Шарлотта посмотрела на него с тревогой. Неужели Дилан был так близок к тому, чтобы разоблачить Йена? Почему он не успел это сделать тогда? Сколько боли и горя могли бы все избежать!
– Поэтому я и хотел, чтобы Пирс взялся за Долину Амона. Я бы в безопасности сидел в Лондоне, разбирая Коллекцию Колвиллов, а он еще несколько месяцев послонялся бы по раскопу, а потом я бы убил его. Весь мир поверил бы, что Лев мертв, а я продолжал бы жить в безопасности. – Йен рассмеялся. – Я пытался избавиться от него за год до этого, в Каире. Я устроил встречу Пирса с одним из моих людей. Но этот идиот так и не появился. Нам пришлось ни за что ни про что спалить пол-Каира.
Господи, и этот монстр был ее мужем!
– Я вижу, что одна мысль о его смерти расстроила тебя. – Голос Йена стал жестким. – Уверен, что ты бы действительно сильно переживала смерть Пирса, а не притворялась, как это было в случае со мной.
– Притворялась? Откуда тебе знать, что я чувствовала все эти два с половиной года?
– Да, несомненно, каждый раз, когда он занимался с тобой любовью, ты проливала целую бочку слез.
Она почувствовала, что заливается краской.
– Если бы ты была настоящей женой, – продолжал Йен, – настоящей женщиной, я бы доверился тебе. Несмотря на твою упрямую натуру, я действительно был привязан к тебе. Мы могли бы быть вместе все эти годы. Я жил в Северной Африке как паша. Ты просто не представляешь, какое это выгодное дело – контрабанда. И когда наконец это огромное богатство будет продано, я стану богаче любой коронованной особы в Европе.
– Дилан был прав. Он во всем был прав. Он сказал, что ты украл мое обручальное кольцо из Секкары. А я-то ему не верила…
Все это время она обвиняла Дилана, что он не доверял ей, в то время как на самом деле оказывается, это она не доверяла ему. Она отказывалась верить, когда он уверял ее, что кольцо украдено, отказывалась верить даже после того, как узнала, что он работает в Службе древностей. Она была такой лицемеркой, что собиралась порвать с ним из-за его подозрений, в то время как сама подозревала его. Она не заслуживала ни его доверия, ни его любви.
– Мне надо было довериться ему, – пробормотала она снова.
Йен покачал головой:
– Удивляюсь, как он узнал кольцо. Я постоянно слышал, что Пирс так много пьет, что едва может стоять на ногах, не говоря уж о том, чтобы отличить династические драгоценности от дешевой подделки. Он никогда бы не смог обнаружить сокровище Харити.
Йен снял с головы котелок полицейского и швырнул его на пол. Теперь она могла разглядеть, как странно обесцвечены его волосы.
– Представь себе, Шарлотта, ты и твой отец копали в Долине Амона целых десять лет. Вы оба копали, как собачонки, пытаясь обнаружить гробницу Харити. А я, проработав на раскопе всего месяц, открыл ее. Я!
– Где? – Несмотря на страх, ей было действительно интересно это знать.
– Она была спрятана под уже раскопанной гробницей, в которой были погребены останки ничем не выдающегося жреца бога Амон-Ра. На самом деле еще ваш первый прораб обнаружил секретный тоннель. Бедняжка со всех ног бросился ко мне с этой новостью, даже не очень понимая, что за тоннель он обнаружил. Но я-то это знал. Тебе тоже следовало бы это знать. – Он помолчал. – Как и твоему отцу.
Она выронила кошку, когда до нее дошел смысл сказанного.
– Ты убил и отца, не так ли? Не только прораба Самира. Ты убил отца!
Выражение лица Йена стало еще более мрачным.
– У нас не было выбора.
У нее вырвался вопль ужаса.
– Он был высоконравственным человеком, – продолжал Йен. – Он бы наверняка передал все сокровище в Каирский музей, и что тогда было бы проку от всей нашей работы? Все это золото просто лежало бы в пыльных витринах в каком-нибудь Богом забытом музейном зале.
– Мистер Фэрчайлд предлагал, чтобы и вы тоже умерли от лихорадки, – вставил Ахмед, – или от чего-нибудь, очень похожего на лихорадку. Но я убедил его, что вы больше пригодитесь нам живая.
Она в ужасе уставилась на них. Все эти годы она была окружена лжецами и грабителями.
– Колвиллы всегда были в восторге от вашей семьи, особенно от твоей ненормальной тетушки Хейзл. Я предложил, чтобы они попросили Каирский музей передать лицензию твоего отца мне. – Йен насмешливо ей поклонился. – Если я стану твоим законным преданным мужем.
– Мне надо было убить тебя своими руками! – Шарлотта плюнула ему в лицо.
– Вот теперь я узнаю ту Шарлотту, которую когда-то помнил, – довольно усмехнулся Йен.
– Как бы я хотела теперь, чтобы ты остался заваленным в пещере!
– Неужели ты в самом деле думаешь, что я мог сунуться в гробницу, если бы не был на сто процентов уверен, что она надежно укреплена? Право, моя дорогая, ты же знаешь, что когда-то я был инженером. Я беспокоился, что мой план из-за этого не сработает, но мы одурачили тебя. – Йен кивнул с очевидным удовольствием. – Мы одурачили всех.
– Я все это время корила себя за твою смерть. – Она чувствовала себя совершенно обессилевшей от испытанного потрясения и от безнадежности. – Какая же я идиотка, мне стыдно за себя!
– Да, тебе действительно должно быть стыдно. Если бы ты не вмешалась, я бы давно был в Лондоне, разбирая Коллекцию Колвилла. Ты помчалась навстречу этому Пирсу и уговорила его отказаться от участка. Ты разрушила все мои планы и сделала вынужденной мою преждевременную и весьма трагичную смерть. – Он кивнул в сторону Ахмеда, который тут же бросился к ней. – Не подходите ко мне! – Она прижалась спиной к саркофагу.
Нефер выгнула спину и зашипела. Турок остановился, его глаза расширились при виде рассерженной кошки.
– Проклятая тварь! – произнес с отвращением Йен. – Мне надо было утопить ее еще тогда, в Египте. Я приказал Ахмеду, чтобы он нашел кошку и потом говорил всем, что обнаружил ее у входа в гробницу. Я знал, что это отпугнет суеверных рабочих и они не станут заходить в гробницу вместе со мной. – Он рассмеялся. – Ахмед нашел этого котенка, когда он спал на пороге гробницы. И что же после этого он сделал? Уговорил сам себя, что котенок и в самом деле посланец богов.
– Она была послана богиней Бастет. – Ахмед вытер покрытый испариной лоб. – Если бы мы причинили ей зло, фортуна отвернулась бы от нас.
Йен указал на Шарлотту.
– Моя жена принесла нам больше несчастья, чем целая дюжина кошек.
– Как же это у меня получилось? – спросила она, отчаянно стараясь заставить Йена продолжать говорить.
– Мне необходимо было вывезти материалы из Египта. Годами я пересылал украденные древности Хьюзу и сэру Томасу сюда, в Коллекцию. – Он поднял погребальную урну. – Иногда они были аккуратно упакованы в основания статуэток, их легко быю вынуть и продать в частные коллекции. Но потом у лорда Баррингтона неожиданно начались приступы угрызений совести. У нее закружилась голова.
