Справа стояли еще две девушки. Одна явная южанка, о чем говорила смуглая кожа и вьющиеся черные волосы, она ни секунды не стояла на месте, не ходила, а пританцовывала, была словно текучий огонь, в одно мгновение она стояла рядом, а в другое уже на другом конце поляны. Жгучая красавица в цветастой юбке представилась Итаной, гимнасткой и канатоходкой. А вторая… При виде второй Майту показалось, что его ударили под дых. Неброская, скромная, но глубокая домашняя красота, прямые русые волосы по плечи, ясные, большие серые глаза, в которых светилось живое любопытство.
– Тайра, – смущенно представилась она, искоса поглядев на сказителя, и он понял, что пропал, утонул в ее глазах. – Жонглерка и акробатка.
Святые боги, это она! Единственная и неповторимая, встречи с которой Майт ждал столько лет! Между ними явно проскочила искра, поскольку девушка смущенно потупилась под понимающий смешок подруги. Не сразу ему удалось взять себя в руки и оторвать взгляд от покрасневшей Тайры.
– Братья и сестры, актеры и циркачи! – обвел Майт всех собравшихся на поляне. – Мы с другом к вам с предложением. А давайте организуем не просто балаган, а театр! Я знаю напамять сотни преданий и древних баллад, мы сможем разыгрывать их перед зрителями. И это будет стократ интереснее, чем просто цирковые выступления!
– Не буду спорить, видал я такой цирковой театр, – кивнул дядюшка Охт. – Где он выступал, другим места не было, сборы театр имел отличные, сам видал, как какие-то владетельские сынки им целую золотую монету кинули!
Балаганщики недоверчиво зашумели. Золото в Дэлоуэ было редким и стоило очень дорого. Золотой монеты хватило бы им всем года на два безбедной жизни. Только монету сначала на серебро и медь разменять требовалось, а сделать это можно было только в крупных городах – Лэре, Таламаре, Зерте, Эсталане, Илмаре и Олантане. В южных Наро, Лиатхане и Тарихараде тоже, конечно, но так далеко на юг никто из циркачей еще не забирался, да и не собирался. Ходили слухи, что там целые стаи тварей по степям бегают, в отличие от центральных и северных областей, где их было немного, если не считать Заколдованный лес.
– А кто ж все это организует-то, а? – спросил Макот. – И где реквизита столько взять?
– Я могу, – вызвался Майт. – Иралион, – он кивнул на того, – поможет. Да и вы все. А реквизит понемногу либо купим, либо сами сделаем. У меня руки откуда надо растут, у вас, думаю, тоже, иначе не выжили бы столько лет в дороге. Сообразим, что нужно для первого спектакля, про трех героев войны с Даргалом. Каливру[3] Хэлдру и охотников Зерт и Кунара.
– Это про тех, кто владел Солнечным Копьем, Луком Молний и Рогом Луны? – влезла Итана, пританцовывая, ей не стоялось на месте. – Правда-правда?!
– Про них, – с улыбкой подтвердил сказитель. – Я много сказаний про этих троих и войну чародеев знаю. Первое представление можно так сделать, что и реквизита почти не понадобится.
– Беда в том, что у нас только один фургон остался, – хмуро возразил дядюшка Охт. – Как мы все в него влезем?
– А вот тут ты ошибаешься! – с довольным видом поднял палец вверх Майт. – В Теймаре цирковые фургоны никому и на хвост даргала не нужны, так что мы подождали, пока Шаэр цену сбросит, и купили два. Так что у нас не один, а целых три фургона! Жаль, еще на парочку денег нет, стоило бы прикупить. Но, увы.
– И почем шарлатан их продает? – подозрительно прищурился клоун.
– Мы взяли по два серебряных, – ответил Иралиан. – Вместе с быками.
– Тогда держите вот деньги и идите купите еще два фургона, пока они не проданы, за такую-то цену, – протянул им небольшой кошель дядюшка Охт. – Обязательно возьмите тот, на котором морда паяца нарисована, и тот, на котором три канатоходца, там куча нужного реквизита. В кошельке шесть монет, если что, доплатите по одной за реквизит. Я бы и сам купил, но мне Шаэр ничего не продаст, разве что от дохлого осла уши. Не любим мы с ним друг друга, сильно не любим. Один только вопрос, а кто хозяином театра будет?
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
– Все мы! – решительно заявил Майт, беря деньги. – В равных долях. Но только пока выступаем в нем. Уходя, актер будет получать свою долю деньгами. Размеры выходных долей обговорим. Это всяко лучше, чем на одного хозяина батрачить!
– Да кто ж спорит, – усмехнулся старый клоун. – Согласен. Хороший выход для нас. Но… потянешь ли, парень?
– Потяну! – решительно заявил сказитель, не собирающийся отказываться от мечты о собственном театре.
И все завертелось со страшной скоростью, возникало даже ощущение, что Майт стронул камешек, который потянул за собой целую лавину. Новые фургоны у пьяного до изумления Шаэра приобрели еще до наступления ночи, правда, за реквизит все же пришлось заплатить отдельно. Очень хорошо, что у дядюшки Охта нашлись дополнительные деньги на это – даргалов шарлатан запросил за каждый фургон вместе с реквизитом по четыре монеты. Пришлось платить. А мог и вообще не продать, если бы успел протрезветь.
Утром балаганщики сбросили в общий котел все оставшиеся у них деньги, чтобы купить припасы на дорогу. Должна была еще выручить охота и рыбалка, охотиться и рыбачить было запрещено только на расстоянии ста миль от города. Да и ягоды с грибами должны скоро созреть. Нужно продержаться до того момента, как будет подготовлен первый спектакль. Поначалу соваться с ним в города глупо, придется проехаться по бесчисленному множеству селений и деревень плодородной равнины, окружающей Лианорское озеро. Крестьяне как раз соберут урожай и соскучатся по зрелищам.
Долго оставаться в пределах досягаемости барона Хайседского, о котором ходили очень нехорошие слухи, никому не хотелось, а то еще припрется в поисках красивых актерок, и на следующий день пять цирковых фургонов навсегда оставили позади поляну возле городка Теймар.
Где-то вдалеке раздался одобрительный смешок Канатоходца.
Глава 3
Вторую декаду Кейсав и Сейла без особой спешки шли на юго-запад, к огромному озеру Лианор, напоминающему по размерам скорее море. На его побережье привольно раскинулся вместе с селениями-спутниками великий город Лэр, в котором, по слухам, жило больше полумиллиона человек. А кто-то говорил, что если учитывать бесчисленные предместья, то и миллион наберется. Город давно выплеснулся за пределы крепостных стен, благо твари уже лет сто не добирались до него.
Людей и повозок по широкому тракту двигалось в обе стороны множество. Караваны, отдельные путники и небольшие ватаги, компании ремесленников, ищущих работу, крестьянские обозы, везущие в Лэр съестное. Плодородная долина, в которой можно было снимать два, а то и три урожая в год, заселялась с каждым годом все плотнее, порой не успевала закончиться одна деревня, как начиналась другая. И места людям явно не хватало, это было хорошо заметно со стороны. Но жили при этом местные довольно зажиточно, откровенной нищеты Кейсав не видел. Нет, бедняков и нищих, конечно, хватало, как без них, но основная часть населения щеголяла в добротной суконной и крашеной полотняной одежде. Да и про голод в центральных герцогствах давно не слышали, уже лет пятьдесят, если не больше. Эпидемии случались, чародеев и знахарей не хватало, чтобы справиться с ними, а их еще и гнали отовсюду, кроме городов. Потому и мерли люди в случае любой болезни тысячами.
В первые дни пути, пока путники еще не вышли на большой тракт, проселочные дороги оказались почти пусты, окрестности Теймара не были столь населены, хоть и довольно плодородны. Невзирая на почти полное отсутствие запасов еды, путники не голодали. Можно было собирать ягоды и грибы в окрестных рощах, чем Кейсав и Сейла с удовольствием и занимались – грибную похлебку с душистыми корешками, накопанными в ближайшем овраге, как выяснилось, любили оба. Ночевали они обычно в стороне от дороги, найдя ручей или родник, которых вокруг хватало. Несколько раз молодой чародей приманивал зайцев и запекал их в угольях, нашпиговав диким чесноком и травами, которых знал множество – вполне мог бы стать знахарем, знания позволяли. Фаэр хорошо обучил ученика. И продолжал учить.
