Только к концу своего речитатива женщина как будто вспомнила, зачем ее подвели к микрофону, наконец-то выдавив из себя что-то вроде «на кого же вы нас покидаете».
Отвечать коротко было бы невежливо. Президент хотел показать, что с первого же вопроса будет говорить со Страной обстоятельно. Чем больше ответ, тем меньше будет вопросов. Сразу надо было продемонстрировать, что Забайкалье не забыто, что Президент помнит об этом «регионе».
«Мы не допустим того, чтобы ситуация там деградировала и дальше», — решительно вымолвил президент. И, как ему показалось, был очень убедительным, напомнив, что в правительстве принимают множество программ для этого. Что это за программы, Президент не вспомнил. И даже не хотел вспоминать. Это было не нужно. Забота была выражена, чего же еще? Ведь по инициативе Президента создана целая комиссия, которая будет заниматься всеми восточными территориями страны! И главой комиссии, как и многих других, вновь назначен председатель правительства — свежеиспеченный! Разве могут быть какие-то сомнения?
Президент начал чувствовать себя в роли полководца, который вступил в схватку. Осталось только оглушить аудиторию какой-нибудь круглой и очень большой цифрой. Сколько там у нас? А! 500 миллиардов рублей! Выделено! Правда, на пять лет, но не важно… Цифра-то какая! На загляденье! С такой цифрой от Урала до Тихого океана не останется ни одного сомневающегося в том, что Президент должен превратиться во Властителя — вылупиться как бабочка из куколки. Будет вам все — газ, свет и даже «Супер-Джет»! В смысле, такое название самолета для «дорогих россиян». Строить будут там — на Дальнем Востоке! Если уж и самолеты будут, то никаких аргументов против, никакой тени сомнения в необходимости превращения Президента во Властителя быть не может. Кто же, если не он, будет проводить в 2012 году тот самый саммит на острове Русский? И что нам один мост на остров? Пустяки! Не один, а два моста! Вот так! А вы думали! Два моста!
Президент вовремя остановился. Его явно занесло. Какие еще мосты? Мечты, а не мосты! Но удержаться от эмоций Президент не мог. Он должен был показать, что проект сноса Сочи и постройки на его месте нового города — это не причуда, это большая политика! И будет она повсюду — вплоть до острова Русский! Если надо, то можно и сам остров снести и насыпать на его месте новый. А мосты — пустяк! Главное — верить в мечту. И мечта эта — совсем близко. Глупый Хрущев обещал через 20 лет догнать Америку и построить коммунизм. А тут все рядом! Осталось только немного потерпеть, а до того — проголосовать за все, что предложит Президент. И мечта сбудется. А если нет, то Президент (тогда уже Властитель) пообещает новую мечту — что-то такое же фантастическое, фантастически ненужное и нереальное, но сулящее людям все и сразу. И они должны будут снова поверить… Как в анекдоте: «Мы вам столько обещали! Чего же вам еще нужно? Хорошо, мы пообещаем вам еще больше!»
Пафос Президента сломался о следующий вопрос. Почему вдруг из Владивостока его задают? С чего это там интересуются зарубежными соотечественниками? Что им надо? Что городит этот человек про гостей из ближайших стран? Он ксенофоб? А, нет… Это студент! Сказали же ему, что надо говорить, что нет работы для финансистов. А он совсем о другом…
Ладно, не будем расстраивать студента. Будет работа! Будет! Тут ведь какие перспективы! Мосты! Самолеты! Саммиты! Работа будет — это точно, дорогой Владик. Это же Владик… Ну кто всерьез будет воспринимать человека, если он просто Владик?
Про соотечественников отвечать все же надо. Не Владику, а всем остальным, кто ждет ответа. Программа по соотечественникам есть. Что еще надо? Есть пилотные регионы. Есть пособие на переселение в целых 60 тыс. рублей. Административные барьеры будут преодолеваться неуклонно.
Беда только в руководителях регионов, которые в этом вопросе работают как-то без огонька. Но это уже проблемы регионов, за которые Президент не отвечает. Он же разграничил полномочия? Вот и не надо ему проблем, которые решают на другом уровне.
Президент не помнил, сколько переселилось в Россию соотечественников по его прошлогодней программе. Но точно знал, что цифру эту лучше забыть. Не было переселения. Вот китайцы переселяются, это точно. И надо, чтобы к ним было толерантное отношение. Иначе с какими глазами ехать вновь в объятья великому соседу? Пусть приезжают, поработают и уезжают. Разве плохо? К тому же экспертные оценки говорят, что ничего критического нет. Пусть себе приезжают. Зачем же смущать экспертов недоверием?
И опять студент. Снова вопрос про саммит на острове. А еще про игровые зоны, куда должны перетечь через несколько лет все игровые заведения. Президент снова не без удовольствия вспомнил, что и этот вопрос он перехватил у оппозиции. Неважно, что студента интересует опасность перетекания криминала вместе с игровыми заведениями. Ну да это пустяки — пусть еще поборются меж собой за доходы от игры на деньги. Им еще объяснять надо, какой куш они сорвут, если покажут свою нужность? Пожалуйста: «Наличие такой игорной зоны на той или иной территории означает, по прогнозам экспертов, значительный приток в региональный бюджет. А это дополнительные возможности для решения социальных задач, и все, что с этим связано». Ясно? Эксперты все вам сказали. А экспертам кто сказал? Ну, об этом не стоит говорить вслух. И на всякий случай надо напомнить: «Если руководство области, края, республики вообще не хочет, то, пожалуйста, можно перенести это в совершенно другое место. Но я вас уверяю, что, поскольку это привлекательно с экономической точки зрения, вряд ли от этого кто-то откажется».
На этом вопросе Президент вновь почувствовал себя усталым. Перехваченные у оппозиции темы он осветил, как ему показалось, даже с блеском. Но Президент не заметил то, что заметили все, кто следил за его речью — в глазах Президента не было никакого блеска. Они были усталыми и даже злыми.
Разговор с Сибирью как-то не заладился. Человек с трудно произносимой фамилией обратился не как полагается обращаться в адрес Властителя, а как к какому-то чиновнику. Что Президент как-то назвал себя чиновником, нанятым на срок, ничего не меняло. Это он мог так скромничать. А вот другим не следовало называть его «господин Президент». С Новосибирском надо будет построже. Распустились! И что за вопрос задан! Будто бы есть сомнения, что сибирские богатства могут поделить между собой другие страны! Они, конечно, поделят. Точнее, уже поделили. Но кто же станет в этом признаваться? Ведущие корпорации мира уже вложили свои деньги. И все было бы нормально, если бы проклятые политики не трактовали все это так, как им хочется! А им хочется не только доходов, но и власти. Мало им, что качают наши ресурсы и торгуют ими, подавай еще и контроль за территорией! Фиг вам! Мы за этот контроль будем драть с вас налоги и кое что еще! И граждане нас поддержат, даже если им с этого не достанется ни гроша. А мы убедим их в том, что кое-какие гроши все же им достаются. И они никому не отдадут Россию. Только Властителю!
Президент был раздражен. И в таких ситуациях из него выскакивали всякие словечки, которые потом обсасывала «желтая» пресса. Вот и теперь Президент неожиданно для себя назвал планы дележа недр Сибири «политической эротикой». Он хотел бы сказать «политический онанизм», но вовремя спохватился. От этого, правда, фраза сломалась и окончилась с трудом подобранным: «вряд ли это приведет к положительному результату». Почему положительному, для кого положительному? Об этом Президент не стал задумываться и торопливо перескочил на другую тему. Причем, как-то промахнулся, попав сразу в Ирак: «Маленькая страна, которая вряд ли может себя защитить, и которая обладает огромными нефтяными запасами. Ну, и что там происходит? Мы же прекрасно видим. Стрелять научились, навести порядок пока не очень получается. Да и вряд ли получится, потому что воевать с народом — абсолютно бесперспективное дело».
Ирак подвернулся на слово неслучайно. Президент не раз думал, что будет, если американцы всерьез захотят убрать его, как убрали Саддама Хусейна. Насколько им сложно поразить ключевые звенья нашей обороны высокоточным оружием, а потом высадить десанты для захвата штабов и ключевых экономических объектов? Президент знал, что ядерные силы здесь не помогут. Стремительную атаку «легкой кавалерии» отбить нечем. Армии по сути уже нет. Во главе финансовый смотритель. «Мебельщик», как презрительно называют его не только в войсках — по его основанной профессии. Ведущие военные академии закрыты. Помещения растащили местные власти. Подводный и надводный флот, почитай утонули, как в свое время лодка «Курск». Одна надежда, что Россия — не Ирак, побольше будет. О том президент и сказал. И мысленно поблагодарил предков, что в идущем от их вековой древности бездорожье увязла не одна завоевательная армия. Будем надеяться, что увязнет и теперь. Даже если у нас патронов хватит только на неделю.
