Другим богатейшим мировым кладом, уступающим только океану, является влажный тропический лес. И он грабится с такой же преступной беззаботностью. Хорошо известно, что влажный тропический лес играет ключевую роль во всемирном равновесии жизни, поглощая мощные тропические ливни и спуская их в реки, орошающие плодородные долины ниже по течению. Тропический лес одарил нас несметными богатствами. Примерно 40 % всех лекарств содержат натуральные ингредиенты, и многие из них получены из растений тропического леса. Древесина, которую он дает, — ценнейшая в мире. Прежде знатоки леса добывали ее, отыскивая подходящие деревья, срубая их, но оставляя остальное сообщество нетронутым. Они тщательно планировали рубку, чтобы в течение нескольких лет не возвращаться на одно и то же место и дать лесу время оправиться.
Но теперь наступление на влажный тропический лес ведется все беспощаднее. Рост численности населения на его периферии, естественно, ведет к тому, что джунгли все больше и больше расчищаются под поля и плантации. Как мы узнали теперь, пышность джунглей опирается на особенности их растений, а не на их выщелоченную почву, и земля на расчищенных площадях истощается через несколько лет, перестает быть плодородной. И тогда расчищаются новые площади. Вдобавок современные машины заметно облегчили превращение деревьев в звонкую монету. Дерево, которое росло более двухсот лет, сваливается менее чем за час. Мощные тракторы вытаскивают его из чащи без особого труда, а если при этом они губят много других деревьев, так и что — те ведь не имеют прямой коммерческой ценности. И джунгли исчезают все быстрее и быстрее. Каждый год вырубаются территории величиной с Швейцарию. Но после этого корни деревьев уже не удерживают почву. Бешеные дожди смывают ее в реки, превращая их в ревущие бурые чудовища, а позади остаются бесплодные, лишенные почвы пустыри, и еще одна часть богатейшей мировой сокровищницы растений и животных исчезает навсегда.
Перечень таких экологических катастроф можно было бы продолжать почти до бесконечности. Демонстрировать, какой ущерб мы уже нанесли нашей планете, проще простого. Важнее подумать, как ей можно помочь.
Нам необходимо осознать, что былое представление о мире, в котором люди играли относительно второстепенную роль, давно уже не отвечает истинному положению вещей. Идея, будто вечная благодетельная природа за пределами мест обитания человека и его воздействия всегда будет удовлетворять его нужды, как бы он ее ни грабил, как бы ни губил, — эта идея насквозь ложная. Мы более не можем оставлять на волю провидения поддержание легко уязвимых взаимозависимых сообществ растений и животных, без которых сами существовать не способны. Наши успехи в контролировании среды обитания, которых мы впервые достигли десять тысяч лет назад на Ближнем Востоке, теперь приблизились к своей кульминации. Хотим мы того или нет, но своей деятельностью мы существенно воздействуем на все области нашей планеты.
Мир природы не статичен и никогда статичным не был. Леса превращались в степи, саванны — в пустыни; эстуарии заносил ил, и на их месте появлялись болота; ледники наступали и отступали. Как ни быстры были эти изменения по меркам геологической истории, животные и растения успевали откликнуться на них и почти всюду продолжали плодиться и размножаться. Но человек меняет природу так стремительно, что у других организмов не хватает времени приспособиться к новым условиям. Размах же этих изменений колоссален. Мы стали такими изобретательными инженерами, такими плодовитыми творцами химикалий, что способны за несколько месяцев преобразить не просто часть речки или уголок леса, но целую речную систему, весь лес.
Если мы намерены распоряжаться богатствами нашей планеты разумно и эффективно, нам необходимо решить, каковы наши цели. Этим занялись совместно три международные организации: Международный союз охраны природы, Программа ООН по окружающей среде и Всемирный фонд дикой природы. Они сформулировали три основных принципа, которыми нам, безусловно, нужно руководствоваться.
Во-первых, мы не должны эксплуатировать естественные запасы животных и растений с такой интенсивностью, что они уже не имеют возможности обновляться и в конце концов исчезают. Это кажется настолько само собой разумеющимся, что такое напоминание выглядит попросту излишним. Но ведь косяки перуанских анчоусов были вычерпаны из перуанских вод, ведь сельдь была вынуждена покинуть свои исконные нерестилища в европейских водах, ведь охота на многие виды китов продолжается, и над ними все еще тяготеет угроза полного исчезновения.
Во-вторых, мы не должны менять лик Земли столь грубо, что это воздействует на основные процессы поддержания жизни на ней — на содержание кислорода в атмосфере, на плодородность морей; а такая угроза может стать реальностью, если мы и впредь будем уничтожать леса, зеленый покров планеты и использовать океаны как свалку для наших ядов.
И в-третьих: мы должны всемерно поддерживать разнообразие земных животных и растений. И не только потому, что от столь многих из них зависит, не умрем ли мы с голода, — хотя это так. И не только потому, что мы еще слишком мало знаем о них и о той практической пользе, которую они могут принести нам в будущем, — хотя это так. Главное же, у нас нет нравственного права уничтожать навеки тех, с кем мы делим нашу планету.
Ведь, насколько нам пока известно, наша Земля — единственное место во всей черной необъятности Вселенной, где существует жизнь. Мы в космосе одни. И от нас зависит, чтобы жизнь эта продолжалась и дальше.
126. Саамы со стадом северных оленей
127. Овечье пастбище (Саут-Даунс, Англия)
128. Сирс-Билдинг (Чикаго)
129. Оксфордский крестовник
130. Скворцы, устраивающиеся на ночлег на Трафальгарской площади (Лондон)
131. Бакланы Бугенвилля (Перу)
132. Планета Земля
Послесловие
Тем, что предыдущие страницы были написаны, я обязан многим и во многом. В первую очередь — моим коллегам на телевидении Би-би-си, с которыми я обсуждал первые варианты сценария. По их совету я выбрал в качестве примеров новых и малоизвестных животных вместо уже неоднократно демонстрировавшихся, как собирался вначале, и внес исправления и добавления. Особая моя благодарность тем, кто взял на себя ответственность за конкретные программы: Ричарду Броку, Неду Келли и Эндрю Нилу, но, так или иначе, я обязан им всем и благодарю их всех.
