– Вот это – куриная сапота!
Меня же больше волновала не ботаника, а зоология: отчим наложил на окно моей комнаты какое-то заклятье, отвращающее пчел, но твари брали свое на улице. За два дня меня никто не укусил, но я опасался, что везение долго не продлится.
Лючик бегал вокруг, счастливый и сияющий, и говорил обо всем, то есть – вообще обо всем. Это был настоящий поток сознания, смысла которого я не улавливал, даже когда пытался. Необычное поведение для восьмилетнего мальчишки. Если таково пробуждение белого Источника, то как же выглядело пробуждение черного? Я пытался припомнить, чем доставал окружающий в его возрасте.
– Знаешь, а ты в начале пробуждения пытался всеми командовать, – сообщил Джо за обедом, провожая своего отпрыска полным обожания взглядом. – Буквально всеми, даже кошками. Это было так забавно…
Хорошо, что эти события не отложились у меня в памяти.
Два дня я проявлял чудеса выдержки и самоконтроля, даже очень придирчивый эмпат не смог бы сказать, что я чем-то уронил образ Гениального Старшего Брата. На третий день дядя Гордон, как и обещал, озвучил предложение об экспедиции. Мы пили чай на веранде, которая теперь тоже отвращала пчел. Настырные твари подлетали к границе действия заклятья и зависали там, многозначительно жужжа. Я поливал оладьи медом – пчелы мне не нравились, но сладкое я любил, а то, что лакомство было отнято у ненавистных насекомых и сдобрено их трупами, только улучшало вкус.
Мать отнеслась к предложению дяди без энтузиазма.
– Томас приехал отдыхать…
Я оторвался от оладий:
– Но ма! Это же Остров Короля!!
– К тому же, мальчик сможет немного заработать, – сказал дядя в чашку.
Деньги? Над этим аспектом экспедиции я еще не думал.
– Сколько они платят? – заинтересовался Джо.
– Семнадцать крон в неделю, – сообщил дядя. – Плюс – трехразовое питание.
Полсотни крон за три недели! Должно быть, мой взгляд сказал все за меня: я уже видел эти деньги, уже чувствовал их тяжесть в своих руках. Мама тяжело вздохнула.
– Да брось ты, Милли! – усмехнулся дядя. – Всего-то месяц. У вас еще будет время насладиться друг другом.
– Ты поедешь на остров с призраками? – округлил глаза Лючик.
– Не бойся, малыш! – снисходительно улыбнулся я. – Если они появятся, твой брат их всех запечатает.
– Там ничего не происходит уже сто лет, – встал на мою сторону отчим.
– Но там сто лет никто и не живет, – многозначительно возразила мать.
Они еще немного поспорили, но последнее слово, как всегда, осталось за мной. Черный я или нет? Мама повздыхала и начала собирать меня в дорогу. Джо, с едва скрываемым облегчением, мешался под ногами то ей, то мне, раздражая обоих безумно, одно хорошо – в день отъезда в долине пошел дождь, и пчелы меня не провожали.
Всю дорогу до побережья мы с дядей ехали в молчании, но не потому, что сказать нам было нечего – старая колымага скакала по ухабам, как тушканчик, надсадно завывала на подъемах и оглушительно дребезжала на спусках, попытка общения в таких условиях могла стоить языка. Немногочисленные путники при нашем появлении шарахались и делали отвращающие знаки, коровы начинали брыкаться, а лошади вставали на дыбы. Ха, это они еще не знали, куда мы направляемся!
Насколько мне известно, Остров считался запретным всегда, при старых властях там находилась самая страшная во всей Ингернике тюрьма, при новых ее закрыли (из сострадания к тюремщикам), но с тех пор пошло поверье, что души черных магов после смерти обитают именно там. Лет сто назад вокруг Острова появилась цепь заклятых маяков, отпугивающих рыбачьи лодки печальным звоном. В причинах таких строгостей мнения расходились: некоторые считали, что где-то в тех местах находятся распахнутые ворота в потусторонний мир, другие утверждали, что власти охраняют могилу Того Самого Короля, а третьи, ссылаясь на легенды, намекали, что Король и сам сумеет себя защитить. Туристическим местом Остров никогда не был, интерес к нему не поощрялся, а его изображений я ни разу не встречал.
Тем удивительнее было появление в Краухарде столичных умников. Что вообще можно искать в месте, где никто никогда не жил?
Археологи отправлялись на Остров из крохотного рыбачьего поселка со странным названием Песий Пляж, у кого как, а у меня оно вызывало ассоциацию с трупами и помойкой. На место мы приехали первыми. Я тихо прел в толстом вязаном свитере, надеясь, что в море действительно так холодно, как мне обещали. Наниматели появились, когда было уже за полдень, сначала к причалу подкатил здоровенный грузовик, судя по выхлопу, практически новый, а за ним – полувоенный внедорожник (только в армии используют дизельные двигатели для таких маленьких машин). Из грузовика выпрыгнули грузчики и охрана, из легковушки, не торопясь, вышло наше будущее руководство.
– Ребята при деньгах, – глубокомысленно заметил дядя.
Я не поддержал разговор – похмелье от противомагического средства было на удивление мерзким.
– Больше я тебе его не дам, – заявил дядя еще при отъезде, – после долгого приема оно вызывает галлюцинации и приступы шизофрении.
Я чуть не поперхнулся.
– Что ж ты не предупредил-то?
– А у тебя был выбор? – резонно возразил он. – Привлекать внимание не будем. Через два дня действие эликсира закончится, тогда и начнем тренировку. Предупреждаю, учитель из меня никакой, так что, на многое не рассчитывай! Твоя задача – не ворожить как Кой Горгун, а научиться уверенно призывать и отпускать Источник, особого ума для этого не надо. Понял?
Я покладисто кивнул (голова у меня тогда еще не болела). Идея заработать денег, поглядеть на запретный Остров и еще немножко подучиться магии выглядела вполне привлекательной. Кто ж знал, что меня будет так мутить?
Кроме нас на остров собирались еще трое работяг, по одежде – не местных (я имею в виду, что в Краухарде одежду с коротким рукавом не носят даже летом – здоровье дороже). Знакомиться с нами они не пытались, но я так понял, что все они – студенты, либо из столицы, либо – откуда-то рядом. Ребята распивали содержимое большой кожаной фляжки и смеялись, судя по всему, что такое Остров Короля они знали весьма приблизительно. Я уже рисовал себе в уме компанию кабинетных ученых, совершающих бюджетную вылазку по историческим местам, как тут подъехал этот не вполне гражданский грузовик. На причале быстро росла гора тюков, ящиков и бочек, пара дюжих мужиков в одинаковых комбинезонах принимали груз и отгоняли от него любопытных, у одного из них на поясе висела полицейская дубинка, а у другого за голенищем высокого ботинка красовался нож. На катере, лениво болтавшемся недалеко от берега, начали разводить пары.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
