«А ведь он ничуть не лукавит, — тоскливо подумала Скай. — Неудивительно, что Кайл боготворит сына».
— Спасибо, Крис, — сказала она вслух, — спасибо за все.
Он пожал плечами.
— Вообще-то мне давно следовало с вами поговорить. Не знал просто, как подступиться. Но привез я вас сюда затем, чтобы о другом потолковать.
— О чем же?
Он посмотрел на нее, словно прикидывая, с чего начать.
— Повторяю, Скай, — у меня нет ни малейшего желания вмешиваться в ваши дела. Но ведь я не слепой и вижу, что вам плохо, что вы несчастны, да и отцу не сладко. Я знаю, что он любит вас, любит по-настоящему, пусть и ведет себя часто как медведь. Как белый медведь, — с улыбкой добавил Крис.
Скай улыбнулась в ответ.
— Жаль, что все это так бросается в глаза. Вам-то уж никак не стоило в этом участвовать, вы-то ничем не заслужили страданий. Представляю, каково это видеть — как отец и мать…
Крис махнул рукой, призывая ее замолчать.
— Вот с чего, наверное, надо начать, Скай. Я люблю мать — ведь это моя мать. Но не могу представить себе, почему она так ведет себя с отцом. Мне уже двадцать, вполне достаточно, чтобы понять, что между ними все кончилось много лет назад. И вполне достаточно для того, чтобы увидеть недостатки тех, кого я люблю, и примириться с ними. Долгие годы папа делал для мамы все что мог — ради меня. И это нормально — поскольку все было, как было. Но теперь не так. Я знаю, вы не можете понять, отчего отец говорит, что любит вас, а сам ничего не предпринимает. — Крис помолчал и закусил губу, видно не зная, как продолжить разговор. — Да только не все он вам говорит. Не спрашивайте, откуда я знаю. Просто знаю — и все тут. Знаю, кого отец оберегает. Меня.
— Не понимаю, Крис, — покачала головой Скай. — Я…
— Кайл Джаггер мне не отец.
Скай изумленно воззрилась на Криса. Кайл говорил, что женился на Лайзе, потому что та была беременна. Он обожает Криса, как же может быть…
— Да, это так, — сухо продолжал Крис, — но тут-то все и начинается. Я знаю, что это правда, и отец знает. И мать, конечно. Но они не ведают, что я в курсе. Отец всегда пытался оберечь меня, а я не умел сказать, что в этом нет нужды.
— Да, но откуда вам известно? — негромко проговорила Скай. — Я хочу сказать…
— Во-первых, я умею считать. Когда отец женился на матери, она была беременна. Это, конечно, еще ничего не доказывает, но вы только посмотрите на меня, Скай! Кожа у меня смуглая, как у испанца. Дети все схватывают на лету и все замечают. Поверьте мне — я знаю.
— Крис, — неловко произнесла Скай, — мне очень жаль…
— Да не о чем тут жалеть, — небрежно бросил Крис. — Биология — это еще не вся жизнь. Отец всегда заботился обо мне, даже когда я был младенцем. Он всегда был рядом. И говорю я вам об этом только потому, что мне кажется: я вам мешаю. Отец, наверное, пригрозил матери, что раскроет в суде тайну моего рождения. Мать скорее всего не поверила. Ну а теперь ему некуда деться.
Скай устало закрыла глаза. Она вспоминала, как наседала на Кайла, как заставила его только что пойти на сделку, и еще — каким измученным он выглядел. Ему давно надо было довериться ей, довериться без страха — вот так, как без страха она открывалась ему в любви. Она должна была быть с ним, рядом, а не в стане врагов. Кайл-то неизменно ее поддерживал, неизменно стоял бок о бок — и на острове, и в Сиднее. Только теперь Скай поняла, что он всегда любил ее. А что она предложила ему взамен? Печальный выбор — она или сын.
— О, Крис, — пролепетала Скай и, не в силах сдерживаться долее, расплакалась.
— Боже мой, Скай, — неловко проговорил Крис с типично мужской беспомощностью, — я совсем не хотел огорчать вас. Наоборот, думал, лучше будет. — Он присел рядом и неуклюже обнял ее за плечи, стараясь утешить.
— Так и есть — лучше, — наконец проговорила Скай. — Вы помогли мне разобраться в самой себе. — Она вытерла слезы и улыбнулась какой-то удивительно славной улыбкой. — В общем, спасибо.
— Да что там, — отмахнулся Крис, — что я такого сделал? Просто посвятил вас в то, что, по-моему, вам давно следовало бы знать.
Они поднялись, и Скай посмотрела на расстилавшийся прямо у них под ногами залив.
— Да, действительно чудесное место.
— Согласен, но мне, пожалуй, пора домой.
— Нет, Крис, — вдруг сказала Скай, — давайте сделаем иначе. Я отвезу вас домой, а потом, если не возражаете, одолжу вашу машину.
Крис удивленно поднял брови.
— Мне надо повидаться с вашей матерью. Не беспокойтесь: о том, что вы мне рассказали, я и словом не обмолвлюсь, это ваше семейное дело. Мне просто хочется, чтобы она поняла меня, ну и надеюсь, это поможет избежать ненужных проблем в будущем.
Крис неуверенно посмотрел на нее и вздохнул.
— Ну что ж, Скай, надеюсь, вы знаете, что делаете.
Подбросив Криса в Монфор и записав адрес Лайзы, Скай почувствовала, что ему изрядно не по себе. Он едва успел сделать шаг к двери, как она мягко окликнула его.
— Крис, я знаю, что вы любите свою мать. И я понимаю, чем вам приходится жертвовать ради меня и отца. Могу лишь обещать одно: я не забуду, что это ваша мать и что вы ее любите.
В ответ Крис лишь грустно кивнул. Выезжая на улицу, Скай краем глаза увидела, что он все еще стоит у двери и смотрит ей вслед.
Кайл, остававшийся в спальне, тоже видел, как Скай отъезжает — в машине сына. Наблюдал он за этой сценой с хмурой улыбкой, из-за которой лицо его сейчас напоминало гравюрное изображение. Что происходит? И как это он умудрился уснуть? «Черт, стар, наверное, становлюсь». А впрочем… Да, он до безумия устал, да, места себе не находит, но все равно со Скай он чувствует себя молодцом, что бы там ни происходило. Однако же надо поговорить с ней. Собирался ведь сказать ей что-то. Все равно что. Любые слова, лишь бы ей стало хоть немного легче.
Ну и куда это она отправилась? Неужели Крис согласился помочь ей уехать? Кайл знал, что даже сын поражается, отчего он так бесцеремонно обходится с этой красавицей, с этой достойнейшей женщиной, которую сам привел в дом.
Да нет, не может быть, чтобы Скай решила его оставить. Ведь она же обещала. Кайл заставил ее заключить сделку, уложив в постель.
И он поклялся бросить на стол последний козырь.
Кайл резко отвернулся от окна, вышел из спальни и сбежал по лестнице в гостиную. Надо выпить. Он налил себе добрую порцию виски. В камине весело пылал огонь. Кайл присел рядом, выпил залпом, поставил бокал на кофейный столик и нервно провел ладонью по волосам. «Надо смотреть правде в глаза, старик, — обратился он к самому себе, — дело ты ведешь из рук вон плохо. Ну а дальше что? Нельзя же одного сына объявить незаконнорожденным, а от другого отказаться вообще. А Скай? Как жить без нее?»
