городом, в котором жил и работал Олег Наумов, она стала его судьбой и счастьем.
Щенок тявкнул. Он вернулся из увлекательного путешествия в высокой траве газона, из мира новых запахов и звуков.
– Сейчас докурю и пойдем, – сказал ему Наумов.
Уходить не хотелось, уж очень ночь хороша была.
Затрещал под ногами гравий дорожки, кто-то шел к Наумову. Он повернулся. К лавочке приближался человек в светлых брюках и куртке. Щенок заворчал, выкарабкался и стал перед Наумовым. Он защищал хозяина.
– О, какой у вас защитник, – улыбнулся незнакомец, – вы позволите прикурить?
– Конечно. – Олег протянул зажигалку.
– Спасибо. У вас тоже бессонница?
– Нет, – улыбнулся Олег. Слово «бессонница» он воспринимал пока как термин чисто литературный.
– Счастливый человек.
– А вы лекарства попробуйте попить.
– Нет, я уж лучше помучаюсь, чем химией баловаться. А как зовут вашего сторожа?
– В том-то и дело, что он только сегодня стал моим, я и не знаю пока, как назвать его.
Незнакомец присел на лавку, внимательно поглядел на щенка.
– А я знаю, как его зовут.
– Как? – спросил Наумов.
– Кузя. То есть полностью Кузьма.
Олег задумался, словно на язык пробуя это простое имя.
– А вы, пожалуй, правы. Он действительно чистопородный Кузя. Спасибо вам, мы пойдем.
– Жаль, – искренне сказал незнакомец, – а я думал, скоротаю время. Будет с кем поговорить.
Олегу стало пронзительно жаль этого немолодого, видимо, одинокого человека.
– Завтра рано на работу.
– Я понимаю, спокойной ночи.
– Спокойной ночи.
По дороге домой Олег думал о том, как много все же в этом большом городе душевно неустроенных людей.
– Ты, Кузя, будешь спать здесь.
Олег постелил у дверей половичок, положил на него щенка. Кузя молчал, сраженный коварством хозяина.
Олег пошел в комнату, разделся и сразу же заснул. Он не слышал, как Кузя подошел к дивану, несколько раз безуспешно пытался влезть, потом, тяжело вздохнув, улегся на полу.
Когда Леша позвонил в дверь, они с Кузьмой уже завтракали.
– Смотри, прижился. Доброе утро, Олег Сергеевич, – сказал шофер.
– Кофе пить будешь?
– Я от стола только что.
– Тогда по коням, – Олег положил в раковину чашку и тарелку, – пошли.
Улицы были по-утреннему пустые, и Леша показал класс. Он мчался по пустому Кутузовскому, потом по проспекту Гречко, потом по Минскому шоссе.
Подъезжая к поселку, Леша все-таки сбросил скорость. У дачи Архипова машина затормозила.
– Олег Сергеевич, вы надолго? – спросил шофер.
– Час минимум.
– Можно я на рынок сгоняю?
– Далеко?
– Да нет, рядом здесь у станции. Хочу клубнику пацанам купить.
– Езжай.
Олег постоял у калитки. Дача генерала Архипова была за высоким зеленым забором. Ровным, как солдатский строй. Рядом с воротами под жестяным козырьком белела кнопка звонка.
Наумов на всякий случай толкнул калитку, и она подалась. Он шел по дорожке к даче, боясь, что разбудит пожилого человека, и вдруг увидел Архипова в длинных сатиновых трусах, бегущего по периметру забора. Генерал был больше похож на боксера, ушедшего на покой. Олег с завистью посмотрел на крутые шары мускулов, перекатывающихся под загорелой кожей.
– Вы ко мне? – на бегу спросил Архипов.
– Так точно, товарищ генерал.
– Заходите, ждите. Он побежал дальше.
На крыльце Наумова встретил Михеич.
– Проходите в дом, товарищ майор, сейчас завтракать будем.
– Да я… – начал было Наумов.
Но Михеич поставил третью тарелку на стол, всем своим видом показывая неуместность спора.
Через некоторое время на террасу спустился Архипов. В рубашке с погонами, в форменных брюках.
– Давайте завтракать, – командно предложил он. Ели быстро и молча. Потом выпили по стакану молока.
– Так, – Архипов встал, – теперь к делу. Майор Наумов. Так?
– Так точно, товарищ генерал.
– Убийца найден?
– Пока нет.
– Почему?
– Сложный случай.
– Вас учили искать убийц?
– Так точно.
– Значит, плохо учили.
Олег молчал. Обидно ему было, конечно, слушать подобное, но он молчал.
– Вам нужна моя помощь, майор?
– Да.
– Слушаю.
– Товарищ генерал, вы всегда встаете в одно и то же время?
– Да.
– А конкретно?
– Вы служили в армии, майор?
– Так точно.
– Когда у вас играли подъем?
– В шесть.
Генерал замолчал, предполагая неуместность дальнейших объяснений.
– Три дня назад вы утром ничего не заметили на просеке?
– Три дня назад… в понедельник… – Генерал задумался. – По-моему, нет. Машина синяя проехала, иномарка… Стоп… Человека видел.
– Какого?
– Высокого, в светлом во всем, разглядывал что-то в бинокль.
– Точно в бинокль?
– Да, в специальный бинокль. Есть такие маленькие, плоские бинокли, на губную гармошку перевернутую похожи. Они применяются при скрытом осмотре объекта.
– Долго этот человек рассматривал дачу?
– Я подошел к окну, когда услышал шум мотора. Думал, может, кто ко мне, и увидел этого с биноклем. Он сразу же ушел.
– Товарищ генерал, может быть, все-таки что-нибудь запомнили?
– Спину его.
– То есть…
– Человек, видимо, немолодой, шел, чуть сутулясь.
– Но ведь и молодые могут сутулиться?
– А вы приглядитесь, молодой человек хоть и сутулится, но идет упруго, пружинисто. А пожилой чем быстрее идет, тем больше сутулится.
– Товарищ генерал, больше ничего не заметили?
– Нет. Вы с Лизой поговорите, она рано молоко разносит, потом, знает всех в лицо.
У машины стоял Середин.
– Здорово, Наумов.
– Привет, Леонид. Ты чего?
– Есть кое-что. Поехали.
Они шли от дачи Бурмина. Лиза, Середин и Наумов.
– Вот здесь, – сказала Лиза, – здесь я его и встретила. Он мне навстречу шел быстро, почти бежал. Высокий, в куртке зеленой, кепка на голове маленькая, такая вроде серая. В руках чемоданчик черный плоский. Кейс, кажется, называется. Я еще удивилась: торопится, а идет в другую сторону от станции и автобуса. Правда, за день до ужаса этого я в кустах «жигули» видела.
– Где?
– Недалеко от шоссе.
Они подошли к кустам, и Олег сразу увидел поломанные ветки.
Он нагнулся, потрогал их руками. Некоторые из них были еще совсем сырые и клейкие.
– Что же вы нам раньше не сказали?
– Так я не подумала как-то, – огорченно ответила Лиза. – А сегодня утром товарищ приехал, ну и мы начали вспоминать…
Кусты образовывали естественный шалаш, спрятанную машину здесь увидеть было практически невозможно.
– А какого цвета была машина?
– Светлая, я мельком посмотрела, думаю, зачем «жигули» в кустах стоят, солнце в глаза било.
– Понятно.
– А может быть, влюбленные приезжали. Квартирный вопрос пока не решен. А в кустах им благодать…
– Все может быть, Леня, все может быть.
Олег опустился на корточки, влез в этот своеобразный шалаш. На мшистой траве не было никаких следов, колесная колея имелась, но ярко выраженных следов не было. Олег осмотрел землю сантиметр за сантиметром. Ничего. Даже окурков нет. Он вылез, огляделся. На земле тоже никаких следов.
– Значит, он заехал с шоссе,
