Читаем без скачивания Самоубийство сверхдержавы - Патрик Бьюкенен

Отчет коронера о кампании Маккейна

Изучение данных экзитполов в кампании Маккейна и Обамы очевидно и бесспорно устанавливает, как бы в отчете коронера, смерть «Великой старой партии».

Анализ статистики Бюро переписи населения, выполненный в апреле 2009 года Исследовательским центром Пью, показывает, что белые составляли в 2008 году 76 процентов избирателей (в 1960 году их было 94 процента){969}. Афроамериканцы представляли 12 процентов избирателей; выходцы из Латинской Америки – 7,4 процента; выходцы из Азии – 2,5 процента.

По результатам опросов с ноября, Маккейн получил 55 процентов голосов белых, 31 процент голосов американцев латиноамериканского происхождения и 4 процента голосов чернокожих; аналогичный процент голосов чернокожих получил Дэвид Дюк, баллотируясь на пост губернатора Луизианы.

Но если черная Америка объединилась на президентских выборах, белая Америка стала домом разделенным. В Алабаме, Миссисипи и Луизиане Маккейну достались 85 процентов голосов белого населения. В Вашингтоне, округ Колумбия, он недосчитался тех же 85 процентов голосов белых. В августе 2008 года 8 процентов белых избирателей сочли расу важнейшим фактором предстоящих выборов, а 13 процентов посчитали расу одним из важнейших факторов. Более трети белых, заявивших о важности расовой тематики, признались, что будут голосовать за Обаму{970}. Почти наверняка Обама получил миллионы белых голосов в силу своего происхождения.

Что касается результатов голосования в 2008 году чернокожих, то «Нью-Йоркер» пишет:

«Судя по данным экзитполов, чернокожие составляют около 1,1 процента избирателей Маккейна; это ниже исторического среднего показателя, но не намного. (В 1984 году, когда президента Рейгана переизбрали подавляющим большинством, чернокожие избиратели представляли всего около 1,5 процента от общего числа.) Американская политика десятилетия оставалась сегрегированной; выборы чернокожего президента лишь сделали сегрегацию более явной»{971}.

Что касается религиозной принадлежности, то протестанты обеспечили 54 процента избирателей; католики – 27 процентов; иудеи – 2 процента. Маккейн получил 54 процента голосов протестантов, 45 процентов голосов католиков и 21 процент голосов иудеев. Простая арифметика: 64 процента избирателей Маккейна – протестанты, 27 процентов – католики. Таким образом, 91 процент избирателей Маккейна составили христиане, 91 процент – белые. Республиканская база – белые христиане.

Черные американцы принесли Маккейну 1 процент голосов, а евреи – меньше 1 процента. Хотя лишь немногие сенаторы настроены более произраильски, чем Маккейн, который хотел включить в свою администрацию сенатора Джо Либермана, еврейского независимого демократа, этот кандидат потерял поразительные 57 процентов голосов евреев. Норман Подгорец объясняет:

«Для большинства американских евреев… либерализм сделался больше, чем просто политическим мировоззрением. На практике он фактически заменил иудаизм и стал религией в собственном праве. Догматы и заповеди этой религии побуждают евреев к той же лояльности, какую их предки хранили Ветхому Завету. У многих любое движение вправо вызывает не меньший ужас, чем у их предков – обращение в христианство»{972}.

Республиканские «заигрывания» с еврейскими избирателями не удались. А учитывая общее сокращение числа евреев в национальном электорате, эти «заигрывания» вообще выглядят бессмысленными, пусть конфликт Обамы с Нетаньяху и партией «Ликуд» намекает, что республиканцам рано забывать о евреях (что подтвердили выборы во Флориде в 2012 году). Но пока Обама остается голосом и лицом своей партии, афроамериканцы, которых в шесть-семь раз больше, чем евреев, будут за демократов. Да, это не повод отмахиваться от данной части электората. Но это показывает, где не ловится рыба.

Теперь молодые избиратели. Маккейн уступил в голосовании среди избирателей в возрасте от восемнадцати до двадцати девяти лет в пропорции 32 процента к 66. Джордж У. Буш также дважды терпел поражение в этой возрастной группе, хоть и менее серьезное. Тем не менее, на третьих президентских выборах подряд республиканцы теряют молодежь. Особенно тревожно для партии то, что «пожизненная» привычка к партийному голосованию формируется, как правило, на нескольких первых выборах, в которых участвует человек.

Нельзя игнорировать, кроме того, этнический и религиозный факторы. Как пишут Чак Тодд и Шелдон Говизер в своей книге «Как победил Барак Обама»:

«Молодые избиратели более разнообразны в расовом и этническом отношении, чем прочие, и это разнообразие усиливается на протяжении долгого времени. Всего 62 процента избирателей в возрасте до 30 лет являются белыми, в то время как 18 процентов – чернокожие и 14 процентов – испаноязычные. Четыре года назад эта возрастная группа состояла на 68 процентов из белых; в 2000 году белых насчитывалось почти три четверти, или 74 процента. Молодых можно назвать более светскими в их религиозной ориентации, они реже посещают богослужения на регулярной основе, и светские избиратели склонны голосовать за демократов»{973}.

Тем самым мы возвращаемся к критичности белого голосования для республиканцев; отсюда, собственно, и близкий, возможно, катастрофический кризис, спровоцированный политикой открытых границ, которая уменьшает партийную базу, представленную новейшим меньшинством Америки. Как пишет Томас Эдсолл, обозреватель ресурса «Хаффингтон пост»:

«Тенденция бросается в глаза. В 1976 году 89 процентов избирателей были белыми. Эта цифра уменьшилась… до 88 процентов в 1980 году, 86 процентов – в 1984 году, 85 процентов – в 1988 году, 83 процентов – в 1996 году, 81 процента – в 2000 году, 77 процентов – в 2004 году и 74 процентов – в прошлом году. Единственным исключением был 1992 год, когда участие независимого кандидата Росса Перо увеличило количество белых избирателей до 87 процентов»{974}.

Республиканский аналитик Билл Гринер писал после выборов 2008 года:

«В 1976 году 90 процентов голосов, поданных на президентских выборах, обеспечили неиспаноязычные белые. В 2008 году Джон Маккейн выиграл среди них в соотношении 56 к 43 процентам. Если бы Джон Маккейн баллотировался в 1976 году, он бы не просто победил, но стал бы президентом исключительно голосами белых – мнение цветных не имело бы значения»{975}.

Гринер подводит итог:

«Несмотря на все разговоры о влиянии Сары Пэйлин, несмотря на непопулярность президента Буша, несмотря на трудности в партии, побеждающей на третьих национальных выборах, несмотря на харизму Барака Обамы (и признаний в любви, обрушившихся на него в СМИ), несмотря на финансовый кризис, несмотря на все прочие факторы, будь Джон Маккейн кандидатом в те времена, когда неиспаноязычные белые составляли подавляющее большинство избирателей, сегодня он занимал бы президентское кресло»{976}.

Вывод заслуживает того, чтобы его повторить. Белые американцы, которые обеспечивают республиканскому кандидату в президенты девять из десяти голосов, уменьшились в численности до менее чем двух третей населения США и трех четвертей избирателей. Количество цветных между тем растет – и как доля населения, и как процент электората. На президентских выборах цветные голосуют преимущественно за демократов. За них – 60 процентов азиатских избирателей, 60–70 процентов выходцев из Латинской Америки и 90–95 процентов афроамериканцев.

Вопреки республиканской победе 2010 года, «число округов, где меньшинства составляют по меньшей мере 30 процентов населения, примерно удвоилось – с четверти в 1990-х годах до половины в настоящее время»{977}. Это означает, что все больше и больше избирательных округов становятся стабильно демократическими, даже при общем республиканском перевесе, как в 2010 году.

Благодаря массовой иммиграции, неспособности предотвратить проникновение в страну от двенадцати до двадцати миллионов нелегальных иммигрантов и нежеланию решать проблему «детского гражданства»[236], Республиканская партия получила новый электорат, который уверенно отправляет партию по пути вигов[237]. После поражения Джона Керри от Буша Майкл Мур утешал либералов:

«…Восемьдесят восемь процентов поддержки Бушу обеспечили белые избиратели. Через 50 лет Америка лишится белого большинства. Эй, 50 лет – это не так уж долго! Если вам сейчас десять и вы читаете эти строки, ваши золотые годы будут по-настоящему золотыми, и о вас хорошо позаботятся на склоне лет»{978}.

«Демографически Пэйлин привлекает вымирающий электорат, – говорит Франк Рич. – Это белые избиратели, живущие вне городов»{979}.

Пусть Рич радуется этому факту, он, к сожалению, прав. Политолог Алан Абрамовиц предполагает, что меньшинства будут составлять в 2020 году 34 процента избирателей{980}. Белые обеспечат всего 66 процентов электората. Кандидат Республиканской партии может набрать те же 60 процентов, какие партия получила в 2010 году, и все же уступить минимум 10 процентов своему оппоненту.