ее глаза остекленели от возбуждения, она смотрит на меня, осмеливаясь поглотить. Она скользит языком по моим зубам, заманивая меня углубить поцелуй. И когда я делаю это, то она отвечает мне взаимностью, беря мой язык и прикусывая его, пока моя собственная кровь не заполняет ее рот.
— Да, — выдыхает она, стонет мне в рот. — Я твоя маленькая развратная монашка. — Она откидывается назад и смотрит на меня полузакрытыми глазами, уголок ее рта испачкан нашей общей кровью, и впервые красная жидкость заставляет меня хотеть трахать, а не убивать.
— И что это значит? — нахально спрашиваю я, завороженный тем, как ее черты лица реагируют на каждое прикосновение.
— Бог, — отвечает она, ее глаза полузакрыты, — мой Бог, — продолжает она, ее руки обвиваются вокруг моей шеи, когда она дает мне полный контроль над своим ртом.
Ах, но как я могу отказаться от этого?
Держа ее рядом, я пожираю ее, обмениваясь кровью в опасном поцелуе, который заставляет меня стоять на краю пропасти. Я тянусь к ее попке и насаживаю ее на свой член, ее губы раздвигаются, чтобы вместить мою длину.
— И что ты делаешь для своего Бога, моя маленькая развратная монашка?
Мои руки на ее щеках, я разминаю их, пока она двигается круговыми движениями над моей эрекцией, головка нащупывает ее вход, жадный ублюдок толкается вперед, пытаясь пробиться через ее барьер. Она такая чертовски мокрая, что ее киска легко скользит по моему члену. Было бы так легко проскользнуть внутрь...
— Молись, — хрипит она, когда мой член скользит по ее клитору, — поклоняйся, подчиняйся. — Ее слова заставляют меня напрячься еще сильнее, и мне требуется все, чтобы не кончить или трахать ее до тех пор, пока она не начнет выкрикивать мое имя.
Или и то, и другое.
— Да, блядь, — я двигаю губами ниже по ее горлу, посасывая точку пульса. — Молись мне, — хриплю я, желая услышать ее мягкий голос, умоляющий меня, просящий трахнуть ее в вечности и за ее пределами.
И ах, но я сделаю это. Я бы заключил сделку с самим дьяволом, если бы мог привязать ее к себе навсегда.
— Боже мой, — начинает она, с наглой ухмылкой на лице, глядя на меня, — пожалуйста, пососи мои груди.
— Ты хочешь, чтобы я пососал эти красивые сиськи? — спрашиваю я, моя рука поднимается, чтобы погладить их через материал моей рубашки.
— Да, пожалуйста, — хлопает она ресницами, прекрасно понимая, что я не смогу устоять перед этим трюком.
Я стягиваю с нее рубашку, и ее груди выпрыгивают на свободу и приближаются к моему лицу. Наклонившись вперед, я беру в рот один сосок, в то время как моя рука играет с другим.
— Влад, — стонет она, усиливая трение по мере получения удовольствия. Я прикусываю ее сосок, и наступает оргазм, все ее тело содрогается, ее киска еще больше смачивает мой член.
Ее руки впиваются в мою спину, а ногти уже оставляют следы на моей коже, она напрягается, ее мышцы сокращаются, когда она достигает кульминации.
Воспользовавшись ее оцепенением, я переворачиваю ее на спину, ее ноги широко раздвинуты, а киска приветствует меня красивой и насыщенной. Раздвинув ее колени, я наклоняюсь вниз и делаю длинные движения, пробуя на вкус ее освобождение, засасывая ее клитор в рот и заставляя ее кончить снова.
Руки в моих волосах, она дергает меня за голову, ее бедра смыкаются вокруг моей головы, ее голос громко выкрикивает мое имя.
— Влад, — хнычет она, хватая меня за плечи и притягивая к себе, чтобы поцеловать, ее руки тянутся к моему члену.
В этот момент я настолько тверд, что почти лопаюсь. Я направляю свой член в ее киску, упираясь в ее губы, двигаясь вверх и вниз, ее теплые соки покрывают мой ствол и заставляют меня стонать от этих ощущений. Обойдя ее дырочку, я почти испытываю искушение бросить осторожность на ветер и просто взять ее, но впервые я не хочу позволить своим эгоистичным желаниям разрушить этот опыт для нее.
Даже если бы я отдал все, чтобы только кончик моего члена оказался внутри ее тугого тела...
— Черт, — проклинаю я, закрывая глаза, чтобы восстановить контроль над собой.
— Позволь мне, — шепчет она, обхватывая руками мой член, пока она дрочит мне, двигаясь вверх-вниз, ее хватка крепкая и плотная. Ее пальцы творят волшебство, а я просто закрываю глаза, отдаваясь наслаждению, которое может дать мне только она. Моя сперма выплескивается горячими струями на ее живот, моя разрядка не прекращается, пока я пытаюсь восстановить свое дыхание.
— Дьяволица... — Я открываю глаза и вижу, как она смахивает мою сперму на свой живот, покрывая пальцы толстым слоем, прежде чем опустить их к своей киске. Она играет с собой, ее пальцы проходят мимо ее клитора, пока она размазывает мою сперму по своим губам. Два пальца опускаются ниже, надавливая на ее вход, когда она проталкивает мое семя внутрь.
— Моя жадная маленькая монашка, — прошептал я, не в силах оторвать взгляд от того, как ее киска пожирает мою сперму, белая идеально выделяется на фоне ее блестящей розовой кожи. Взяв мои пальцы, она побуждает меня сделать то же самое.
— Мне больше нравятся твои, они больше, — краснеет она, и мне остается только подчиниться.
Используя два пальца, я выдавливаю всю свою сперму внутрь нее, смазывая ее стенки, бархатистость ее канала заставляет мой член рыдать от зависти. Медленно двигая пальцами внутрь и наружу, Сиси вскоре снова стонет, поднимает бедра и раздвигает ноги, чтобы я мог трахать ее лучше.
— Это... прямо здесь, — хрипит она, когда я проникаю глубоко внутрь, и ее стенки тут же сжимаются вокруг моих пальцев. — Да, Боже!
Я падаю рядом с ней, и она прижимается ближе, прижимаясь к моей руке. Ее пальцы снова перебирают поверхность моей груди, и в памяти всплывает прежний дискомфорт. Она заставляет мою кожу покалывать от осознания того, чего раньше не было, и я не знаю, нравится ли мне это. Когда она продолжает свои ласки, мое дыхание сбивается, а мысли переходят в ускоренное состояние. Я начинаю думать обо всех возможностях, обо всем, что может произойти, но не должно.
— Я собираюсь принять душ, — пробурчал я, убирая ее руки и поднимаясь с кровати. — После этого я отвезу тебя домой,
