Читаем без скачивания Директива – уничтожить - Михаил Нестеров

Шаги на секунду затихли, и Антон услышал звук открываемой двери. Почти одновременно с Дробовым он слегка повернул голову и увидел входившего в кабинет человека. Принимая прежнюю позу, Никишин уже ясно представлял позицию телохранителя. Тот стоял справа от двери и на два шага впереди нее. В том ракурсе, в котором Антон зафиксировал охранника, казалось, что дверь открывается прямо на него, однако это был обман зрения.

Кочетков почти вплотную подошел к столу и остановился. Антон при желании мог дотянуться до него рукой. Хорошо. Это уже лучше, чем минутой раньше.

Дробов поднял на Кочеткова холодные глаза:

– С Аллой вы сработали хорошо, молодцы, в дальнейшем я хочу видеть только такую работу.

Подрывник в ответ на благодарность генерала пожал плечами.

– Бери А-232, Родион, и грузи в мою машину. Пора приступать к работе. Спешка нам ни к чему, однако будем действовать по обстановке. Пусть у тебя все будет готово заранее.

– А вы?

– Я присоединюсь к тебе минут через пять-десять. Мне нужно закончить разговор.

Дробов, переведя взгляд на Антона, улыбнулся уголками губ.

Антон сидел неподвижно, устремив отсутствующий взор поверх головы Дробова – как тогда, когда Шлях наставил на него два ствола, а он вытягивал из ножен штык. Однако сейчас он считал. Считал шаги Кочеткова, который медленно развернулся и прошел мимо. Мысленно проведя линию от себя до телохранителя, он ждал, когда Кочетков на несколько мгновений закроет его, подходя к охраннику почти вплотную. Для этого подрывнику нужно сделать пять шагов. Три он уже прошел. К тем полутора секундам, которые будут необходимы охраннику, чтобы обнажить ствол и произвести выстрел, Антон приплюсует себе в актив еще около секунды, а это целая вечность. Мгновенная слабость накатила волной и так же резко отпустила. Антон весь подобрался, как перед прыжком с парашютом. Команду «Пошел» он себе отдаст, когда Кочетков заблокирует директрису.

Сейчас?

Нет, еще один шаг.

Чтобы не потревожить телохранителя заранее, Антон избегал оглядываться. Сделай он любое движение, и охранник, которому Кочетков перекроет обзор, скорее всего отклонит корпус или голову, чтобы проследить за Антоном. Видя, что пленник уже долгое время сидит совершенно неподвижно, охранник не шелохнется. Да к тому же при повороте головы Антон потеряет драгоценные мгновения, ибо ему придется снова поворачиваться к Дробову.

Перед тем как Кочетков сделал контрольный шаг, Антон почувствовал, как у него сводит губы, они непроизвольно стягивались и слегка подрагивали. Только бы руки не заклинило, успел подумать он.

Пять.

Кочетков сделал пять шагов.

Выбрасывая вперед тело, Антон вытянул руки. Он прыгнул так аккуратно, что даже стул остался стоять на месте. Мысленно Антон несколько раз репетировал прыжок, поэтому оказался на массивном столе в нужной ему позе: боком, слегка подтянув под себя ноги. Он походил на футбольного вратаря, готового принять мяч на живот. Но целью была голова Дробова, и он ударил в нее грудью, опрокидывая генерала вместе с креслом. Чудом на столе остались телефон и чернильный прибор. Антон на лету успел схватить волосы Дробова и, падая, рванул на себя. Вот теперь пошли те самые полторы секунды, в течение которых телохранитель был обязан вытащить пистолет и прицельно выстрелить. Специалист может отстрелять обойму за те же полторы секунды. Иногда и меньше. Антон все же надеялся, что этот профи не такого высокого класса. Все же лучше переоценить противника, чем недооценить его. Хотя иногда бывают проколы и с последним вариантом.

Вьюном сползая с Дробова, Антон еще раз рванул его за волосы, но в это раз сильнее и помогая себе другой рукой. Если охранник готов к стрельбе, то сейчас он видит перед собой только голову шефа, торчащую над столом. Не показываясь, Антон ударил Дробова в висок и стремительно поддернул свою штанину. Только бы не заколодило кошелек Франца Николаевича.

Судя по времени, телохранитель уже держал пистолет в руках и, надо полагать, проворно двигался к столу. Ему предстояло делать это весьма осторожно, но быстро. Приближаясь боком, он вытягивал шею.

Кочетков за это время едва успел остановиться и повернуть голову. Казалось, действия, которые стремительно разворачивались в кабинете, его не коснулись.

Две руки Антона делали два разных дела. Освободив левую руку, он еще раз ударил генерала и снова схватил за волосы. Правой он уже вытягивал пистолет из кобуры. Теперь фактор неожиданности, который отрезвляюще подействует и на телохранителя, и на генерала, получившего за две с половиной секунды два сильных удара в голову и не понимающего, что происходит. Ударив его во второй раз, Антон почувствовал безвольные мышцы шеи, голова генерала стала тяжелеть.

Он быстро привел Дробова в чувство, когда, едва вытянув пистолет, сразу же нажал на спусковой крючок. Пуля наискось вошла в половицу.

Генерал дернул головой, телохранитель, услышав выстрел, приостановил шаг, держа пистолет в вытянутых руках на уровне глаз. Теперь он видел перед собой голову шефа с приставленным к виску коротеньким стволом.

Чтобы развеять сомнения относительно невзрачного ствола, Антон, прикрываясь телом Дробова, выстрелил. Пуля прошла в полуметре от головы охранника, но этого было достаточно: тот замер на месте.

Дробов получил еще один удар; приподнимая его за волосы, Антон удобно встал на колени позади генерала. Ствол снова ткнулся в седой висок, до телохранителя в это время дошел запах пороха.

– Назад! – что есть силы закричал Антон, губами он почти касался уха Дробова, продолжая держать того в полуобморочном состоянии и оглушая его криком. – Назад! Ствол вверх! Ствол вверх, я сказал! – Он демонстративно выгнул локоть, как будто собирался выстрелить в висок Дробова. – Я убью его! Я убью его!

Телохранитель, поспешно склонив голову, успокаивающе вытянул руку и поднял пистолет над головой. Тут по идее он должен был бы заговорить, но он только слегка пошевелил губами.

– Я убью его! – надрывался Антон. – Брось ствол на пол! Брось! Я стреляю! – Он снова приподнял локоть. Выбранный им темп казался бешеным, но теперь его замедлять нельзя. Теперь только прессинг. И Антон хрипло выкрикивал набор фраз: – Я стреляю! Пистолет заряжен разрывными пулями. Это «браунинг». Внутри каждой пули ртуть. Я высверлил отверстия, залил ртуть и запаял. Кто из вас не знает, что пуля сверху покрыта мельхиором? Это старые пули. Одна такая разорвет череп вашего начальника, как арбуз. Ты слышал? Я сказал, брось пистолет!

Еще один выстрел. От порохового дыма запершило в горле.

Охранник разжал пальцы, пистолет упал к ногам.

– К двери! Открой дверь, чтобы я мог видеть коридор! Пустой коридор. Ты! – Антон сверкнул глазами на Кочеткова. – Поднял пистолет! Не так, сука, за ствол! Брось на стол! Руки за голову, или я убью его!

Антон почувствовал, это Дробов приходит в себя, и снова ударил его стволом в висок. Дробов вновь обмяк. Огибая ухо, по виску потекла тонкая струйка крови.

Телохранитель тем временем, не отрывая взгляда от Антона, толкнул ногой дверь. За ней никого не было. А если кто и был, то сейчас они вжимались в стены.

– Оба на пол! – Кочетков и охранник послушно опустились на колени. – Скрестили ноги, руки за голову. Эй там, в коридоре! У меня два ствола. Один с разрывными пулями. Первый же герой окажется безработным. Я снесу башку вашему генералу. Кто не знает или забыл свои обязанности, напоминаю: ваша задача любыми силами и средствами спасти жизнь своего начальника. Если к этой задаче вы прибавите еще одну – убить меня, вы, повторяю, останетесь без работы. А вздумаете ввалиться сюда кучей, прежде посчитайте, сколько займет это времени, и прикиньте, сколько нужно для того, чтобы хоть раз нажать на спусковой крючок. За себя я не боюсь. Моя фамилия Никишин, за мной охотится ФСБ. У меня только один шанс, и тот призрачный. Так что ведите себя тихо. Я хочу только одного – уйти отсюда. Я гарантирую жизнь вашему хозяину, если вы выполните мои условия.

Охранник повернул голову.

Антон тотчас выстрелил в его сторону.

– Замри! Если еще раз повернешь свою башку, я выстрелю сначала в тебя, потом в Дробова. Когда я разрешу тебе заговорить, будешь делать это сквозь зубы, не шевеля губами. Давай.

– Что ты хочешь? – процедил охранник. – Я хочу тишины. Сейчас на несколько минут вы замрете, а я буду слушать тишину. Первый же шум где-нибудь в конце коридора, и ты получишь пулю. Потом я застрелю твоего соседа. Следующая очередь Дробова. Я разрешаю одному выйти во двор и успокоить остальных. Даю минуту. По истечении которой устанавливается тишина. Прервать ее могу только я. Напоминаю – у меня два ствола.

В коридоре возникло движение. Антон проводил глазами шкафообразную фигуру охранника. Казалось, тот шел на цыпочках. В конце коридора, сворачивая на лестницу, он обернулся.