- Да будет. Так вот, согласно этому новому закону всякий владелец раба, вводимого в город, обязан уплатить за него таможенный сбор - и не самый маленький.
- Да, таков закон. Ты ведь уплатил сбор как подобает, добрый купец?
- О-о… нет, о справедливейший…-стушевался Нермекеленен.- Я… я посчитал, что императорская казна столь богата и обильна, что не случится ничего страшного, если там не отыщется этой крошечной толики моих денег. Я… я дал своему рабу одежду свободного человека и велел ему пройти в город, притворившись свободным человеком. Однако после этого он отказался возвращать одежду, заявив, что, получив одежду свободного, он тем самым был освобожден мной, своим хозяином, и перестал быть рабом…
- Весьма интересная история,- благосклонно кивнул Натх-Будур.- А ты что скажешь, о человек, чьего имени я пока не знаю?
- Мир тебе, о справедливейший из судей,- смело выступил вперед второй жалобщик,- Мое имя Нук, и до недавнего времени я действительно был рабом этого человека. Я был очень дорогим рабом - я умею читать и писать, знаю счет до шестидесяти шести десятков, дважды украдкой ел грецкие орехи и умею фехтовать на мечах. Я способен быть как секретарем, так и телохранителем своего господина. Но мой последний господин дал мне одежду свободного человека - разве это не значит, что я стал свободным? Говорится в императорском законе, что всякий, кому господин дал одежду свободного, становится свободным.
- Я дал тебе одежду только на время, о неблагодарный! - вскинул руки к потолку Нермекеленен.
- Однако теперь она на мне - и кто скажет, что я должен ее возвращать? Рассуди же нас, о справедливейший из судей!
- Да, рассуди нас! - закивал купец.
Натх- Будур облизал мягкие и пухлые пальцы, перемазанные сладчайшим соком винограда, немного подумал и одарил собравшихся медом своих речей:
- Все просто. Ты заплатишь штраф за то, что хотел обмануть императорскую казну. А ты вернешь полученную обманом одежду и станешь отныне казенным рабом. И вы оба получите плетей. Всем плетей!
Восхищенные сказочной мудростью эна, спорщики покинули помещение. Казенный раб шел голым, прикрывая чресла,- добрые стражники любезно помогли ему освободиться от ненужной более одежды.
- Как же приятно помогать людям в беде…- закатил глаза Натх-Будур.- Кто следующий?
Следующими были две молодые семейные пары. Двое мужчин и две женщины. Обе женщины держали на руках младенцев, но один из них шевелился и издавал сопящие звуки, а второй пребывал в гробовом молчании…
- О справедливейший, прошу тебя, вели этой злыдне вернуть моего ребенка! - взмолилась женщина с молчащим свертком.
- Не ври! Не ври эну в глаза, мерзавка! - завизжала вторая женщина,- Мой ребенок при мне, твой - при тебе! Иди теперь в Кур или куда хочешь!
- Ну-ка, объясните мне все поподробнее,- заинтересовался Натх-Будур.
Оказалось, что эти две пары живут по соседству. Они одновременно вступили в брак, одновременно же у них родились сыновья. Но вот в один ужасный день один из младенцев умер…
Насчет того, что было дальше, версии разошлись. Одна женщина голосила, что другая, увидев, что ее ребенок умер, тихо прокралась в соседский дом и обменяла своего мертвого на ее живого. Вторая же женщина утверждала, что ничего подобного не было, что ее ребенок всегда оставался жив, а ее соседка выдумывает несусветную чушь.
- Рассуди нас, о справедливейший! - произнесли женщины хором,- Скажи, чей это ребенок!
- Все просто,- сложил руки на прелестно округлом животе Натх-Будур,- Младенца я заберу… хотя нет, младенца можете оставить себе. Пожалуй, тогда мы… хм, довольно запутанное дело…
Немного подумав, великий и мудрый эн вспомнил о Креоле, сидящем по левую руку. Тот без малейшего интереса разглядывал жалобщиков, одновременно ковыряя в ухе тонкой палочкой из слоновой кости.
- Что скажешь, маг? - спросил Натх-Будур.- Можешь спросить духов или погадать иным образом о том, чей это ребенок?
Креол сощурился, пристально рассматривая ауру родителей и младенцев - как живого, так и мертвого. За последнее время он неплохо набил руку в этом деле.
- Ничего сложного,- хмыкнул маг.- Мать живого младенца - вот эта.
- Ага! - возопила торжествующая женщина.- Я же говорила, говорила!
- Зато отец - не ее муж, а вот этот человек,- указал на мужа другой женщины Креол.
- Что-о-о-о?! - завизжала бедная мать.
- Ах ты, гнусный блудник! - накинулась с кулаками на мужа вторая женщина.
- Мерзкая блудница!!! - взревел второй мужчина, отвешивая жене оплеуху.
Уже не вспоминая ни о каком суде, все четверо сцепились в бранящийся и дерущийся клубок.
- Ха-ха-ха! - радостно рассмеялся Натх-Будур,- Ха-ха-ха! Прекрасно! Дело решено к всеобщему удовлетворению! Всыпать им всем плетей и пусть уходят! Всем плетей!
- Младенцу тоже плетей? - деловито осведомился Аханид.
- Что за глупости ты говоришь? - с упреком посмотрел на него эн,- Разве можно бить плетьми младенца?
- Прости, о справедливейший, я не подумал.
- То-то же. Запиши имя и род младенца на табличке. Всыплешь ему плетей через несколько лет, когда он немного подрастет.- Улыбнувшись и озарив зал ласковым взором, Натх-Будур сладкозвучным голосом вопросил: - Остались ли еще здесь желающие подвергнуться моему беспристрастному суду?
- Никого не осталось, о справедливейший,- доложил Аханид.- У всех неожиданно объявились более важные дела. - Вот и прекрасно. Я вновь помог множеству людей - и боги за это меня благословляют. Принесите выпить.
Выходя с заседания суда, Креол неуклюже переваливался и отдувался. Прекрасный и щедрый эн накормил его так, словно желал видеть городского мага таким же дивно округлым, как он сам. Вчера днем Натх-Будур задал богатый пир по случаю своего прибытия в Нимруд, а вечером - второй такой же по случаю своего вступления в должность. И сегодня он так же превосходно угощал всех своих новых друзей - просто по великой душевной доброте и благородству натуры.
Даже простые стражники обожрались так, что елей стоял у них в глазах.
Вообще Креолу понравилось участвовать в судебных заседаниях. Надо всего лишь сидеть на мягком удобном стуле, вкушать стоящие рядом яства да время от времени высказывать несколько мудрых суждений.
Идеальная работа для уважающего себя мага.
Вернувшись домой, Креол некоторое время листал магическую книгу, вяло размышляя, не завалиться ли спать. Работать сегодня не хотелось. Хотелось расстелить на крыше циновку и подремать под жарким шумерским солнышком, вытапливая накопившийся жир.
Однако вздремнуть Креолу не дали. Немой раб гуканьем и жестами доложил, что явились посетители. Наверняка Аханид с очередным государственным делом или какой-нибудь бездельник, желающий решить свои проблемы с помощью магии.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
