Обучение без подключения творческого начала человека — это дрессировка. Отличники-зубрилы со всеми своими золотыми медалями и красными дипломами по сути своей всего лишь смышленые дрессированные зверьки. Оттого-то и проистекают 4 % загрузки мыслительных способностей — они учатся не мыслить самостоятельно, не творить, а всего лишь действовать по шаблону.
Я взял образование как простейший пример апгрейда. Полагаю, что различных психотехник это касается абсолютно в той же мере. Гуру всех видов и мастей постоянно осчастливливают мир все новыми и все более «абсолютными» методами просветления. Однако время показывает, что все методики «расширения сознания» и получения сверхспособностей (кроме заведомо шарлатанских, которые, кстати, составляют примерно 99,99 % от общего числа) работают примерно с одинаковой эффективностью. Результатов добивается не тот, кто слепо следует за своим пророком и его методикой, а тот, кто, со временем отвергая любимого гуру и его теории «из сердца своего», следует через жизненную практику. Да и результаты эти нормальной логике обычно не поддаются — человек не компьютер, чтобы его можно было совершенствовать, механически прицепляя к нему новые блоки и устройства. Впрочем, разговор о результатах так называемых эзотерических практик — тема совершенно иная.
Да, человек потенциально «божествен», но не надо думать, что вот появится какой-нибудь гуру и даст всем методику мгновенного, легкого и для всех подходящего достижения сверсиддх, одарит всех поголовно гениальностью. Но сиддхи — целенаправленный, методичный труд, помноженный на творчество. Одним трудом их не добьешься, но и одного лишь творческого подхода также недостаточно. Только союз этих двух начал дает истинные сиддхи — те, которые не будут разрушать личность. И гениальность — одна из таких истинных сиддх, сверхспособность, которая рождается из труда и творчества.
О «Братстве». Да, красивая идея. Однако уж больно этот путь напоминает китайские тайные общества периода подготовки к Боксерскому восстанию. Особенно учитывая общую сходность ситуаций в Китае конца 19-го века и России начала 21-го. Впрочем, авторы и сами несколько раз ссылаются на опыт «Триады». Сходство предлагаемой авторами концепции «Братства» с китайскими тайными обществами усиливается тем фактом, что обе упомянутые структуры ориентированы (точнее, одна была ориентирована в прошлом, другая собирается ориентироваться в будущем) на полумистические психотехники. Китайский опыт оказался неудачен. Восстание было подавлено, а уцелевшие общества выродились в мафиозные организации. Вообще, опасность подобного исхода не исключается со временем ни для какого тайного общества.
Однако дело не в этом. Дело в том, что наши люди совсем не таковы, как китайцы прошлого века. Они морально несостоятельны для повторения подвигов, которые делали китайцы, они вообще не готовы объединяться и делать что-либо реальное. Все попытки столь «механически» объединить наших людей, как ни жаль, но, скорее всего, выльются лишь в бессмысленную говорильню в болоте Интернета.
Это не значит, что нельзя выделить из массы определенные группы, на которые можно было бы опереться, как на ту «точку опоры» Архимеда. Это значит, что таких групп у нас будет гораздо меньше, чем в том же Китае. К сожалению… Прямолинейная стратегия «бунта» в наших условиях оказывается невозможна.
Вот что пишут авторы по поводу перспектив своей программы:
«Возникнет русское психополе, которое подавит волю многих „элит“, и они склонят свою голову перед нами в покорности, не пытаясь сопротивляться. Словом, произойдет что-то похожее на то, когда невеликий с виду паренек, столкнувшись со стаей городской шпаны, эффектно вырубит ее здоровенного главаря — и тогда банда распадется, и многие ее члены тут же признают в пареньке нового вожака. И хотя старый главарь останется жив в физическом смысле, в психическом он окажется трупом».
План хорош, но малореален. Вероятность события, описанного в примере, невелика — скорее уж «фулюганы» наваляют пареньку. Если победа «Братства» представляет собой столь же вероятное событие, то перспективы не ахти. Да и становиться «новым главарем банды» тоже, знаете ли, цель не из самых благородных.
О «закрывающих» технологиях.
Вот что авторы рассматриваемой книги пишут о «научных» разработках, на которые возлагают столько надежд:
«А если нет никакой надежды „сделать в России Запад“, то остается один путь: путь молнии, стратегия чуда. Ни к чему повторять прежний мир — лучше создать мир совершенно новый».
Что ж, «мир совершенно новый» — это здорово. Однако с чем я еще не согласен, так это с надеждами авторов на неких добрых спонсоров, на сознательных капиталистов, на деньги «новых русских», которыми те в добровольно-принудительном порядке поделятся с реформаторами. На мой взгляд, пользоваться рыночными механизмами для достижения целей, лежащих вне рыночных (или, если угодно, демократических) ценностей, представляется делом бессмысленным. Деньги и новый мир не очень-то сочетаются (об этом я попытаюсь сказать далее).
Но вернемся к технологиям:
«Чудесные технологии — вот наше спасение».
Авторы приводят в своей книге ряд примеров таких «чудесных технологий», о которых по большей части трудно что-либо сказать без дополнительного ознакомления с каждым конкретным случаем. Однако многие изложенные ими идеи выглядят достаточно сомнительными, да и вот что они сами пишут о тех людях, на научную работу которых возлагают основные надежды:
«Носителей этих знаний и технологий, этих изобретателей и ученых обычно принимают за сумасшедших. Они слишком экзальтированны и чудаковаты. Мир конформистов и „таких-как-все“ их отвергает. Но это и неудивительно: чтобы создать новую физику или изобрести нечто потрясающее, нужно быть немного сумасшедшим и фанатичным. Нужно научиться работать с этими безумцами — и тогда наши усилия окупятся с лихвой».
Из некоторых мест книги может сложиться впечатление, что авторы собираются рекрутировать спасителей России из лечебниц.
Впрочем, я во многом согласен с ними в том, что наше государство следует крайне опасной линии отказа от развития науки и новых технологий. Согласен с тем, что новое общество обязательно должно быть ориентировано на науку. В предыдущей главе я уже говорил на эту тему, и нет смысла повторяться о том, что в наше время только научно-технологическое развитие способно обеспечить обществу нормальное состояние.
Создавать новые «источники жизни» всегда было для общества делом менее привычным, нежели делить уже существующие. История показывает, что для людей более естественно проламывать друг другу черепа в борьбе за ресурсы, чем совместно искать выход из кризиса. Однако мир уже подошел к такому своему состоянию, когда общество не может позволить себе тратить силы на вражду, иначе их не хватит на отыскание необходимых «источников жизни» и тогда может случиться обвал, когда цивилизация потеряет стабильность и погибнет.
Однако есть разница в моем и авторов книги понимании путей достижения такого состояния, когда новые технологии смогут в необходимых количествах рождаться и реализовываться, также как есть разница в оценке ценности подобных уже имеющихся разработок и идей. Авторы порой становятся едва ли не на позиции отрицания современной науки, утверждая, что научные структуры закостенели и мешают прогрессу и внедрению в жизнь нового. Здесь им можно возразить, что большая часть этого нового и «революционного», скорее всего, окажется шарлатанством или самообманом «экзальтированных и чудаковатых» горе-изобретателей.
На мой взгляд, авторы, являясь типичными гуманитариями, проявляют вполне предсказуемые для гуманитариев представления и заблуждения в оценке путей развития науки и технологий, а также в оценке ряда конкретных «революционных прорывов».
На мой, опять же, взгляд, надо меньше уповать на некие случайные открытия и на полусумасшедших энтузиастов, многие из которых зачастую оказываются мало того что научно неграмотными, но еще воинственно невежественными и враждебными науке, а то и попросту шарлатанами. Надо ориентироваться не на сомнительные «тирьямпампамции» полуграмотных самоучек, которые вдруг этак даром увеличат могущество человечества на порядки, что весьма маловероятно, а на трудную, долгую, кропотливую научную работу, на серьезные затраты, на создание больших и хорошо организованных коллективов ученых, многоступенчатой системы образования, на разработку дорогих приборов и т. п.
Надеюсь, что мои возражения не создали впечатления полного отрицания всех идей, изложенных в книге. Во многом я согласен с авторами. Наше общество оказалось в очень серьезном кризисе, и поиск выхода из этого кризиса должен вестись всеми возможными способами и на всех возможных (и даже кажущихся невозможными) путях. Вопреки всему я верю в великое будущее нашей страны.
