Конрад командовал собственным флотом, это Конрад был одним из тех, кто официально объявил Федерации войну, а Аргза и в самом деле только тенью следовал за ним с тех пор, как потерял собственное судно и небольшую флотилию в одном из первых больших сражений Войны. Аргзе доводилось слышать самые разные слухи на свой счет: и что он просто слишком неумелый командир, чтобы быть капитаном судна; и что он как-то раз в порыве гнева собственноручно поубивал всех своих подчиненных, а те, кого он не достал, просто сбежали; и даже что он якобы спит со своим кузеном, потому и не спешит восстанавливать утраченное. Он казался всем простой пешкой, не имеющей никакого влияния. Однако почему-то никому и в голову не приходило предположить что-то правдивое: например, что боевые операции на корабле Конрада планирует в основном именно он. Или что Конрад никогда не питал к нему какой-то родственной привязанности и соответственно ни за что бы не взял его на корабль, если бы не был уверен, что без него не обойтись. Или что на новый корабль и новую команду требовались время и ресурсы, которые до окончания Войны можно было обнаружить разве что в тылу, а уж туда он не собирался точно: ему жизненно необходимо было драться в первых рядах. Пусть даже за плечом братца.
И уж тем более никому не приходил в голову почему-то самый простой вариант из всех возможных: что он всего лишь дожидался своего часа, находясь в тени по собственной воле. Что он не хотел тратить время на возвращение к собственному пути, раз уж мог забрать уже готовое: чужой корабль, чужую команду, чужие банковские счета, чужой золотой запас, чужие знания, чужие умения – в самом деле, перспектива быстро и легко завладеть всем этим в сравнении с перспективой зарабатывать все самому выглядела настолько же заманчивее, насколько идея пиратства в целом в сравнении с честным законным трудом. У него имелся один секрет, благодаря которому он планировал окупить вскоре разом все эти насмешки и домыслы со стороны.
Итак, это был Аргза Грэн, еще без паучьего корабля, без когтей с паучьими лесками, без своего паучьего прозвища – но уже со всепоглощающей паучьей жадностью, являвшейся его отличительной чертой.
(Аргза, конечно, не сказал о себе именно так, но Сильвенио сделал этот очевидный вывод сам, мельком отметив еще, что похвально не вздрогнул при намеке Аргзы на небезызвестный ритуал.)
– Ты опоздала. – Черное Руно недовольно покосился на рыжую воительницу, пришедшую в бар последней. – Мы ждали тебя сорок пять минут, Красный Скорпион.
Та раздраженно передернула плечами, наливая себе виски возле барной стойки, и залпом опрокинула в себя целый стакан.
– Ну уж извините, что пришлось разбираться с двумя кораблями этих ублюдков, которых послали к местным властям для переговоров!
С Красным Скорпионом они тогда были знакомы чуть дольше, чем с остальными, собравшимися здесь: Аргзе приходилось порой сражаться с ней бок о бок, когда еще было цело его собственное судно. Но до сих пор все столкновения с ней были случайны: она не шла на контакт, появлялась в самых разных боях и исчезала так же внезапно. То, что даже она решила сейчас наконец пересмотреть свою нелюбовь к заключению всяческих союзов, лишний раз подтверждало всю серьезность происходящего в мире.
– Они уже послали сюда парламентеров? – Черное Руно вздернул бровь. – Что ж, полагаю, это означает, что у нас остается все меньше и меньше времени. Предлагаю начать наше собрание. Я надеялся, что будут еще люди из Клана Волка, но мне сообщили, что они попались в засаду еще на вылете с базы. Тем лучше: нам не нужны слабаки, а Клан Волка в последнее время основательно сдает позиции. Итак… – Он оглядел собравшихся. – Здесь двенадцать капитанов. Мы здесь, чтобы заключить взаимовыгодный союз, и вы все дали на это согласие. Не сомневаюсь, что каждый из вас предпочитает работать в одиночку, но таковы обстоятельства, что сейчас полезнее наступить на горло своим принципам ради общей победы. Потому предлагаю для начала каждому назваться в следующем порядке: имя или кличка, статус, сколько боевых кораблей имеете и, наконец, кратко – какие цели в Войне преследуете. Откровенно говоря, последнее меня не особенно интересует, но среди нас присутствуют те, чье участие мне кажется весьма подозрительным. Я не хочу рисковать.
– А этот красавчик-дикарь, одетый по последней моде среди парней-обезьян, будет исполнять роль дизайнерского шкафчика? – тут же поинтересовалась Хенна насмешливо.
Аргза послал ей в ответ широкую ухмылку.
– Милая, – сказал он благодушно, и она громко фыркнула от такого обращения, – я рад, что с первого взгляда так тебе приглянулся, но, думаю, тебе не стоит так отчаянно добиваться моего внимания. Поверь, этот «шкафчик» запросто может свернуть твою хрупкую шейку.
– Хочешь испытать, насколько она хрупкая?! – Глаза ее немедленно загорелись яростью.
Стрелок, до этого момента скучающе метавший дротики в мишень, висевшую на противоположном конце зала, вдруг изменил направление одного из них и прицельно метнул дротик в Хенну. Он только чуть повернул запястье, не двинувшись с места, но та отреагировала мгновенно: отразила дротик мечом, сверкнувшим в свете тусклых ламп красным лезвием.
– Эй, страстная дамочка, не ори так громко. Бесишь. Ты не могла бы продолжить свой флирт с этим элементом декора позже?
Разумеется, она тут же развернулась к нему. Конрад закатил глаза, видимо, предчувствуя скандал.
– Кто тут бесит – так это ты, мистер Розовая Маечка! – Лицо ее приобрело совершенно хищное выражение. – Повтори-ка, что ты там вякнул из своего уголка!
– Да. – Аргза тоже повернулся к нему, уже совсем не так благодушно. – Будь добр, повтори, что ты там ляпнул про элемент декора.
Конрад уронил лицо в ладонь. «Я окружен идиотами», – ясно говорил весь его вид.
– Удачи нашей новой сладкой парочке, – равнодушно добавил Ядовитый Рог из другого угла, полирующий, как всегда, неизменные катаны. – Отрежьте отродью язык, у некоторых рас совместное расчленение парой кого-то третьего считается брачным ритуалом.
– А ты заткнись! – ощетинилась воительница. – Косишь под самурая – коси молча!
– Какие тут все заботливые, диву даюсь. – Аргза посмотрел на нового шутника. – Может быть, нам с этой чудесной воспитанной леди стоит начать с твоего языка? Или с каких-нибудь других частей твоего тела?
– Что я слышу? – Стрелок неприятно рассмеялся и метнул пару дротиков уже в Крэйена, но и они встретили на своем пути лишь сталь. – Ты не только в кои-то веки со мной соглашаешься, но и перекладываешь на других свою работу, Рогатый! А как же наша большая и светлая любовь? Ты же
