За одну неделю русские не оставили камня на камне от линии фронта, на укрепление которой у немцев ушли три года планирования и труда. Но самым тяжелым ударом для немцев стало то, что русское наступление полностью опровергло доктрину, которой 20-я горнострелковая армия придерживалась с 1941 г.: арктический рельеф местности делает невозможным быстрое перемещение больших воинских контингентов и, в частности, исключает танковые операции. С виду все выглядит так, словно армия стала жертвой собственных заблуждений, но при ближайшем рассмотрении выясняется, что это не так. Несомненно, опыт 1941 г. и последовавшие за этим три года бездеятельности привели к благодушию и потере боеготовности, что наглядно подтвердил крах 2-й горнострелковой дивизии. Возможно, немцы просмотрели изменения ландшафта, происшедшие за три года оккупации, в частности появление нескольких относительно хороших дорог и многочисленных проселков, вполне пригодных для движения танков и больших отрядов. Тем не менее их первоначальные представления были опровергнуты лишь отчасти, поскольку русские (на стороне которых было колоссальное численное превосходство специально обученных частей с искусными и смелыми командирами) действовали против противника, главной целью которого было избежать решительного сражения, и все же не сумели (так же, как этого не сумел горнострелковый корпус «Норвегия» в 1941 г.) решить главную задачу — окружить и уничтожить XIX горнострелковый корпус.
15 октября Рендулич, Йодль (XIX горнострелковый корпус) и Рюбель провели совещание в штаб-квартире Рюбеля. Было решено, что после возврата дороги на Тарнет 2-я горнострелковая дивизия, которая еще не оправилась от шока первой атаки, будет переведена на юг, за группу Рюбеля, для отдыха и перегруппировки. Оставшиеся части XIX горнострелкового корпуса будут прикрывать Киркенес до конца эвакуации складов; тем временем штаб-квартира XXXVI горнострелкового корпуса должна будет принять командование у группы Рюбеля (численность которой быстро увеличивалась и приближалась к двум дивизиям). Теперь судьба армии зависела от группы Рюбеля. Ей следовало продержаться северо-восточнее Колосьоки, пока не будет закончена линия укреплений у Киркенеса, не дать русским создать плацдарм на дороге, построенной для вывоза руды из Киркенеса, а также помешать противнику нанести удар на юг вдоль Арктического шоссе, в направлении Ивало.
На совещании присутствовал также генерал от горных стрелков Георг Риттер фон Хенгль (бывший командир XIX горнострелкового корпуса, теперь начальник штаба руководства Национал-социалистской партии в ОКХ), который привез армии личное послание Гитлера. Хенгль утверждал, будто начальник оперативного штаба ОКВ Альфред Йодль сказал, что главной целью операций XIX горнострелкового корпуса является безопасность частей, а сохранность запасов — вещь второстепенная. Поскольку эти слова противоречили предыдущим приказам, пришлось звонить в ОКВ. Йодль сказал, что сообщение Хенгля было «искажено», однако объяснил, что если придется выбирать между армией и запасами, то армия дороже. Когда во время повторного звонка через два дня начальник штаба армии указал, что приказ ОКВ об эвакуации всех запасов неминуемо истощит ресурсы армии (особенно группы Рюбеля), и попросил прислать из Германии провиант и боеприпасы, ему ответили, что на родине «не хватает ни того ни другого», и дискуссия закончилась на том же, с чего началась.
Тем временем русские проводили перегруппировку, и активность на фронте слегка снизилась. 18 октября, ожидая возобновления русского наступления в ближайшие двадцать четыре часа, командование 20-й горнострелковой армии дало группе Рюбеля разрешение отступать к Сальмиярви в течение трех дней, но, поскольку при этом открывалась дорога на Киркенес, одновременно приказало 6-й горнострелковой дивизии занять оборонительные позиции в южных предместьях Киркенеса. По завершении этих операций XIX горнострелковый корпус и группа Рюбеля должны были разделиться и развернуть фронт в противоположные стороны, а XXXVI горнострелковому корпусу надлежало принять под командование группу Рюбеля.
Как и ожидалось, наступление русских началось 19 октября, при этом главный удар был направлен на группу Рюбеля. Хотя группа вовремя отступила по Арктическому шоссе и избежала сокрушительной атаки IС ударного корпуса, однако через день, когда CXXVII легкий корпус начал огибать ее правый фланг, угрожая перерезать шоссе в тылу, положение группы стало рискованным. Чтобы удержать свободной линию отступления, Рюбель был вынужден все следующие три дня отступать к перешейку у озера Каскама. Затем давление русских постепенно ослабело, и группа сумела быстро отступить к Ивало.
Одновременно с атакой на группу Рюбеля CXXVI легкий пехотный корпус начал наступление на 6-ю горнострелковую дивизию, прикрывавшую Киркенес. Трехкратное численное превосходство противника не позволяло дивизии надеяться, что она может остановить наступающих. В довершение беды CXXVI легкий корпус направил главный удар на Тарнет, где находились гидроэлектростанции, снабжавшие энергией Киркенес. 22 октября, когда эти сооружения оказались практически на передовой, 20-я горнострелковая армия сообщила ОКВ, что суда в Киркенесе больше не могут снабжаться водой для котлов, попросила разрешения прекратить эвакуацию и действовать по тактической ситуации. После задержки в несколько часов разрешение было дано, после чего части корпуса, располагавшиеся восточнее Киркенеса, быстро отступили; последние отряды прошли на запад по Рейхсштрассе 50 24-го. После небольших арьергардных боев 27-го и 28-го преследование русских замедлилось, и XIX горнострелковый корпус отступил в направлении Лаксельва. Из запасов корпуса спасена была третья часть (45 000 тонн); остальное было уничтожено или попало в руки русских.
26 октября началась эвакуация полуострова Варанер. Русское преследование продолжалось до Тана-фьорда. Перед отступавшим XIX горнострелковым корпусом, между Лаксельвом и Шиботтеном, две дивизии LXXI корпуса, приданные 20-й горнострелковой армии в середине октября, прикрыли уязвимые места Рейхсштрассе 50 и начали приготовления к уничтожению дороги после прохода по ней главных частей. Гитлер, боявшийся, что либо русские, либо норвежское правительство в эмиграции смогут создать плацдарм к северу от Люнген-фьорда, приказал прибегнуть к тактике выжженной земли. Гражданское население следовало эвакуировать, в основном на небольших судах, чтобы не перегружать Рейхсштрассе 50.
Эвакуация началась как добровольное мероприятие, но, если население отказывалось повиноваться, немцы прибегали к силе. Обычно сжигания домов оказывалось достаточно для убеждения. Общее число эвакуированных оценивалось в 43 000. В это число не вошло население Киркенеса (10 000), оставленное по тактическим соображениям, и 8500 кочующих лапландцев. В декабре Рендулич сообщил, что бежать удалось всего двум сотням; с обычной для него тщательностью в таких делах генерал пообещал всех поймать.
В зоне XXXVI горнострелкового корпуса после середины октября 169-я дивизия заняла «Schutzwallstellung» («Защитная стена») — позиции, подготовленные южнее Ивало для операции «Бирке». Восточнее, у реки Лутто и Ристикента, корпус создал линию обороны. Там 21 октября поднялась тревога, когда радиоразведка сообщила о том, что в долине реки Лутто находятся штаб-квартира советской 19-й армии и три дивизии; однако наземная разведка вскоре доложила, что радиопереговоры были всего лишь дезинформацией. Когда 30 октября части бывшей группы Рюбеля миновали Ивало и отошли к Лаксельву, XXXVI горнострелковый корпус покинул позиции у реки Лутто (Лотты) и на следующий день начал отступать от «Schutzwalktellung». 2 ноября 2-я горнострелковая дивизия вышла на Рейхсштрассе 50 у Лаксельва и начала последний этап отступления главных сил XIX и XXXVI горнострелковых корпусов. На следующий день арьергард 169-й дивизии оставил Ивало.
XVIII горнострелковый корпус, удерживавший Муонио до тех пор, пока не был эвакуирован большой груз боеприпасов, начал (29 октября) отход к линии «Sturmbockstellung» («Штормовой оплот») западнее Каресуандо. Там, на позициях, подготовленных для операции «Бирке», 7-я горнострелковая дивизия выполняла задачу удержания узкой полосы финской территории, протянувшейся на северо-запад между Швецией и Норвегией и игравшей роль временной фланговой защиты для позиции «Люнген» и частей, двигавшихся на запад по Рейхсштрассе 50. 139-я бригада прикрывала левый фланг на норвежской территории у Каутокейно.
18 декабря, когда арьергард на Рейхсштрассе 50 миновал Биллефьорд, 139-я бригада начала отход от Каутокейно. 7-я горнострелковая дивизия занимала позиции на «Sturmbockstellung» при незначительном сопротивлении финнов до 12 января 1945 г., после чего начала неторопливо отходить на позицию «Люнген», которая к тому времени была закончена и удерживалась частями 6-й горнострелковой дивизии.
