — беззаботно хохотнув, резюмирует Чад.
— Аж в ушах закладывает.
Скидываю ноги с колен Криса и сажусь. Мало ему воспользоваться мной, так еще норовит унизить. Смотрю в окно и испуганно охаю. Происходит нечто невероятное: сосны, ели и кусты, тонущие в густом тумане, расступаются перед машиной, открывая две колеи грунтовой дороги.
Оглядываюсь. Позади — плотная стена леса. Я будто попала в мистический фильм ужасов, в котором реальность переплетена с иным миром. Миром кровожадных чудовищ. Сердце учащает бег, меня прошибает холодный пот, и из меня вот-вот вылетит очередной вопль.
— Клянусь Луной, если ты сейчас закричишь, я тебе в рот кляп засуну, — Крис утомленно прикрывает веки и приподнимает брови. — Не смей.
Мой рот открывается, и я сама глохну от своего крика. Я не властна над телом, эмоциями и ужасом, от которого вибрируют легкие. Крис вытаскивает из кармана зеленую сосновую шишку, заворачивает в платок и заталкивает мне в рот. Прижимает ладонь к губам и зло встряхивает:
— Хватит!
Бью его, со слезами отталкиваю, и он с рыком ломит мои руки за спину и ловко стягивает запястья ремнем. Чад посматривает в окно заднего вида и покачивает головой. Он очень мной разочарован.
— Любишь игры пожестче? — Крис скалит на меня ровные белые зубы. — Я могу тебе их устроить.
Всхлипываю и отрицательно мычу. Куда уж жестче-то? Кляп из сосновой шишки и шелкового платка горчит, и я отклоняю голову назад, чтобы врезать по носу Криса, но тот предугадывает мои намерение и крепкой ладонью давит на лоб, пресекая агрессию.
— Ты должна быть ласковой и покорной, — он улыбается и закусывает губу, — хотя меня и дерзость тоже заводит.
В любом случае я в проигрыше, что бы я ни делала. Машина с тихим урчанием выныривает из леса, и я медленно вдыхаю воздух, полный терпкого запах пота, чтобы унять холодную дрожь. Я попала в жуткую сказку.
Глава 11. Буду звать тебя Ласточкой!
Я всего ожидала, но не того, что машина внезапно вынырнет к зловещему замку из серого камня на утесе: четыре этажа, две башни с острыми шпилями, высокая пирамидальная крыша из почерневшей от времени черепицей, узкие арочные окна. Я аж от удивления громко всхлипываю.
Машина шуршит колесами по мощеной дороге к логову оборотней, и я понимаю, что точно влипла. Мало того что меня похитили чудовища, так еще и живут они, как по закону страшных сказок, в мрачной и жуткой усадьбе в глуши. Честно, лучше бы они меня заперли в старой и кривой хибаре без окон.
Подъезжаем к массивным и высоким воротам, которые медленно и бесшумно открываются. Перевожу взгляд на Криса и тихо мычу. Может, сейчас у кого-нибудь из оборотней взыграет совесть, и они поймут, что мне тут не место? У нас случилась отличная и увеселительная поездка, но пора бы и честь знать.
— Наконец-то, ты утихла, — отзывается Крис.
Машина въезжает в открытые ворота, и я в молчаливом отчаянии вздыхаю. Главное — мыслить позитивно: я еще жива и цела, пусть чуток и тронулась умом. Подумаешь, приехала в гости к оборотням. Посижу с ними в лесу годик и вернусь домой. К тому же, я давно планировала уйти в отпуск и уехать в тихое местечко, где бы отдохнула от суеты.
В общем, бойтесь своих желаний, ведь они имеют свойство сбываться и удивлять тем, какую уродливую форму они могут принять воплотившись в жизнь. И не стоило мне однажды шутить, что от работы меня избавит либо смерть, либо катаклизм, либо похищение.
— Выходи, — Крис выволакивает меня на улицу, а я в угрюмом безмолвии сопротивляюсь его сильным рукам. — Да что будешь с тобой делать!
Вырываюсь, мотаю головой и в ярости мычу. Сволочи! Я тут не останусь и не буду вашей Бесправницей, которая по приказу работает ртом и раздвигает ноги.
