—Ты настолько прекрасна, что сразишь сегодня всех на повал, - говорю я, а после так же, как Алекс, удивляюсь своим словам.
—Да, прозвучало так, будто это говорит моя сестра, - добавляю я, и мы вместе смеемся.
Прихватив ключи, я вместе с Александрой выхожу из квартиры. Мы спускаемся на лифте вниз, на подземную стоянку, чтобы сесть в мой Шевроле. Дорога до поместья мэра не очень короткая. Алекс схватилась за мою руку, когда мы вышли из кабины, ощущая на себе холод техасского ветра.
—Волнуешься? - спросил я.
—Немного, а ты?
—Боюсь потерять контроль, при виде Метью Джексона, - честно отвечаю я и испытываю отвращение, произнося имя этого урода.
—Просто забей на него, - говорит она.
Я ухмыляюсь, и чтобы увести разговор от Джексона младшего, задаю вопрос:
—Почему ты боялась, что мне не понравится твой выбор?
Алекс прищуривает глаза.
—То есть, ты забыл о том, как тебе не понравилось мое платье, которое я надевала на одну из ваших репетиций? - с обиженным выражением лица спрашивает девушка.
Я открыл дверцу с пассажирской стороны и подал руку, помогая сесть в машину. В узком наряде сделать это, наверное, нелегко.
—Я не говорил, что мне не нравится, - вспомнив, о чем говорит Алекс, отвечаю я мигом. - Оно было слишком коротким.
Я завожу машину, выруливая не спеша на дорогу, чтобы, пока есть возможность, любоваться профилем своей девушки. Ох, это такое не обычное чувство – быть помешанным на ком-то. Быть в некотором роде не таким, каким ты помнишь себя раньше.
Александра наклоняется, чтобы включить радио, и её волосы водопадом струятся по спине, спадая вниз. Она останавливает выбор на новой песне Pink, и я, наконец, нажимаю на педаль газа, чтобы ехать быстрее. Алекси спускает стекло немного, и вместе с нотами музыки в салон автомобиля врывается ненавязчивый, слегка холодный воздух, напоминая мне, что жизнь – это всё-таки крутая штука.
Музыканты, одетые с иголочки, играют музыку, написанную великим Моцартом. Когда Алекс проходит в зал, один из них, тот, что моложе остальных, внимательно оглядывает её. Я ревную, да, и хочу свернуть этому козлу шею за такой пристальный взгляд, но вместо этого просто обхватываю рукой Алекс за талию сильнее. Крепче. Давая понять всем, что шикарная девушка рядом со мной - не всего лишь моя спутница. Она просто моя. Длинные волосы Александры немного щекочут тыльную сторону моей ладони, но это очень приятно. Пальцами я поигрываю с молнией сбоку на её платье, и она, закатывая глаза, оборачивает своё лицо ко мне.
—Ничего такого не имел в виду, - кашлянув в кулак, говорю я.
—Ну, конечно, - улыбается она.
Столик, за которым сидит наша компания, находится не очень далеко от сцены, но достаточно не близко, чтобы чувствовать себя расслабленным. Взгляды присутствующих я ощущаю на нас с Алекс, даже когда смотрю только перед собой, высоко подняв голову. Я чувствую спиной, как люди вокруг пытаются нас просканировать, узнать, кто мы и что здесь делаем. Мои татуировки скрыты под костюмом, а вот Джафар решил не скрывать разрисованных рук и надел с тёмными брюками рубашку с рукавами, доходящими всего до локтей.
—Шампанское здесь отменное, - комментирует сестра, когда мы останавливаемся возле стола. Мелисса приподнимает свой бокал, салютуя нам.
—Соглашусь, - говорит папа Джефа, приобняв за плечо свою жену.
Он чокается с Мел, и мать Джефа присоединяется к их тандему, счастливо улыбаясь.
Помимо любопытных взглядов, к нам не проявляют особого внимания. Я придвигаю стул Алекс ближе к краю стола, когда она присаживается. Как истинный джентльмен, нагибаюсь, чтобы поцеловать её в щёку. Она усмехается. Ну да, это не входит в обязанности джентльмена. Мне просто хотелось сделать это.
Мистер Закри, мужчина высоко роста с густой растительностью на лице, наклоняется над столом, отпив прежде от своего шампанского и заговорщическим тоном говорит:
—Ребята, я за вас рад даже больше, чем вы себе можете представить! И это не только потому, что мой сын поёт в группе… - Он замолкает, когда смех, словно эстафетой, передаётся от одного человека к другому.
Мама Джафара дружески треплет Лео по плечу; он сидит подле неё и они общаются. Лео активно жестикулирует, что-то рассказывая, и мне почему-то кажется, это касается нашей группы.
Хантер сидит рядом со мной, и как только я бросаю в рот оливок, он рассержено вздыхает.
—В чём дело? – нахмурившись, интересуюсь я.
—Ничего, - тяжело сглотнув, он допивает очередной бокал. И что-то мне подсказывает, другу сейчас нужно что-то крепче, чем шампанское. – С отцом снова проблемы. Он хочет, чтобы я вернулся в Хантсвилл.
Я обращаю внимание на то, как Алекс искренне улыбается, общаясь с Элис.
—А ты? – говорю я встревоженно. – Ты не хочешь увидеться с отцом?
Хантер, нахмурив брови, чуть ли не с отвращением отвечает:
—У тебя, кажется, от влюблённости совсем крышу снесло, да? Когда это я хотел с ним увидеться?!
Я пыхчу брюзгливо, налегая на фрукты.
—Просто побудь с ним пару дней и попытайся объяснить своему старику, что ты уже не маленький.
Хантер пожимает плечами. Он выглядит раздавленным.
—Брось, Харви, мой папа - не понимающий и всепрощающий человек. После того, что он сделал для меня, - друг понижает голос, - он считает я его должник навечно. Но играть в гольф и разговаривать о ценах на недвижимость совсем не в моих интересах.
Отцу Хантера на это плевать. Ему всегда было плевать на то, что не делает его самого удовлетворённым. Я не успеваю развить эту мысль, так как к нам подходит мистер Джексон, кандидат на пост губернатора города Арлингтон. Он улыбается широко, держа в руке свой бокал.
—Рад вас здесь приветствовать. Как проводите вечер?
Видел его жену на фотографиях в интернете. Она сегодня одета очень пёстро и ярко, и найти её в толпе совершенно не трудно. Донна Джексон смеётся, прикрыв рот ладонью, а секундой позже подзывает к себе человека из обслуживающего персонала. Надо признать, банкет замечательный.
Я знал, что, если хозяин дома заговорит с нами, мы с Джефом не сможем держать себя в руках. И я оказался прав, только я оказался первым, кто решил, что держать рот закрытым в данном случае – не лучший вариант.
Но Джафар опережает меня:
—Мистер «Великий обманщик», зачем пожаловали? – с презрением в голосе выпаливает Джеф.
—Ты что?! – толкает его в бок Джуди, хотя, конечно, она знает, почему её бойфренд ненавидит Джексона.
Мы все ненавидим его.
—Помолчи, - огрызается он на неё, и она убирает руку вниз, опустив взгляд.
Я вижу, насколько ей неприятно, что Джеф ведёт себя, как засранец. Но сейчас он под действием своих негативных эмоций, и не могу быть уверенным, что не поступил бы так же на его месте. Джеф, мягко говоря, не любит его больше не по причине того, что сын Джексона домогался до Алекс, а потому что Гарри однажды отказал нам в помощи, когда наша группа не была почти никому известна. Патрик стал нашим продюсером, а Гарри присваивает его заслуги себе, ведь ему нужна любовь людей, чтобы они голосовали за него на будущих выборах. А я ненавижу этого ублюдка, потому что его сын считает, что может заполучить любую девушку. Но он не имел права прикасаться к Алекс, даже если на тот момент мы не были вместе.
