называет его только так. Смекнув, что я ляпнула, краснею и только сейчас понимаю, что он все еще держит меня за талию.
Высвободившись, отхожу на несколько шагов.
— Это точно я, — смеётся он.
— Ну блин, вы где? — высунувшись из кухни, Лена недовольно разводит руками, — ну нормально, я их жду, а они языками чешут. Сюда идите.
Спрятав в уголках губ улыбку, я иду на помощь подруге, а Руслан, именно так его зовут, на сколько я помню, движется следом.
— Это что тут за углеводная бомба? — нырнув рукой в корзину, достаёт оттуда гату и отламывает кусок.
— Эй, это маме и гостям, — бьет его по руке полотенцем Лена.
— Я — гость, — демонстративно закинув выпечку в рот, жует и показывает класс, — супер, ты пекла? — вопросительно смотрит на меня.
— Я.
— Не только красивая, но и хозяйственная. Где таких еще делают?
Смущенно опускаю взгляд.
— Вообще-то вот еще я есть. Красивая и хозяйственная, — крутится вокруг своей оси Лена, демонстрируя себя во всей красе.
Я смеюсь.
— Не. Ты не тот формат.
— Это еще почему?
— Потому что не мой формат.
— Ани тоже не твой. Она замужем.
— Я поэтому и спрашиваю где еще таких делают? Желательно клонов.
Встречаюсь с его живыми глазами и улыбаюсь от того, насколько он открыт в эмоциях. Высокий, широкоплечий и довольно симпатичный. Кажется, Лена говорила, что ему около двадцати шести. А выглядит младше. Наверное, поэтому я тогда подумала, что он студент, когда мы впервые встретились. Интересно, что он делал в университете? На сколько мне известно, Руслан работает в ресторане. Подмигнув мне, парень берет кусочек колбасы с тарелки и закидывает его в рот.
Лена заметив его не идеальное преступление, собирается ударить его снова по рукам, но Руслан, выхватив полотенце, лупит её им по пятой точке.
— Не доросла еще брата воспитывать, мелочь.
— Так, иди отсюда, по добру по здорову, — взрывается она, — пока все придут, ты тут уже все тарелки подчистишь.
Стащив еще пару кусочков сыра, Руслан ретируется под нарастающее ворчание Лены, и мы наконец беремся за готовку. Я ставлю в духовку картошку, Лена тушит говядину и нарезает продукты для салата.
Я делаю еще один традиционный армянский. Как я говорила — она балдеет от нашей кухни, поэтому и попросила для мамы и их многочисленных родственников сделать что-то новенькое.
— Лен, а Руслан же в ресторане работает? — спрашиваю после того, как он в очередной раз уходит в зал с посудой.
— Да. Сушеф уже. Повысили, — с гордостью.
— Здорово. Я его в университете видела как-то весной. Разве он не окончил его давно?
— Ага. К девушке своей ходил периодически. Она на пятом курсе учится.
— Ммм.
— Бывшей, — поправляет её он, войдя снова на кухню.
— Слава Богу, да. Открылись глазоньки твои на эту грымзу.
— Ленка, — предупредительно осадив её, Руслан достаёт из ящика вилки и ножи.
— Молчу-молчу. Надо будет, кстати, как-то зайти, к тебе. А то мы у Давида Аниного были, а у тебя — нет. Покормишь нас, — задиристо улыбнувшись, она получает от брата по носу.
— Тебе лишь бы поесть.
— Когда вкусно, почему бы и нет? Правда, Ани?
— Если только это удобно… — улыбаюсь, наблюдая за ними, — и мы конечно заплатим.
Давид с Лены денег не берет, а я так не смогу.
Хмыкнув, Руслан, обводит меня пристальным взглядом.
— Ты всегда такая правильная?
Встретившись с ним глазами, отчего-то чувствую неловкость и болезненный укол….
— Да…
Всегда…
Справиться к указанному времени мы успеваем с трудом. За десять минут до прихода мамы и гостей, Лена срывается в комнату, чтобы переодеться. Руслан посмеивается над ней и помогает мне расставить последние блюда на стол.
Окинув все взглядом, остаюсь довольна результатом. Чего здесь только нет…. Думаю, маме понравится… Я бы точно оценила, если бы мой ребенок для меня так постарался.
— Я тогда поеду, пока еще виновница торжества не приехала, — сняв с себя фартук, делаю шаг в сторону кухни, чтобы забрать телефон.
— Э… — ловит меня за локоть Руслан, — не-не-не. На праздник останешься. Хоть скрасишь мне вечер. Сейчас набегут тетушки, накинутся на меня со своими не меняющимися уже какой год вопросами, а так может сдвинут прицел своего интереса на тебя.
Улыбаюсь, заражаясь его настроением.
— То есть, меня можно под каток?
— Под каток нельзя. А помочь избежать вопросов о свадьбе и детях бедному мне — можно.
Конечно, я остаюсь. Потому что Лена, как оказалось, тоже не собиралась меня отпускать.
Семья у неё шумная и очень веселая. Её мама безустанно нахваливает мою гату, что мне безумно льстит. Тетушки Руслана не сменив свой прицел, таки закидывают его вопросами о том, когда он уже женится и подарит матери внуков. Он закатывает глаза, а я улыбаюсь, наблюдая за всеми и ненароком вспоминаю, как мы вот также собирались всей семьей в Ереване.
Тоже шумно и весело… большой семьей. Сестра Лены Катя то и дело воркует со своим мужем, скармливая ему маринованные грибы и красней от того, что он жарко говорит ей что-то на ухо.
Не замечаю, как сникаю… Мне бы тоже хотелось вот так — легко и просто. Чтобы муж притягивал к себе и целовал, не замечая людей вокруг. Чтобы я улыбалась от его эмоций и внутри было тепло-тепло…
Но у меня так никогда не было. А Катя ведь моего возраста…
Подождав немного, вежливо прошу прощения и еще раз поздравив именинницу, иду на выход. Хочу домой, к мальчикам моим.
— Может еще посидишь? — спрашивает Лена, пока я одеваю шапку с курткой.
На улице пошел дождь, и, наверное, придется вызвать такси.
— Нет, спасибо. Я поеду уже.
— Погоди пять сек.
Убежав на кухню, Лена приносит мне пару пластиковых коробок с мясом, десертом для мальчиков и пирожками, которые она испекла.
— Спасибо, — благодарно целую её в щеку и уже собираюсь выйти, как за ее спиной вырастает Руслан.
— О, ты тоже уходишь?
— Тоже? А ты куда собрался? — недоумевает Лена.
— Скоро приеду, — подмигнув ей, парень тянется за своей курткой. — поехали, подвезу тебя.
— Да не надо, спасибо…
— Ты видела, что на улице происходит?
Гроза, да…
Обернувшись на окно, машинально ёжусь, но и принять его предложение не могу.
— Я такси вызову, не нужно.
— Выходи давай, — подтолкнув меня на лестничную площадку, он выходит следом. — Мне не сложно.
— Ты же даже не знаешь в какую сторону.
— Да мне в любую не сложно.
Октябрьский дождь и правда словно с цепи сорвался. Ветер клонит кроны деревьев к земле, небо черное, а в машине у Руслана тепло и приятно пахнет.
