Валя. Выведет-выведет, Коля. Я же вижу.
Саня. Я не нравлюсь, что ли? (Лиде.) Указами замучила, Лида, чеснслово. Каждую минуту, каждый день указ.
Лида. Вот и пусть друг друга учат: он ее – родину любить, она его – как жить. Поглядим, что у них получится. Поглядим, Саня?
Саня. А я, Лида, все умею! Плотничать? Пожалуйста. Постирать? Пожалуйста! Борщ вот такой могу замастырить! Ты, Николай, можешь?
Николай. Не мужское дело. В механике – я дока. Движок починить… Правильно, Лид… то есть Валь?
Валя. Конечно. Борщ он варит… Нашел чем хвастаться. Может, еще и рожать научишься?
Саня. Между прочим, даже интересно. А, Николай?
Николай. Кого?! Рожать тебе интересно?
Саня. А мы б так у их последний козырь и выбили! Сами с усами! А получите вырожденного собственными успехами! И бабам полекше.
Валя. Ой, дурачо-ок…
Николай. Ну, мативо, мучиться еще.
Лида (Николаю). Не понимаешь в душевности – и умолкни. Молюсь я на тебя, Саня. Это ж один на миллион за наши страдания так переживает. Поищи – не найдешь.
Валя. Нашла?
Лида. Нашла.
Валя. Вот и замолитесь… хоть до посинения. Оба.
Лида. Чего надо, того и сделаем. Не командуй.
Валя. Ну и идите. Чего сидите? Время-то идет. Николай, айда пока веник принесем.
Николай. Зачем?
Валя. А погляди хорошенько под ними. Ниче не видать?
Николай. А че там?
Валя. Песку много навалило? Срок-то бежит, а им еще вырожденных клепать.
Николай (хохочет). Лидк! Точно! Песок-то сыпется! Не совок, лопату совковую надо! Ниче, да, Саньк?
Лида (уводя Саню). А пойдем, Саня! Дурость их веселая до добра не доведет.
Валя. Не пугай, не пугай.
Николай. А нифига мы не боимся!
Лида (Вале). Прибежишь за Сашкой… (показав кукиш) вот его увидишь!
Валя. Фи, провалитесь вы оба, очень надо. Гляди, сама не всполошись. И не на фигу нарвешься, фикусом запулю. Идем, Коля. (Уводит Николая.)
Николай (на ходу). Это как?! По другим территориям распределяемся? А давайте! А спытаем новое блаженство!
Картина третья
Поздний вечер. На половине Звягинцевых. За столом Лида и Саня пьют чай.
Лида. Не болит?
Саня. Голова? Ничего, кажись… Поспал.
Лида. А то – надо, похмелись? Бражка есть у нас.
Саня. Бражка?
Лида. Прям под тобой, в подполье. За картошку спрятала от Кольки. Никак дотерпеть не может: еще не выбродит толком, уже хлещет. Вот и прячу. Хочешь, слажу? Нацежу тебе?
Саня. Ай, мороки больше. Потом опять похмеляться… Лучше чаю. Я чай люблю.
Лида (подливая Сане чай). Сахар сыпь, сыпь.
Саня. Дорогой, зараза, стал.
Лида. Ну и че теперь, пустой пить? Пей-пей.
Саня. Спасибо.
Пауза.
Лида. Погоди-ка! Из головы вылетело. Сюрприз тебе, Саня, будет! (Выскочила из-за стола, убежала в другую комнату. Возвращается, неся охапку пачек с папиросами. Вываливает перед Саней на стол.) Богатство у меня, видишь, какое? Кури на счастье.
Саня. Ого! Много… Дорогие они счас. Сколько тут?
Лида. Двадцать пачек. Хватит? А нет – Володя еще привезет.
Саня. Много… Если по четыреста рублей… Что ж получится?
Лида. Тебя Валька задачником обозвала… Считай.
Саня. Двадцать на четыреста…
Лида. Да че тут решать? Восемь тыщ рублей.
Саня. Ого! Еще стоко же – и полпенсии! Кого, больше! А тут… Восемь тыщ?!
Лида. В продавцах десять лет отбухала и считать не умею? Восемь и будет.
Саня. Надо же.
Лида. Накуривайся. Кольку в сени курить гоняла, а ты можешь тут, на кухне. Только в печку, в нее хорошо дым уходит.
Саня. Да не, я здесь…
Лида. В комнате?
Саня (кивнув). Посижу.
Короткая пауза.
Лида. Нет уж, Саня. Дым не переношу, и так тебя в печку отправляю, разрешила… Иди там кури.
Саня. Зачем? Не надо.
Лида. Да как не надо-то? Мне потом кашлять всю ночь, задыхаться? Не ожидала от тебя, чесно слово.
Саня. Лид, я ж не курю. За всю жизнь два раза курнул: перед армией и на свадьбе, и все.
Лида. Да-а?! Тьфу на меня! (Смеется.) Помнила ведь! В пример Кольке ставила! Тьфу! Сижу, дура, уговариваю. Оё-ё-ой, совсем чеканулась.
Саня (радостно согласившись). Но.
Лида. И куда их теперь? Еще пять пачек осталось, в руки не влезли.
Саня. Николаю, его папиросы.
Лида. Фигушку ему! Продам и никаких забот. Конечно! Не куришь же! Молодец, Саша: и не пьяница, и не куряка. Прокидалась твоя Валентина, и так ей и надо. Пусть помурыжится маленько. Ох, и изюм ей достался.
Саня. А потом?
Лида. А что потом? Жить как жили, куда денешься…
Молчание.
Саня. Дак вы понарошке, что ли, затеялись? Не по правде?
Лида. Почему «не по правде»? Ты же тут.
Саня. Тут… Совсем или как?
Лида. Ну, как… Поживи сколько-то. На диване поспишь. У нас большой диван.
Саня. На диване?
Лида. Хочешь, я на диване? Спи на кровати. Или… Как ты хочешь?
Саня. А я че? Я ниче. Вы ж с Валентиной… гхм… меня и Николая перетасовали. Сговорились с Валей, чтобы так вот?
Лида. Ниче не сговаривались. Ей шлея под хвост – нашла, кого защищать, – а и мы не рыжие. У меня не задержится.
Саня. Дак они-то, слышь, по правде могут начать…
Лида. Кого начать?
Саня. Гхм… Жить. Ходить вместе. Спать.
Лида. Ну и пусть ходят. (Спохватившись.) Почему это они спать вместе будут?
Саня. Ходить вместе, а спать… Ху-ты, и спать, наверное. Если по правде, если не сговаривались.
Лида. Да ладно тебе… Вообще-то не сговаривались, слово за слово… И что теперь?
Саня. Может, сходить спросить, как они собираются?
Лида. Счас, побежала. Говорила, будто я из-за Кольки на весь поселок крик подымаю, будто срамлю его? Говорила. Теперь при случае накостыляет ей, отведет душеньку… Не на поселок – на всю область заблажит.
Саня. Драться начнет? Бить?
Лида. Бить не бить, а погонять лишний раз… Привыкнут маленько друг к другу, и начнется. (Со слезами в голосе.) Я че, от хорошей жизни, от покоя у вас периодически-то… скрывалась-то?
Саня (испуганно). Елки… Сходить, что ли? (Подошел к стене, прислушался.) Тихо вроде…
Лида (тоже подошла и прислушалась). Глядишь, и вправду с любовью затеются. До сих пор, как молодой, скачет.
Саня. Колька?
Лида. Глаз да глаз за ним… Не шубуршатся?
Саня. Кажись, ходят.
Картина четвертая
Тот же вечер, почти перешедший в ночь. На половине Арефьевых. Николай сидит на полу в центре комнаты. Из большого ковша пьет воду. Рядом стоит Валя, ждет.
Николай. Х-ху-у-у! Хорошо. Спасибо, Валюха. (Отдает ковш.)
Валя. Поспал? (Поднимает с пола подушку.) Храпишь ты, Николай, прямо как военный оркестр. Ухохоталась. Заслушалась, ей-богу.
Николай. Это могем. (Оглядываясь.) На полу спал?
Валя. Уж тащила на кровать, тащила… Бесполезно. Упал и замертво, и засвиста-ал…
Николай. Старый, мативо, стал, вот и храплю.
Валя. А вкусно храпишь.
Николай. Как?
Валя. Заразительно очень. Думаю, похрапеть, что ли, заодно. Что потерял?
Николай. Папиросы.
Валя. На стол выложила, а то помял бы. На. (Подала пачку.)
Николай. Пойду в сенцы, подымлю.
Валя. Да кури в доме! В холоде сидеть – какая радость? Прохладно теперь по ночам.
Николай. Лидка в комнатах не разрешает, гоняет, как собаку, на улицу. (Закуривает.)
Валя. А я тебе и пепелку дам. Для красоты стоит, бездельничит. Пригодилась. Сиди и кури спокойно. Че туда-сюда бегать? Дымка мужеского понюхаю-ю…
Николай. Санька куда подевался?
Валя. Здра-асьте. (Показав на стену.) Там. Ты здесь, он – там. Такая жизнь началась.
Николай (сообразив). Мативо-о! Я и забыл! (Хохотнув.) Ну и че у них там? Ладят?
Валя. И не суюсь, мне и неинтересно… Как хотят, так пусть и будет.
Николай. Валюха! Дак теперь ты моя жена?! Баш на баш?! Да?!
Валя (прикрыв себе рот, полушепотом). Куда орешь-то? Ты что?! (Показала на стену.)
Николай. Да там не слышно.
Валя. Когда не слышно, а когда – р-раз – и слышно сделается.
Небольшая пауза.
Николай. Санька-то как, хороший петух? Плохой, наверно, если меня тащила.
Валя. Куда тащила?
Николай. На кровать, сама сказала.
Валя. На его кровать, не к себе же! Ты как про меня подумал? Обалдел?
Николай. У вас че… кровати разные?
Валя. Давно уж разные.
Николай (хохотнув). Лет сто? А мы с Лидкой еще стукаемся!
Валя. Николай, перестань!
Николай. Не, Валь, без понтов! Шучу, думаешь?
Валя. Колька!
Николай (кричит в сторону своей половины дома). Лидуха, ух! Работает за двух! Она у меня заводная! А че?
Валя. Оё-ё-ой! Ой, с ума сошел!..
Николай. Валюха! У вас щас самая пора!
Валя. Какая пора? Со стыда умру…
Николай. Во, пора! Вы ж не беременеете! Финита! Отлично просто!
Валя. Батюшки! В гроб загонишь срамотой своей!
