Виктория закончила перевязку.
– Как ты думаешь, это его последний бой? – спросила она Корда.
– Возможно. Я хочу, чтобы он остался жив. Хотя, если он уйдет в резервацию, это может убить его. И все-таки хочется надеяться, что я правильно поступаю. Я имею в виду, что склоняю его к капитуляции.
– Это не капитуляция, Корд. Речь идет о выживании. В конце концов, получить денежное вознаграждение после всех злоключений совсем неплохо.
– Посмотрим. А сейчас нам надо собрать лошадей и отправляться обратно. Мне не хочется проводить здесь еще одну ночь.
– Насколько я понимаю, охота за Красным Герцогом откладывается?
– Я бы рад, но не могу отпустить их к Мигелю одних вместе с пленными. У него там сейчас военный лагерь. Мало ли что может случиться.
– Это серьезный довод. Значит, Красный Герцог может еще пожить.
– Пока да. Если, конечно, ты его не убила.
– Все может быть.
– Не беспокойся, Чепс. Я добуду его живым или мертвым. Только не сейчас. Пока еще много дел здесь.
Корд обнял ее за плечи и повел к лошадям.
Вскоре большой караван уже направлялся в сторону гор Пелонсильо. Виктория заглянула вперед, потом обернулась назад. Она ехала почти в середине длинной вереницы всадников и была очень довольна, что на сей раз находилась под охраной апачей. Они неусыпно следили за команчами, в которых по мере продвижения все больше просыпался воинственный дух. Кроме пленных, апачи везли еще и некоторое число убитых бандитов – их привязали к седлам, – но те теперь уже никому не могли причинить вреда.
Жаль только, что не удалось поймать Красного Герцога. Виктория так мечтала об этом. Когда они пересекали долину, она посмотрела на юг. Интересно, умер он от ее пули или нет? Судя по всему, ему было очень больно. Наверняка он наполовину ослеп. Но Красный Герцог был сильный мужчина. Она помнила, как он развернул жеребца и поскакал. Видимо, в тот момент он вполне владел собой.
Она перевела взгляд на руку с кольцом. Теперь в него была вложена новая пуля. После своего первого выстрела Виктория решила, что впредь полностью полагаться на это оружие нельзя. Убойным его не назовешь. Хотя отпугнуть и ранить врага, безусловно, можно, и с неплохим результатом.
Она снова посмотрела на юг и заметила, что Корд сделал то же. Они оба хотели немедленно отправиться за Красным Герцогом, чтобы покончить с ним и точно знать, что он больше никогда не причинит никому зла. Однако пока приходилось довольствоваться тем, что он ранен и вынужден скрываться в Мексике, один, без верноподданных, без денег, без всего… если он вообще еще был жив.
Виктория оставила мысли о Красном Герцоге. Он разбит, его люди уничтожены или взяты в плен. Теперь можно поразмышлять о чем-нибудь хорошем. Она окинула взором своих спутников и подумала, что было бы неплохо провести побольше времени в отряде. Правда, Корд объяснил ей, что нынешние воины живут совсем не так, как индейские племена – с их вигвамами, женщинами, детьми, всем хозяйством. Они вынуждены постоянно передвигаться с места на место, чтобы их не обнаружили, и это кочевая жизнь продолжается уже довольно долго.
Может, ей отправиться в резервацию? Это значит, что можно будет еще какое то время остаться с Кордом. Но нужно ли это делать? Алисия благополучно вернулась к Мигелю, Красный Герцог ранен и скрывается в Мексике, команчи уже почти сданы военным. Собранного материала с избытком хватит на несколько романов. Возможно, Черные Уши получит веление свыше и расскажет то, что обещал. Тогда в копилку добавится еще несколько волнующих историй о скитаниях апачей, их борьбе за свои исконные земли. В таком случае действительно ли ей и дальше нужен Корд? И нуждается ли он в ней?
Виктория посмотрела на него с щемящим чувством в сердце. Ей вспомнилось, как его тело откликалось на ее прикосновения, когда они были вместе. Она отвела взор. Разумом она понимала, что они больше не нужны друг другу. Но откуда тогда это ощущение безысходности при мысли о том, что она теряет его навсегда?
Однажды ей уже приходило в голову, что, возможно, это любовь. После этого они еще долго пробыли вместе и столько пережили, что он стал ей ближе чем когда-либо. Но она не забывала, что Корд апачи. То, что в его жилах текла испанская кровь, не имело значения – он вырос среди апачей. Какой путь он теперь изберет? Пойдет вместе с ними в резервацию? Или останется вольным кочевником на своей земле, где на каждом шагу его будет подстерегать смерть?
Виктория не могла без страха думать об этом. Такой жизни она бы не вынесла. Она нуждалась в мире и покое. Она хотела, чтобы у нее была возможность спокойно размышлять, писать и общаться с другими людьми. Ей хотелось иметь дом, где она могла бы принимать друзей. А Корд? Она опасалась, что его душе милее скитания. Вряд ли вечная походная жизнь сделает ее счастливой, какие бы чувства она ни испытывала к нему. Кроме того, он никогда не говорил, что после всех этих событий они останутся вместе.
Странная вещь, рассуждала она, казалось бы, самое время праздновать победу и радоваться, а на сердце такой гнет, словно навсегда расстаешься с частью самой себя. Нет, как только закончатся их дела у Винсентов, она тронется в путь. Отправится обратно в те места, где ее похитил Корд. Но она изменилась. Трудно оставаться прежним человеком, узнав, что такое Запад. Она покинет его не странником, ехавшим поглядеть на туземцев сквозь застекленные окошки дилижанса, чтобы потом писать забавные рассказы и зарабатывать на этом деньги. Теперь очень многое связывало ее с этой землей.
Действительно, все оказалось совсем не так, как она себе воображала. И сейчас, сравнивая прежние представления с новыми впечатлениями, она пребывала в легкой растерянности. Здесь она узнала много такого, чего не понимала раньше и не могла знать, сидя у себя в Нью-Йорке. И у нее изменился подход к творчеству, к своим романам. Она собиралась написать правду и теперь могла сделать это, потому что глубоко изучила подлинную жизнь Запада. Ее отец гордился бы ею, если б мог узнать, как она собиралась писать задуманную ими серию. Эти мысли согревали душу.
Виктория снова посмотрела на Корда. В отношении его все оставалось неясным. Разве мог Корд измениться? Нет. Она не представляла его даже на самую малую толику иным, кем он был. И вместе с тем понимала, что многого о нем не знает: ведь он до сих пор продолжал преподносить ей сюрпризы. Так, может, стоит дать ему шанс? Но это предполагает, что он, в свою очередь, должен дать шанс ей. А захочет ли?
Нет, все это ни к чему, решила она. Не следует испытывать судьбу и подвергать себя такого рода риску. Ужасно не хотелось быть отвергнутой. В свое время она была нужна Корду, он не мог обойтись без ее помощи. Теперь, когда дело сделано, каждый пойдет своей дорогой. Но только не сейчас. Пока она не собирается расставаться с ним. У них остается еще немного времени, и нужно провести его в свое удовольствие, а также отпраздновать победу. А дальше как получится.
